Все же знают, что такое розовые очки? То, о чём я поведу разговор, давайте назовём очками чёрными. Отличие в том, что их носитель видит всё в крайне негативном свете и непременно считает, что происходящее направленно на то, чтобы его, очконосца, ущемить.

«Я вот не люблю есть заветрившуюся колбасу и почерневшие бананы, — пишет человек в интернете. — Нет, я не имею в виду, что мне нужны трюфели и лягушачьи лапки, но нормальная еда в доме должна быть». Рассказывает про своего близкого человека, который тоже раньше питался чем придётся, но позже согласился, что это невкусно, да и выглядит не ахти.

И тут появляется он — обладатель чёрных очков. «Значит, мы все теперь обязаны питаться так, как хочешь ты?» — защищается он от несуществующей атаки. За этим следует переиначивание: каким-то образом утверждение о том, что изыски в обиходе не нужны, достаточно просто еды хорошего качества, превращается в «пришёл домой — обязательно приготовил фуа-гра, без вариантов», на которое очконосец и реагирует. Завершается же эпос тем, что «в голодные времена я и заветрившейся колбасой питаться буду, а вы идите в жопу», хотя никто эту тему даже не поднимал — настолько она очевидна. Абсурд? Абсурд. А ведь совсем недавно пост того же самого содержания промелькнул и тут, только он был про домашнюю одежду.

И так вот всегда. Заикнёшься о сексуальном просвещении — тебя заклеймят извращенцем, который хочет, чтобы малолетки трахались направо и налево. Выскажешь справедливую критику в отношении чего бы то ни было — тебя запишут в его ярые ненавистники, а при наличии противоборствующего лагеря — ещё и в фанатики (яблофилы и яблофобы, например). Да ещё и опишут мои несуществующие реакции и черты, типа сморщенного носика и наманикюренных пальчиков.

Морали не будет. Просто снимите очки, пожалуйста.

Двадцать пятая неделя беременности. Лежу в больнице на сохранении с кровотечением. Строгий постельный режим, вставать лишний раз нельзя. Муж не приходит уже третий день. У него выходные, он хочет отдохнуть. Наш дом — в 10 минутах от больницы. За едой для меня сегодня сходила девочка-соседка, которой можно выходить. Вчера я себе заказывала платную доставку продуктов. Друзьям стыдно рассказать, как муж со мной поступает. Родители в другом городе. Стараюсь не плакать, боюсь за малыша. ПМП.

Я обожала своего деда с маминой стороны, он был для меня всем. Бабушка умерла, когда мне было три года, и дед с тех пор посвящал всё время мне: театры, музеи, прогулки, интересные рассказы. Благодаря деду я выросла сильной, разумной, целеустремлённой. Сколько я помню, когда ходила гулять с дедом, у мамы всегда было такое несчастное лицо. Позже я думала, что она ревновала меня к деду, потому что его я любила больше. Полгода назад деда не стало. На похоронах мама вела себя отстранённо, на поминках ничего не ела. И на 40-й день рассказала мне, что когда ей было 19, дед изнасиловал её и велел молчать. Мама сказала бабушке, что беременна от какого-то студента с практики. Получается, я деду и внучка, и дочка! Мама сказала, что не смогла больше скрывать это.

Я ни с кем не могу поделиться, мне стыдно: дед был очень уважаемым человеком, отличным врачом. И маму жалко до слёз, у неё вся жизнь сломана. Замуж она так и не вышла ни за кого. А я всегда была напоминанием мерзости, которую сотворил с ней её же отец! Не могу поверить, что это произошло. Жизнь рухнула. ПМП.

Паническое расстройство, маниакальная депрессия суицидального характера, социальное тревожное расстройство, обсессивно-компульсивное расстройство, генерализованное тревожное расстройство, бессонница, повышенное чувство тревожности — это всё осталось мне от нескольких лет скитаний по больницам. Но ничего, с причинами справилась — и с этим справлюсь, думала я. Нашла психолога, глотаю таблетки горстями, учусь жить в новом, своем ритме, стараться не думать о выходе в окно и не пугать мужа, ведь "он не любит и боится сумасшедших".

Позавчера шла по делам мимо многоэтажек и вдруг услышала позади себя ужасный звук, а когда обернулась, увидела кровавую кашу — кто-то спрыгнул с крыши и упал в паре метров там, где я только что прошла.

С трудом помню, как добралась до дома. И с того момента, как я оклемалась от произошедшего, меня преследуют голоса, а точнее крики. В голове постоянно звучат неразборчивые вопли, меня трясет паники и страха. Я ещё никому не говорила. Я не знаю, что делать. Мне очень-очень страшно.

ПМП, пока я не выпрыгнула сама с двадцать пятого этажа.

Вышла за человека на 30 лет старше. Пять лет жили душа в душу, вместе исследовали мир, занимались творчеством. Однажды я вдруг задумалась о том, что из-за разницы в возрасте встретить вместе старость нам не суждено — и эта мысль отравила все. Теперь я постоянно представляю, как придётся жить без него. Просыпаюсь по ночам, если он слишком тихо спит, в панике щупаю его, ищу пульс. Как назло, то и дело натыкаюсь на печальную статистику продолжительности жизни мужчин в России. Постоянные мысли о его смерти не дают радоваться жизни, всё теряется смысл, ничего не хочется. Таблетки и психологи не очень помогают пока, а мне уже ничего не в радость. Он живой и относительно здоровый, а у меня суицид на уме. КМП.

А меня даже не задолбало, а очень огорчает повсеместное употребление слова «люблю». Поясню.

Муж разговаривает со своей женой по телефону, разговор подошёл к концу, и он говорит: «Люблю тебя, пока». А потом кладёт трубку и обнимает другую женщину.

После вечера в кафе по домам расходятся две подруги. Говорят друг другу: «Люблю тебя, так была рада увидеться». А потом рассказывают своим парням или подругам, какой скучный вечер провели, или пересказывают подробности личной жизни подруги.

Женщине изменяет муж, иногда по многу лет, и она об этом знает. Иногда другая женщина даже рожает от него, иногда даже не одного ребёнка. Жена, конечно, очень страдает, всем рассказывает, какой он нехороший подлец. Конечно, все слушатели её жалеют, но иногда спрашивают: «А почему ты тогда с ним не разведёшься?». На что жена думает: «Не могу, всё равно люблю подлеца. Да и квартиру придётся разменивать или на съёмную съезжать. И зарплату он хорошую получает, придётся начать экономить, на одну свою-то я так же жить не смогу». Но из всего этого она говорит только: «Люблю, не могу». Потому что если про квартиру и деньги сказать, то как-то неблагородно получится.

Люди! Если вы кого-то по-настоящему любите, говорите это тихо, ему или ей на ушко, никому не рассказывайте и не употребляйте «люблю» при каждом удобном случае. Не уничтожайте такое огромное значение этого слова.

Задолбал культ дресс-кода. Почему женщина в офисе обязательно должна быть в мини-юбке и на каблуках (кстати, шпилька весьма способствует нарушению осанки и остеохондрозу к 40 годам)? В юбке-брюках и на платформе запрещено? Мол, дресс-код дисциплинирует и объединяет. Ага, аж пять раз — я встречала довольно много людей, которые, отработав много лет в компаниях с жёстким дресс-кодом, либо перестают любить офисный стиль вообще, либо ненавидят определённые сочетания цветов (синий с оранжевым, белый-голубой-оранжевый или зелёный с белым).

Сидим как-то с другом на собеседовании (он дизайнер и эникейщик, я программист и сисадмин в одном лице) и задаём вопросы о компании. Причём с непосредственным руководителем мы уже успешно пообщались и выяснили все нюансы работы, даже на ознакомительную экскурсию сходили, осталось только вот это общее собеседование для галочки. Встаёт вопрос о дресс-коде, и тут местная представительница эйчаров входит в широковещательный раж:

— По внутренним правилам у девушек должна быть юбка карандаш на три пальца выше колена, телесного цвета колготки и туфли на каблуке не ниже шести сантиметров. У парней — костюм тёмного цвета с галстуком цветов компании и т. д.

— А как на шпильках я буду проверять сетку и соблюдать технику безопасности (шпилька может проколоть антистатическое покрытие на полу), если в серверную запрещено заходить в подобной обуви?

— Мы уже готовим изменённые правила техники безопасности...

После последней фразы мы культурно попрощались и ушли, потом позвонили несостоявшемуся начальнику и рассказали, почему отказались от работы.

Ну привет, мама. Я знаю, что ты почитываешь этот сайт. Так вот — ты меня просто достала.

Это на твоём компьютере я каждый день выискиваю вирусы и трояны, которые ты непонятно где находишь. И едва ли не каждую неделю — удаляю с него какие-то подозрительные файлы и программы, которые ты продолжаешь ставить, вопреки моим неоднократным советам.

Это у тебя приходится почти каждую неделю запускать самое полное и тщательное сканирование антивирусом, потому что что-то из вышеперечисленной гадости я могу и не обнаружить.

Это перед твоим компьютером я почти каждый вечер пляшу с бубном, потому что ты опять ухитрилась запороть какую-то важную и полезную программу ко всем чертям.

Это ты недавно ухитрилась каким-то образом что-то сделать с моим айпадом, после чего мне пришлось относить его в магазинчик продукции Apple, чтобы там исправили последствия твоих кривых шаловливых ручонок.

Это в твоём компьютере скопилось столько пыли, что на его разборку и чистку ушёл час, хотя тебе было показано, как его открывать и протирать изнутри и как сделать это аккуратно и безопасно.

Это твой компьютер теперь не может нормально запуститься, потому что один из фиговой тучи твоих любимых троянов таки что-то доломал в нём, и теперь наверняка придётся переустанавливать из-за этого всю систему.

Так какого же чёрта ты возмущаешься, что я на пушечный выстрел не хочу подпускать тебя к моему компу, к которому ты рвёшься после доламывания своего?!

Я иногда искренне завидую Америке, показанной в сериалах, где можно спокойно признаваться, что ты предпочитаешь свой пол или оба сразу.

Меня вообще раздражает, что нельзя открыто признаваться в своих религиозных, сексуальных и любых других предпочтениях. Ты можешь быть только православным гетеросексуалом без отклонений в постели, и никак иначе. И это ужасно бесит.

Дико раздражают религиозные фанатики и те, кто просто прикрывается верой. Я не осуждаю, это не моё дело, пока это не касается свободы других людей. Сейчас, судя по новостям, такая ситуация, словно мы возвращаемся в какое-то средневековье, когда церковь была главной для людей. Порой я вижу религиозных фанатиков, которые отказываются от лечения и промывают мозги своим близким, заставляя их страдать и умирать от того, что можно было вылечить.

Я не знаю, почему, если «Бог есть любовь», мы можем позволять себе убивать любовь между двумя людьми, пусть даже и одного пола. Я искренне не понимаю, почему только двое имеют право любить друг друга? Почему то, что кто-то любит боль, может стать причиной едва ли не анафемы? Почему все мы должны скрываться, прятаться, дарить свою любовь за закрытыми дверями и думать «не дай бог об этом узнают»?

Почему нормальные и адекватные люди, не выставляющие свои пристрастия напоказ, должны равняться на тех, кто орёт громче, и прятаться ото всех? Не понимаю, и, откровенно говоря, это меня задолбало.

Меня ужасно бесит наша национальная черта характера: если нельзя, но очень хочется, то можно.

В ПДД написано: пересекать сплошную — запрещено. Пересекать двойную сплошную — строжайше запрещено. Т. е. «запрещено» — это для нас, русских, ещё недостаточное ограничение. Пересекать-то, конечно, нельзя, но если очень хочется или очень нужно, то можно. Так, что ли, получается?

Почему, чтобы мы не ходили, не ездили и не парковались на газонах, обязательно надо поставить этот уродский покрашенный в вырвиглазный зелёный или жёлтый цвет забор (а ещё лучше — трёхметровый бетонный забор)? Простого «запрещено» ходить/ездить по газону недостаточно?

Под знаком «остановка запрещена» парковаться нельзя. Но если «я же всего на пять минут в магазин забежал», то можно.

В парках и лесопарках запрещено разводить костры, кроме специально оборудованных мест. Но если «мы же всего раз в год с пацанами собираемся», то можно.

В жилых домах нельзя проводить ремонтные работы в будние и выходные дни по вечерам. Но если «мне же всего одну дырочку просверлить, чтобы полочку повесить», то можно.

В общественном транспорте запрещено ездить зайцем или двум людям по одному билету. Но если «мы же первый и последний раз на автобусе едем, у нас просто машина сегодня сломалась», то можно.

В некоторых парках запрещено выгуливать собак. Но если «ну у меня же всего лишь той-терьер, а не ротвейлер», то можно.

В лесах запрещено рубить деревья без специального на то разрешения. Но если «я же всего одно дерево», то можно.

Этот список парадоксов можно продолжать до бесконечности. Мы просто не понимаем слов «нет», «нельзя» и «запрещено». У нас вся жизнь по правилу: если очень хочется, то можно!