Боже мой, да когда же до вас уже дойдёт, господа хорошие, что раньше трава не была зеленее? Дети умнее уж точно не были.
Моё детство тоже выпало на конец 90-х и начало 2000-х. И я, как и вы, тоже был хорошо осведомлён о ножах, газовых плитах, розетках и папиных инструментах. Да и вообще я был ребёнком довольно пугливым, если честно, даже трусишкой, поэтому в различные детские авантюры не совался. Зато мои сверстники, точно так же оставленные работающими родителями дома одни, рвались к приключениям.
О, сколько раз в начале урока я слышал: «А Серёжа в больнице, он ногу сломал… С дерева упал». Да-да, лазали по деревьям, по заброшенным стройкам, качались на неисправных качелях «солнышком», а потом ломали позвоночник. В более раннем возрасте (в начальной школе или детском саду) лизали металлические конструкции на детской площадке и прилипали к ним языком или баловались со спичками (и хорошо, если без последствий).
Так что нет, вы не правы. Раньше дети были, простите за выражение, ещё более отбитые, чем сейчас. Потому как никого не пугал визит участкового за проникновение на территорию охраняемого предприятия и кражу «металлолома» (который был вовсе и не металлолом, а запчасти из латуни). Не пугали угрозы учителей, когда кого-то ловили цепляющимся за бамперы автобусов зимой.
Сейчас дети как раз более домашние и изолированные от внешнего мира, и, поверьте, это хорошо. Не лучшее, что можно им дать, но тем не менее. Из двух зол всё-таки выбирают меньшее. И пусть уж лучше это будет не очень любимая ребёнком бабушка, задира в летнем лагере или ненавистный режим дня, чем месяц летних каникул в больнице со сломанной ногой или постановка на учёт в детской комнате милиции.
Здравствуйте. Я молодая девушка, живущая в городе-миллионнике, и я задолбалась, что большинство «продающих» заведений в моём городе не имеет адекватных представительств в интернете.
Ситуации бывают разные. Например, у меня заканчивается тональный крем и нужен новый. Заказывать в интернете и ждать неделю, а ещё ходить эту неделю с голым лицом — не вариант, так что же я надеюсь сделать? У меня на примете есть несколько тональных кремов разных марок, я примерно знаю, какой оттенок мне нужен, я прочитала достаточно отзывов, чтобы выбрать его, и хочу я узнать, есть ли эти продукты в наличии в ассортименте магазинов с косметикой в моём районе. Но я не могу. Из пяти магазинов, маленьких и побольше, находящихся в получасовой пешей доступности от моего дома, лишь у одного обнаруживается группа во «ВКонтакте»… уже год как заброшенная. Хотя магазин работает и процветает. Что мне приходится делать? Правильно. Вместо того чтобы за 10 минут выбрать из пяти магазинов тот, где самое адекватное ценовое предложение и есть необходимый тональник, а потом быстро прийти, ткнуть пальцем и купить, я трачу два часа, чтобы оббежать каждый из магазинов, посмотреть, точно ли есть нужное, и сколько оно стоит, и есть ли нужный мне оттенок… И хорошо, если всё-таки в итоге найду. А то ведь может оказаться, что нужного мне тональника или другого косметического средства у них нет.
Или, например, я иду на работу и знаю, что по дороге у меня будет кофейня. Я хочу зайти в группу или на сайт кофейни, выбрать из богатого ассортимента именно тот кофе, который мне сегодня больше всего по душе, а потом за прилавком сказать бариста «мне именно такой», получить свой кофе и пойти на работу. Но я не могу! Потому что меню в группе или на сайте нет. Или есть, но без цен. А зачастую даже этого самого сайта тоже нет. В итоге я трачу лишние минуты, чтобы потупить перед меню. А ведь могла сэкономить время и себе, и бариста, который вынужден слушать моё блеяние: «Может, вот это? А вот это с чем?», вместо того чтобы быстрее обслужить одного клиента и заняться следующим.
И так во всём. Магазин с товарами для хобби и творчества, по сайту которого невозможно узнать, есть ли у них необходимая для моего увлечения примочка, а ехать на другой конец города, чтобы потом в случае чего возвращаться с пустыми руками, то ещё удовольствие. Магазин с молодёжной трендовой одеждой, который считает ниже своего достоинства писать, какие размеры того или иного товара есть в наличии, и ограничивается только парочкой фото в инста-стиле раз в неделю. Модное кафе, у которого ни на сайте, ни в инстаграме, ни во «ВКонтакте», ни даже на фейсбук-страничке нет меню. Салон красоты, у которого нет никаких портфолио мастеров — вот и думай, нормально ли «бровистка Маша» делает эти самые брови и не искромсает ли «маникюрша Даша» тебе пальцы в кровь. И так далее, и тому подобное.
В 9 из 10 случаев представительств в интернете у подобных заведений нет. В десятом случае оно есть, но ведётся, простите, через жопу. Меж тем я знаю, что на самом деле это не так уж и сложно, потому что сталкивалась с этим. Для этого даже отдельный человек не всегда нужен. Девочка-с-ресепшна в салоне красоты может на свой айфончик нащёлкать результаты работы мастериц салона и выложить в группу ВК или в инстаграм с нужными хэштегами. Мальчик-бариста в «мёртвые часы» может не тупить в игрушку на телефоне, а выложить в соцсети кофейни снимки готовых напитков, или сегодняшнего ассортимента кондитерских изделий, или просто ограничиться меню. И даже продавец-консультант магазина одежды или косметики не занят каждую секунду. Доступ в интернет есть нынче везде, даже с самого «тапочного» телефона. Но я продолжаю жить в каком-то вакууме и не могу узнать, есть ли сегодня в кондитерской мои любимые эклеры, в магазине косметики тени «того самого» оттенка, а на вешалках бутика с одеждой — идеальное платье идеального размера, и я вынуждена тратить время, чтобы узнать это. А время в наши дни ценится выше всего.
Задолбали. Научитесь уже пользоваться интернетом, он не кусается.
Я тоже потянулась выразить плюсиком согласие с родительницей из истории «Здоровый ребёнок — не толстый ребёнок», но глаз зацепился за другую фразу: «Моя позиция была проста: после восемнадцати вы можете делать со своей жизнью что угодно», и она меня просто до ужаса задолбала, потому что детные подруги и друзья произносят её как минимум несколько раз в неделю.
«После восемнадцати будет решать, какая религия для него лучше, а пока покрестим в православной церкви, потому что все так делают».
«После восемнадцати будет решать, нравится ей пирсинг или нет, а пока проколем годовалой девочке уши, потому что модно и все так делают».
«После восемнадцати будет решать, что ему нравится, а пока пусть ходить на бокс и хоккей, потому что это мужские виды спорта, а из танцоров вырастают геи, прости господи».
«После восемнадцати будет решать, любит она какие-то продукты или нет, а пока будем заставлять есть всё, с криками, угрозами и шлепками».
И так до бесконечности, по любому поводу. Просто объясните мне, почему ребёнок 17 лет и 364 дня обязан жить так, как вы считаете нужным, а в 18 лет уже сможет принять ислам, вынуть серёжки из ушей и стать веганом?
Я работаю продавцом-консультантом в маленьком магазинчике и искренне люблю свою работу. Меня ничуть не задалбывают люди, которые сами не знают, что им нужно, или те, кому хочется «такой же, но с перламутровыми пуговицами». Я радуюсь и копеечной продаже, и чеку на насколько десятков тысяч — просто ловлю кайф от того, что люди находят желаемое и уходят довольными. Но вот есть одна вещь, которая задолбала.
Пару раз в день на двери моего магазина появляется табличка «Технический перерыв на 10 минут», и дверь запирается. Табличка яркая и цветная, она висит на уровне глаз, её видно издалека. Всем, кроме тех, кому срочно нужно попасть в мой магазин.
Дверная ручка разболтана так сильно, что её уже бесполезно подкручивать. Ещё бы, ведь каждый первый сначала дёргает со всей силы, потом дёргает ещё разок, не понимая, что пошло не так, потом толкает дверь от себя, потом, наконец, обращает внимание на висящую перед носом табличку. А вот дальше реакция разнится:
кто-то просто спокойно ждёт;
кто-то уходит, чтобы потом вернуться, когда перерыв закончится;
кто-то сначала ещё раз (зачем, Карл?!) дёргает несчастную дверь, а потом ждёт или уходит;
кто-то обнаруживает на стене дверной звонок и начинает трезвонить.
Звонок у нас громкий, хороший — нужно, чтобы слышно было даже в дальнем углу подсобки, так что я страдальчески мощусь и стараюсь как можно быстрее выскочить в зал и отпереть чёртову дверь. И неизменно получаю вместо приветствия: «А чё так долго? Я тороплюсь! Живо обслужи меня!»
Люди, 10 минут — это не так много. Мы не продаём лекарства или другие товары, от которых может зависеть вопрос жизни и смерти. Вы предупреждены табличкой, что сейчас магазин не работает. Так какого чёрта? Я вообще могу не быть в магазине — «технический перерыв» может означать что угодно. Я могу с заднего выхода принимать и разгружать товар, могу метнуться в соседнюю канцелярку за внезапно закончившейся классовой лентой, могу торчать в подсобке и вправлять вылетевшие пробки. Правда, чаще всего такая табличка означает, что я, пардон, справляю нужду.
А мне детей не жалко. С каких это пор дошкольники, идущие в этом году в первый класс, стали так резко отставать в развитии?
Меня в четыре года оставляли на бабушку, а она могла уйти в магазин или к соседке, и, поверьте, со мной ничего не случалось! Ещё в двухлетнем возрасте я знала о плите, розетках, ножах и вилках, окнах и дверях — и не пыталась экспериментировать назло родителям. В возрасте шести лет я сама присматривала за уже лежачей бабушкой. Сама приходила из школы, разогревала обед в микроволновке, а в семь лет уже на плите.
Да, возможно, в законодательстве и было прописано право приоритета для детных, но в 90-е на чьи-то права было чихать. Мать работала до шести вечера, отца перевели в другой город, а я росла вполне самостоятельной.
Не знаю, что с современными детьми, но если они так сильно отстают в развитии, то их не жалко.
А меня задолбало современное бескультурье в одной конкретной сфере — сфере приёма пищи.
С каждым годом ритм жизни становится всё быстрее и быстрее, множатся различные фастфуды, еда перестаёт быть чем-то сакральным и становится просто топливом: закинул на бегу и паши себе дальше с высунутым языком, воняющим за версту приправами низкого сорта.
Стою с утра на остановке. Мелкая морось, низкие тучи, сами понимаете, настроение не ахти. И тут… что это? Тяжёлый и до боли знакомый аромат гниющей собаки. Оглядываюсь — и верно, женщина лет тридцати пяти смачно откусывает от шаурмы, распространяя мерзкую вонь на километр вокруг. Делаю замечание: «Женщина, вообще-то есть на улице некультурно!» И получаю ответ: «Я — врач после смены, и я буду есть там, где хочу». Интеллигентная, казалось бы профессия, а вот такой подход. Не говоря о том, что у меня большие сомнения в компетентности врача, не боящегося давиться не пойми из кого сделанной шаурмой. Кишечные заболевания? Она этот курс прогуляла, видимо.
Отдельный привет тем, кто с наступлением лета выползает на улицу с пластиковой соской пива и омерзительными химическими снеками. Мало того, что потом весь этот мусор оказывается на газонах и тротуарах, обязательно надо вонять, рыгать, рассыпать свою мерзкую закусь, кидать её голубям. Зачем? Почему нельзя собраться дома или на даче, провести приятный вечер с хорошим вином или, если так хочется, дорогим крафтовым пивом и домашней едой? Нет, надо жрать мусор, бросать мусор и вести себя как мусор.
Многочисленная «еда на ходу» задолбала тем, что она всюду: где не палатка с шаурмой — там чебуреки, или хот-доги, или ещё какая-нибудь новомодная хрень. И все бегут, хватают, глотают не жуя, зарабатывают гастриты и напрочь теряют культуру питания.
Еда — это тоже искусство. Вы же не рассматривает полотна Моне на бегу, с экрана дешёвого планшета, по пять секунд на картину? Почему нельзя просто остановиться и посетить специальное место для приёма пищи — ресторан, кафе, бар, в конце концов? Почему надо тащиться по улице и есть, не чувствуя вкуса, вместо того чтобы, как раньше было принято, собраться вечером дома всей семьёй за ужином? Почему надо есть среди загазованного шоссе, а не в приятной обстановке, с лёгкой музыкой и столовыми приборами, не пачкая соусами себя и всё вокруг?
Куда и ради чего вы бежите, зарабатывая гастрит, убивая вкусовые рецепторы низкопробной жрачкой, лишая себя удовольствия от приёма пищи?
Задолбали! Скорее бы зима, отдохнуть от вас хоть немного.
Когда-то давно, лет 20 назад, я имела несчастье учиться в школе для слабовидящих. И, как правило, дети после окончания школы шли либо в массажисты, либо в музыканты, либо на какую-то гуманитарную профессию.
А мне были интересны математика и компьютеры. И до зубовного скрежета достали педагоги, свято уверенные, что я собираюсь стать переводчиком (с английским у меня всегда было хорошо).
Не понимаю тему, прошу учительницу объяснить.
— А зачем? Я тебе в четверти и так четыре поставлю.
— Я просто тему не поняла, хочу её понять.
— Так я ж тебе и говорю — четыре и так поставлю.
— Я не про четыре, я хочу в теме разобраться…
— Так ты уже контрольную написала ведь? Ну всё, четвёрка тебе гарантирована…
А потом вдруг в девятом классе случились «диалоги о профориентации». И не знаю, кто дёрнул меня за язык, но я сказала, что хочу быть математиком или программистом.
— А! Математиком! Это в педагогический, чтоб учителем? Детишек любишь? Так иди на психолога!
К слову сказать, тогда было очень популярно «идти на психолога». Или «на юриста». А мне не хотелось идти на психолога. Мне детишки были совершенно неинтересны, как не привлекала педагогическая деятельность. Я хотела быть инженером, программистом, возиться с железом и компьютерами.
И я ничего не могла поделать с учителями, которые в упор не хотели видеть мой интерес к цифрам, формулам и программам, а весело и задорно определяли меня помогать в младших классах, ведь девочка «будущий психолог, а то и педагог!», узнавали условия обучения и поступления в местном педучилище «для будущих психологов», сокрушались, когда оказывалось, что там обучают только учителей начальных классов или воспитателей: «Увы, психолога, как ты хотела, там нет».
И ничего не помогало. Никакие попытки донести свою мысль до упрямых педагогов не имели успеха. Пришлось после 9-го класса забирать документы и идти в вечернюю школу. Там хоть никто не задавал вопросов: «А кем ты хочешь стать, когда закончишь школу? Математиком? А, то есть психологом!»
Всё было хорошо. Через три года я успешно поступила на прикладную математику, спустя шесть лет закончила. И вдруг со мной связалась учительница из прежней школы.
— Слушай, тут у нас мальчик, как и ты, хочет поступать на математика или программиста. Подскажи, а в каком ты колледже училась?
— Я в университете училась. В политехническом.
— А! Политехнический, политехнический… это который на улице Н.
— Нет, на улице П.
— А какой там колледж? Политехнический же на улице Н.
— Я ещё раз говорю — я не училась в политехническом колледже, я училась в университете. В институте, если так понятнее. Я после 9-го класса пошла в вечернюю школу, а потом, после получения полного среднего образования, пошла в институт. Высшее образование.
— Ага… понятно… а сколько там лет после 9-го класса надо учиться?
— Тамара Петровна, ещё раз говорю — это университет, институт, высшее образование. Там не берут после 9-го класса. Я пошла после 11-го.
— Ну, после 11-го же на один год меньше должно быть, правильно?
— Вы меня слышите или нет? Это не колледж, это институт. Я получила высшее образование после 11-го класса. После 9-го я училась в вечерней школе три года.
— Слышу-слышу, конечно! Хорошо… А подскажи ещё, вот ты учительницей стала, а другие специальности там есть? Например, секретарь или парикмахер?
Я не выдержала и бросила трубку. И ведь такие люди свято уверены, что они педагоги…
У меня не задолбашка, а скорее ответ автору, удивляющемуся, почему это сотрудницы не хотят «оставить 5−7-летнего ребёнка одного в квартире на шесть часов» во время летних каникул.
Объясняю по пунктам:
Детей 5−7 лет нельзя оставлять одних дома по законодательству (я живу не в России, но, вероятно, и у вас там есть что-то подобное — случись что, тем более со смертельным исходом, и родителей приговорят к уголовной ответственности). А долго ли 5−7-летнему ребёнку опрокинуть на себя кипяток, из окна высунуться или ещё что-то с собой сотворить?
Бабушки, увы, не у всех живут в том же городе, а если и живут — то либо работают, либо не могут по состоянию здоровья, либо просто не хотят — имеют право!
Санатории и лагеря. У вас явно нет детей, иначе бы вы знали, что пятилеток туда не берут, шестилеток тоже. Даже в 7 лет — стресс ещё тот. Про цены говорить не будем, у нас это очень дорого для среднестатистической семьи.
Няня. Вы серьёзно? Вы работаете в нефтянке, чтобы сотрудницы спокойно могли оплатить минимум 9 часов (8 рабочих + обед), а скорее 10 и больше (они же не в соседнем подъезде работают)?
А по поводу оставшихся двух месяцев — в моём детстве было так: один месяц я была с мамой, второй — с папой, на третий — либо меня подбрасывали кому-то из знакомых на дачу по недельке, либо я сидела в раскалённой городской квартире на четвёртом этаже, ибо работали родители полный день, а бабушек в живых не было.
Раньше (как сейчас в России — не знаю) в трудовом законодательстве было закреплено, что родители с детьми имеют преимущественное право на отпуск в летний период. И, поверьте, не просто так: иначе бы количество утонувших, покалеченных, пропавших детей бы было на порядки больше. Если сейчас не так — увы. И детей жалко.
Меня задолбали люди, которые, не изучив тщательно законодательную базу, с уверенностью заявляют: «Законом не запрещено».
Вот, например, не так давно один из таких написал, что имеет право купаться и загорать, где хочет. А если бы он изучил вопрос внимательнее, заглянув, к примеру, в кодексы об административных правонарушениях, то нашёл бы там немало интересного. Например то, что в большинстве регионов страны купание разрешено только в специально отведённых местах, а во всех остальных — карается штрафом, причём не копеечным. Что использование газонов для пикников и солнечных ванн также является административным правонарушением. А владельцы и распорядители многих общественных мест — таких, как парки, природные территории, зоны отдыха различного статуса — вправе устанавливать на них правила поведения посетителей. И чаще всего в этих правилах есть и пункт о запрете нахождения на территории в пляжном виде вне специально отведённых мест. И, кстати, понятие «пляжный вид», не определённое в законе, каждый собственник имеет право трактовать по своему разумению. Так, в Царицынском парке охрана не пропускает и выводит за территорию людей не только без майки или в купальнике, но и в вызывающих нарядах, излишне коротких и похожих на нижнее бельё шортах, а также обутых лишь в сланцы и вовсе босоногих. И правильно делает, так как этот парк — ещё и музей.
А ещё, изучив правоприменительную практику ряда статей общероссийского КоАПа, можно выяснить, что непотребный внешний вид в общественном месте подпадает сразу под несколько из них, так как является ничем иным, как нарушением общественного порядка. А в определённых случаях может возникнуть и состав уголовного преступления. Например, если в результате было осквернено захоронение, памятник павшим воинам или религиозные святыни.
Так что, нарушая общепринятые правила поведения, не надейтесь на безнаказанность на том основании, что вы не нашли закона или статьи, которые бы это запрещали.
Не то, чтобы задолбала, но здорово надоела некая порода людей.
Вот X. совершил некий проступок, пусть будет «проехал „зебру“ на красный, обматерив пешеходов». Z. в обсуждении этого поступка:
— Да как вы можете! Да Вася… Да он же… Да это такой человек! Он с нуля создал сеть пекарен! Он по субботам бесплатно булочки раздаёт малоимущим!
— Простите, но какое отношение это всё имеет к обсуждаемому вопросу?
— Никакого! Но он такой хороший человек, он столько всего делает…
— Прекрасно, что он столько всего делает, но это вообще другая область, понимаете? Если у вас есть аргументы в защиту знакомого, если вы знаете, что он не проезжал на красный, — расскажите об этом, а не размахивайте его авторитетом и заслугами. Или вы полагаете, что мат и хамство нам, стоявшим на той «зебре», должны быть менее оскорбительны, если хам и матерщинник раздаёт малоимущим булочки?
— Ну, мы с ним лично не знакомы… Но это ведь такой человек, к нему нельзя с общими мерками (и дальше шарманка по кругу).
Проходит несколько дней. Группа лидеров мнений, доселе лояльная к Y., вдруг начинает кампанию против. Z. надувает щеки и быстренько, чтобы успеть в волну, строчит постик, что он-то давно подозревал, что с Y. всё нечисто! Его-то не обманешь, он своей головой думает! Не то что все остальные, которым лишь бы себе кумира сотворить. Естественно, большая часть его «самостоятельных» измышлений — фразы из чужих постов, ведь чуть ниже на той же странице Z. признаётся друзьям, что легко поддаётся влиянию и зависим от чужого мнения.
Если вы вдруг узнали себя в Z. — сходите к окулисту, что ли. С таким бревном в глазу недолго и вовсе ослепнуть.
