Я росла в нормальной семье: мама, папа, старший брат. Без ссор, без скандалов, с адекватными отношениями. Идиллия, в общем. Но когда старший брат уехал учиться в другой город, у родителей снесло крышу. Все их мысли, разговоры и волнения были связаны только с тем, как там их ребёночек, без них-то. Их можно понять, но при этом произошёл такой перекос в сторону одного ребёнка, что второму попросту не осталось места в жизни собственной семьи.
Когда у меня, пятиклассницы, начались большие проблемы с успеваемостью (а училась я до этого только на пять), когда началась жуткая бессонница, панические атаки, плаксивость на пустом месте, этого не заметил никто, кроме любимой учительницы. Такое состояние длилось около полугода, пока мне не помогли друзья, вытаскивавшие меня из беспросветной тоски, и та же учительница. Родители всего этого даже не заметили. И ладно успеваемость, я шифровалась, боясь скандала, но не заметить, что твой обычно весёлый ребёнок постоянно плачет, не спит и боится оставаться в комнате один, — это как? Зато они ежечасно интересовались по телефону у взрослого совершеннолетнего парня, покушал ли он.
Сейчас в другом городе учусь уже я, у брата — своя семья. И ничего не изменилось. Все волнения и радости по приезде достаются только брату. Мне — дежурный звонок раз в неделю, где мама равнодушно интересуется, всё ли у меня нормально, параллельно смотря сериал и особо не слушая ответ. Обидно, грустно, задолбало!
Я женщина 35 лет, и меня задолбали громко ностальгирующие по детско-юношеским годам ровесники.
Некоторые из них — люди, не адаптировавшиеся во взрослой жизни, поэтому изо всех сил цепляющиеся за прошлое и его додумывающие. Немного травы (той, которая раньше была зеленее) плюс известный феномен «врёт, как очевидец»… Обычные совместные игры с ребятами, живущими по соседству, превращаются в дружбу навеки, как в книжках. Правильная девочка, один раз в жизни забывшая физкультурную форму, начинает рассказывать, что была бунтаркой с непростым характером. Неуклюжие подростковые заигрывания, пиком которых стал медляк на дискотеке в лагере, докручиваются до главного эротического переживания всей жизни (и пофиг, что имя объекта было забыто уже через пару недель).
Особой беды в этом как будто нет. Хочется человеку вместо жизни здесь и сейчас бесконечно пережёвывать воспоминание, как он во имя вселенской справедливости подложил училке кнопку на стул, — и лишь бы, как говорится, не было войны. Но они же уверены, что на них история и кончилась, а дальше всё начало портиться! Это они с друзьями по двору были тремя мушкетёрами и не меньше, а нынешние-то дети просто орут под окнами и мешают им предаваться ностальгии. Это они не учили уроки, потому что первая любовь была гораздо интереснее учебников, а современные школьники просто тупые и ничем, кроме гулянок, не интересуются! От их занудного «мы такими не были» даже я начинаю позёвывать через несколько минут. Как это выслушивает молодёжь, вообще не представляю. Да в наше время даже пенсионерка Катерина Ивановна из первого подъезда была куда менее надоедливой!
Однако есть ещё и другая категория. Это люди, которые с годами вдруг стали святее Папы Римского и жаждут затмить всех своим сиянием. Послушать рассказы об их молодости — так они с раннего утра до обеда исключительно честными методами и своим умом строили карьеру, в обед часок читали душеспасительную литературу, а потом галопом неслись в церковь (да, они все поголовно стали прямо очень верующими, включая К., антирелигиозный пыл которого тогда сделал бы честь комсомольцу 20-х годов), по пути переведя через дорогу пяток старушек и накормив детей из пары приютов. Некоторые воспоминания очевидцев в эту картину, хоть ты тресни, не вписываются. Например, один мужчина, ныне проповедующий воздержание до брака, в студенческой общаге имел кличку «Кобель» вовсе не за собачью верность.
Если наблюдать за таким персонажем достаточно долго, то можно увидеть, как его биография меняется в зависимости от актуальных форматов, взглядов тех, с кем они сию секунду дружны, и прочих факторов. Одна моя знакомая, например, влюбилась в этнического татарина лет пять назад. Сразу оказалось, что она всегда внутренне симпатизировала мусульманскому представлению о семье, чувствовала себя не такой, как легкомысленные подружки, и вообще — она-то вроде как русская, но вот прабабушка из города К., а там где-то рядом было татарское стойбище… Потом она сходила замуж и развелась, и теперь-то, в отличие от дур с запудренными мозгами, точно знает, что счастье в феминизме, в городе К. к моменту рождения прабабушки 200 лет не было никаких татар, а всякий, кто усомнится в её чисто русском происхождении, получит в глаз! Её новый избранник — верующий иудей, знакомые затаились и с любопытством ждут развития событий.
Если девушка, которая хочет детей, стала встречаться с парнем-чайлдфри — значит, либо он намного лучше обычных парней и она надеется его изменить, либо никому другому она оказалась не нужна.
Если женщина, которая любит дорогие подарки, принимает ухаживания зажимистого мужчины — значит, никто ей эти подарки дарить не хочет и она надеется хотя бы с этого скряги что-то поиметь.
Девушка, которая вместе с парнем-домостроевцем, хочет ни о чём не думать и быть защищённой, при этом она согласна подчиниться и прогнуться, но быть униженной или избитой — нет.
Если выяснилось, что один из двоих чайлдфри всё-таки хочет детей, то самый ходовой вариант — он и не был чайлдфри. Чайлдфри — не хотят детей и не могут их захотеть. Не надо это путать с «мне ещё двадцать, хочу ещё погулять, я, наверное, чайлдфри»!
Если обеспеченный мужчина не хочет содержать студентку — значит, он и так получает от неё всё или она недостаточно привлекательна.
Любительница свободных отношений вполне может влюбиться в моногамного мужчину, и что ей остаётся, кроме как попробовать его раскрепостить?
Все люди думают о себе и строят жизнь, исходя из своих желаний. И, как правило, их действия просты и логичны, если не питать иллюзий.
Как говорится, спрашивали — отвечаем. Некая леди удивляется ценам в книжных. Я не то чтобы писатель, но автор двух десятков неплохо продавшихся книг, поэтому хочу объяснить.
Книга сразу печатается довольно большим тиражом — от тысячи до десяти тысяч, иначе в торговые сети просто не попадает. Попасть «в сети» издательству, у которого в каталоге менее тысячи наименований, нереально.
Тысяча экземпляров средней книжки в пачках — это примерно как коробка от холодильника по объёму. Так что издательству ещё приходится тратить деньги на склад. Есть, в принципе, технология «печать по требованию»: вы заказали книжку — и вам её напечатали. Адын штюк. Но этот «штюк» стоит столько, что вся экономия на складе сгорает.
Сами сети книжных магазинов, как ни удивительно, вынуждены арендовать помещения в ТЦ на тех же условиях, что продуктовые, одёжные и косметические лавки. При том, что площадей им нужно больше, а «оборачиваемость» товара (скорость полной продажи) в разы ниже.
В итоге цена издателя в магазине растёт в 3−4 раза. И из этих денег львиная доля уходит арендодателям, складам и банкам. Ибо «заморозить» деньги на два-три года (столько продаётся стандартный тираж) не под силу даже гигантам издательского бизнеса. Приходится брать кредиты.
К тому же для детских книжек, о которых плачется героиня, действуют санитарно-гигиенические нормы: размер и чёткость шрифта, качество бумаги и переплёта. И всё это удорожает печать раза в полтора.
Что задолбало? То, что вместо включения экономической логики люди ищут «спекулянтов-кровопийц», наживающихся на людской любви к чтению.
Простите, но дико пригорает одно место от того, как нынче относятся к студентам-практикантам!
Ищу, значит, я место для производственной практики. Вроде и портфолио показал, и согласен на любые условия, вплоть до формальной подписи в договоре, и прекрасно понимаю, что растить конкурентов никто не хочет и лишняя морда в производстве может помешать. Но, уважаемые, какого чёрта? Какого чёрта я начал искать место ещё в апреле, сейчас практика идёт уже вторую неделю, а большая часть организаций так и не дала чёткого ответа?
Что я имею в итоге? «Ой, ну, вы крутой спец, а мы вроде не против, но руководитель пока не ответил», «Да, мы принимаем практикантов, но надо уточнить», «Сегодня вечером мы вам точно скажем» — и это «сегодня» длится уже 3 недели.
Господа, вы скажите честно, что студенты вам на фиг не сдались. Честно, я не обижусь. Зато перестану надеяться, перестану бегать по всему городу ради ваших «сегодня позвоним», выкину наконец-то папку с договором и со спокойной душой пойду туда, куда меня отправила кафедра.
Прочитал историю про людей, не учивших экономику в школе. Честно говоря, я не понял, при чём тут экономика, но с первой фразой солидарен. Проблема в том, что экономика до сих пор преподаётся не во всех школах!
Город-миллионник, пафосная физмат школа в центре города. Куча олимпиадников. Экономики в программе нет. На моё удивление жмут плечами: а зачем? Кто знает математику — и так всё поймёт, а остальное расскажут в курсе обществознания. И вообще, лучше учить чему-то высокому: литературе, высшей математике, а не пачкать школу рассказами о деньгах.
Ой ли? Сейчас любят ругать «лучшее в мире» советское образование. И не помнят, как люди, получившие это самое образование, в 90-е понесли деньги в финансовые пирамиды. Не нужен, говорите, отдельный курс экономики?
Нет, я не учитель экономики без работы и не учёный-экономист. Если честно, то учёные, изучающие экономику «чистую, как слеза младенца», без учёта влияния психологии, политики и т. д., у меня вызывают лишь недоумение. Никаких серьёзных кризисов они предсказать не в состоянии, и накануне оных у них «всё стабильно»… Но базовыми экономическими знаниями должен обладать каждый человек.
А что у нас? Строение речного рака. Реакция серебряного зеркала. Годы правления Василия ІІІ. Все эти вещи, конечно, нужны культурному человеку, но, положа руку на сердце, кто их помнит, кроме специалистов? Насколько они важнее, чем изучение экономики, с которой мы сталкиваемся ежедневно?
Меня задолбали производители готового питания. Не спешите кидать в меня тапки, я не только о фастфуде.
Итак, что я купила за последнее время?
Фабрично упакованный холодец. Не заливное, а именно холодец. Зачем в нём огромные куски разваренного лука и моркови? Гадость ещё та! Если технологические карты требуют, добавьте в виде кашицы, этого никто не заметит. И вообще, я не верю, что нельзя выварить необходимые продукты безболезненно, — это не марлечка в ковшичке.
Свиную котлетку под сырной шапочкой в «Окее». Не знаю, каков вес готового изделия, но из-за количества лука есть это почти невозможно. Я выгребла лук… По объёму — не меньше той самой котлетки вместе с её «шапочкой». Я понимаю, что с помощью пресловутого лука достигается нужный вес изделия, но я больше не стану покупать такие котлеты и отсоветую всем, кому могу. Потому что не надо считать покупателя дураком. Лук стоит дешевле мяса, это понимают все. Имейте совесть, делайте съедобный продукт, а то и платить не хочется.
Банку рыбы. Вот тут сложнее, потому что наехать вроде не на кого. Но вот эта жидкая водичка с костями — это не горбуша. Я купила её по весьма средней цене — не запредельной, но и не очень низкой, и планировала внутри обнаружить рыбу, а не только понюхать.
И наконец! Та-дам! Гамбургер. Не знаю, на что рассчитывают господа, готовящие несъедобную бурду из съедобных продуктов почти на моих глазах, но я постараюсь подсказать многочисленным знакомым, где не стоит покупать бургеры, потому как хозяин надеется продать лук и огурцы по цене мяса. Студенческая среда обширна.
Вы задолбали. В конце концов, стоимость продукта — не больше 30% от стоимости продукции. Меня заколебало воевать с ужимистыми мудаками.
А у меня всё просто. Я сама создаю эскизы для своих татуировок, но теперь на моих страницах в социальных сетях нельзя найти фотографий, на которых было бы отчётливо видно мои рисунки. А ещё приходится договариваться с мастерами, чтобы они не документировали свои работы на моей коже.
Да, я жадина. Да, я вкладываю в свои художества смысл. И меня начинает задалбывать, когда я встречаю на удивление похожие изображения и надписи на посторонних людях.
Добрый день! Я люблю читать книжки, настоящие, которые хранятся на полках. Перелистывать страницы, держать в руках любимую книжку, перечитывать её — всё это мне очень нравится. Но меня удивляют цены в книжных магазинах. На просторах интернета есть высказывание, что бутылка водки сейчас стоит дешевле, чем книги.
Да, кто-то читает в интернете, кто-то любит электронные книги, но, по моему мнению, ничто не заменит обычной книжки в переплёте. А как они пахнут...
Даже ребёнку мы в основном можем купить только книжки-малышки, а если покупать большую про животных или транспорт, например, то стоят они запредельных денег.
Моя мама в своё время собрала небольшую библиотеку, так как раньше с покупкой книг всё было проще. А как быть сейчас?
Кто-то скажет, что книги уже неактуальны и ребёнку проще сунуть планшет с включёнными мультиками. Но как же сказки? Мы воспитывались на сказках, которые нам читали мамы и бабушки, и это были прекрасные моменты.
А меня до ужаса задолбали традиции под названием «у нас так положено». Вот положено в нашем отделе отмечать день рождения (что называется, «проставляться»). Принцип такой — все скидываются по 500 рублей, а именинник организует нехилый такой обед с горячим, коньячком, салатами и десертами. Вот скажите, почему я обязана это делать?
Начнём с того, что финансовой выгоды здесь нет никакой: все собранные средства съедаются и выпиваются, плюс виновнику торжества приходится бегать закупаться, готовить кучу еды, везти её как-то на работу, и всё в таком роде (а отдел у нас 9 человек, да ещё и большинство мужчины, а они покушать очень любят). И почему я должна отмечать свой праздник с не совсем близкими мне людьми? Да, мы работаем вместе, неплохо общаемся, но это мой день. В прошлом году я с удовольствием собрала близких девчат, мы сыграли в квест, поужинали, поболтали (благо общих тем предостаточно). В этом году я хочу взять своего младшего сына, пойти с ним на детские аттракционы, поесть картошки фри и пиццы, запить «Кока-колой». Имею право? Имею. Так вот, я, конечно, куплю тортик, конфеты и фрукты, потому что на работе есть коллеги из других отделов — хорошие девчата, с ними я с удовольствием выпью по кружке чая в обед, а своим товарищам по отделу я скажу прямо: извините, вот вам тортик, не нужно мне собирать деньги, просто чай попейте, и всё…
Недавно у молодого парнишки на работе родилась дочка. Да, повод классный, собрали денежку, купили им сертификат в детский магазин. Но, простите, какого лешего вы, уважаемые, вытрясли с парня пресловутый обед с горячим и спиртным? Вы считаете, что его жене, только из роддома, больше заняться нечем, кроме как запекать курицу, жарить картошку, резать салаты? Да и финансово тогда какой смысл в нашем подарке…
Зато можно кричать «у нас такой замечательный отдел, мы такие дружные». Ага, а попробуй только выбиться из традиционного склада — всё, ты в немилости. Ладно бы поздравили коллегу, чаю попили и успокоились, но ведь будут потом говорить: «Мы ему/ей денег подарили, а он/она обед зажала».
Нет, ребята, извините, но не хочу я с вами праздновать, не лежит у меня душа. А делать это только из-за того, что вы косо будете смотреть, я не считаю нужным… В конце концов, это моё право, а все ваши «традиции» до ужаса задолбали!
