В течение года мой отец потихоньку съезжает с катушек на почве ситуации вокруг Украины и России. С киевскими родственниками — а они люди аполитичные — умудрился вдрызг рассориться, за ужином каждый вечер лекции на тему «пояс фашизма вокруг России», меня допрашивает — не сижу ли я на либеральных сайтах и т.д. До недавнего времени получалось как-то от этого абстрагироваться. В последний месяц ситуация сильно ухудшилась — он стал писать какие-то то ли доносы, то ли петиции в ФСБ; знакомому устроил скандал за фразу «в Украине». А вчера он меня ударил и разбил мне нос. Только лишь за то, что я смотрела на Ютубе концерт «Океана Эльзы». Пока я поднималась с пола и останавливала кровь, он сгреб в охапку мои вещи, взял чемодан и бросил мне с криком: «Уходи по хорошему, пока я тебя не убил!». Спасибо маме — не побоялась влезть отцу под горячую руку, позвала соседа и они вместе отца как-то утихомирили.

С ужасом жду завтрашнего дня. Больно осознавать, что родной человек превратился в неконтролируемого психопата. КМП

Месяц назад с родителями поехали в гости к маминому брату и его семье. Они живут в соседней стране, и мы у них не были уже лет десять. За это время у маминого брата родился сын, ему как раз 7 лет, и мама его видела лишь на фотках.

Так вот, приехали мы к ним, слёзы радости, обнимашки, «Как жизнь?», то да се. Подбежал к маме мой двоюродный брат, мама его рассмотрела и увидела, что мальчик малость лопоух и сильно картавит. Что тут началось! Мама сразу же набросилась на жену брата с криками «Ты трахалась с евреем!», брату кричит «Лёня, ты что слепой, она тебе изменила с жидом, гони эту шлюху!». И никакие наши увещевания — мол, мальчик во многом на отца похож, мало ли кто там в предках был лопоух, а картавость ещё может пройти, не помогли. Мама расцарапала золовке лицо, обматерила и её, и брата, и заявила, что в этом «притоне» ноги её не будет. Так, почти с порога, мы всей семьёй свалили в гостиницу, а на следующий день домой. До сих пор мама считает, что права, и не хочет извиниться, а мне пипец как стыдно. КМП

Меня задолбали светодиоды. Эти маленькие разноцветные паршивцы за тридцать последних лет из тусклых красных огонёчков превратились в жгуче-слепящие прожектора, светящие из любого телевизора, компьютера, изо всей бытовой техники и электроники. В темноте они слепят до рези в глазах.

Но эти светодиоды доступны. Их можно заклеить изолентой, закрасить чёрным маркером, наконец, отпаять. Хуже те, что светят на улице. Всевозможные табло и бегущие строки безумной яркости ослепляют до того, что сложно прочитать, а что, собственно, они высвечивают. Особенно если они синие. Светофоры (главным образом этим грешат пешеходные) как включат зелёный свет — и ты видишь только его, и ничего вокруг. С ними соперничают мигающие зелёные кресты аптек и судорожно мельтешащие ёлочные гирлянды пронзительно синего цвета.

Есть простая вещь — фотоприёмник, определяющий уровень внешнего освещения, в зависимости от которого устанавливается ток через светодиод. И всё прекрасно: и днём хорошо видно, и ночью не слепит. Только никто такие не ставит…

У меня обеспеченные родители, которые всегда готовы меня поддержать и морально, и материально, поэтому профессию я выбирала для души: пошла в художественное училище. Вышла замуж за однокурсника, сейчас работаю в детской художественной школе, зарплата маленькая. Муж мой не работает вообще, рисует на заказ. Идти в школу или в фирму дизайнером — ниже его таланта. Все бы ничего, но он принципиально не принимает помощи от моих родителей. Денег почти нет, только на еду хватает и комуналку, благо, живем в квартире, которую мне родители купили, иначе со съемной совсем бы нищенствовали. Недавно увидел у меня осеннюю кожаную куртку, спрашивает: «Откуда?». Я отвечаю, что родители подарили, на что он с презрением говорит, что лучше бы ..., так хотя бы за дело подарили бы. Это было последней каплей, сказала, что хочу развод, пусть выметается из моей квартиры. Взбесился дико, орал на меня, даже ударил. С папиной помощью я его все-таки выгнала, но чувствую себя ужасно, я же правда его любила. КМП

Утром ты проснулся с трудом: внучок ночью плакал, животик болел. Ты носил ему грелку, гладил по голове и читал книжку, чтобы отвлечь. Деда хороший.

Утром за завтраком смотрел новости и печально кривил лицо: у границ война идёт, простые люди страдают, ну нельзя же так. Жена, заметив, сказала: «Миша, не переживал бы ты так. Сердце у тебя слишком отзывчивое».

На работе, поднимаясь к себе на третий этаж, помог мужикам поднять новый ксерокс на пятый. Тяжёлый же, как не помочь, ну? Уходя, слышал за спиной: «Хороший Саныч мужик, понимающий».

В обед в столовке дали сдачу рублей сорок совсем уж мелочью. Взял горсть карамелек, с шуткой отдал Наташе из отдела кадров — у неё дочка лет четырёх, пусть в садике вечером дитё гостинцу порадуется. Наташа улыбалась: приятно же.

После обеда на планёрке вопрос подняли: стажёры не успевают с мелким проектом, сроки горят, пацанов пропесочили вдоль и поперёк. Чёрт с ним — взялся курировать. Нельзя студентам будущее портить, чего раньше времени молодёжь отпугивать? Взялся на добровольной основе, парни аж расцвели. Спасибо, дорогой Михал Саныч, спасибо! Век не забудем!

По дороге домой чуть задержался — подвёз до дома Антонину Семёновну из бухгалтерии. Она сдаёт в последнее время, ходит плохо. Надо помогать.

У метро купил цветочков жене — пусть порадуется.

Совсем уставший уже доехал до подъезда, нашёл парковку на тротуаре. Фуф, всё.

Поднялся домой, поцеловал жену. Ужин, душ, спать. Завтра трудный день, столько всего успеть, стольким людям помочь! Сердце доброе, что поделать.

А вечером по проезжей части, по каше из талого снега выше щиколотки, поскальзываясь и промокая, шли бабушки, мамаши с колясками и просто обычные люди. Шли по мостовой мимо твоей машины, стоящей на сухом тротуаре, и думали — какой же ты, дяденька, феерический мудак!

Здравствуйте, человек без хобби (видимо, так — иначе вы бы не стали плеваться ядом в нашу сторону)! Я — то самое бесполезное с вашей точки зрения существо, которое занимается «позёрством», чтобы «просто выделиться из серой массы», то есть клепает поделочки, пишет стишочки и песенки, играет музычку, шьёт исторические костюмчики и делает ещё кучу всяких других дурацких вещей, а также общается с другими такими же и считает своим долгом ответить вам от имени себе подобных.

Пункт первый и самый главный: а вас, простите, е&#т?.. В смысле — вас настолько волнует то, чем занимаются посторонние люди? Это, если честно, смахивает на зависть. Типа, они делают то, чего не умею я, поэтому я их старательно обосру, чтобы доказать самому себе, какие они все дураки и не лечатся, один я в белом пальто стою красивый? Но нет, вы ведь не завидуете — вы праведно негодуете. А теперь, ещё раз, внимание: вас, по идее, не должно волновать то, на что гробят свою жизнь множество разных людей. Если вас это волнует — это только ваши проблемы.

Пункт второй: всё великое начиналось с малого. Писателям ставили двойки за неграмотность, актёров выгоняли из училища, а уж скольким известным музыкантам пророчили нищенское существование — и не сосчитать. Кто из нынешних любителей действительно станет мастером, никому не известно, но это может быть кто угодно.

Пункт третий, вытекающий из второго: становиться великим и спасать галактику вовсе не обязательно. Если песни, написанные подругой на мои тексты, будут звучать так, чтобы нам обеим нравилось — это уже хорошо. Если мы эти песни хорошо сыграем перед небольшой аудиторией, и они понравятся людям — это ещё лучше. Мы не стремимся к звёздной популярности и занимаемся всей этой самодеятельностью в свободное от учёбы и работы время (заводы таки не стоят, не переживайте!). Нам хорошо. Людям, которые нас с удовольствием слушают, тоже хорошо. Только негодующим праведникам, бедным, плохо.

Пункт четвёртый: хобби может быть просто полезным занятием. Например, можно сделать какую-нибудь вещь в подарок и не тратить деньги и время на поиск этого самого подарка. Сделать кому-нибудь или самому себе украшение, идеально подходящее к определённому наряду, и не тратиться, опять-таки, на поиск какой-нибудь дорогущей безвкусицы более-менее в тон. Сделать что-нибудь ещё, сдать в соответствующий магазин (или вывезти на ярмарку), продать и получить энную сумму денег. А бег по утрам и прочие занятия спортом неслабо развивают мышцы, координацию и далее по списку — с этим вообще не поспоришь.

Кстати, как раз такие, как вы, мотивируют нас продолжать заниматься любимым делом. Просто чтобы доказать, что из этого может быть толк.

Моя задолбайка очень приземлённая. Касается она лифтов — как дома, так и на работе.

Такой уж я человек — не люблю ездить в до отказа заполненной кабине. Даже один человек уже вселяет некоторый дискомфорт, что уж говорить о набивающихся в кабину толпах. Нет, я не буду лихорадочно жать кнопку закрытия дверей, если кто-то просит подержать двери — все мы иногда опаздываем куда-то, торопимся; тараканы в голове — не повод кидаться ими в окружающих и портить им настроение. Задалбывает другое.

— Девушка, ну вы едете с нами?

Ох, ёжки-матрёшки, если я стою и не захожу, усиленно пялясь в экран телефона, это значит, что я с вами не поеду. Кабина забита, протискиваться я не буду. Не надо, пожалуйста, высовывать руки из кабины, пытаясь мне помахать, повышать голос и несколько раз повторять вопрос. Даже если я залипла на входе — сама виновата. Подожду следующего, мне не так трудно.

— Девушка, ну вы чего, мы же не маньяки какие-нибудь. Запрыгивайте!

Не хочу я к вам запрыгивать. Даже если вы трезвы, опрятно одеты и ниже меня ростом. Я не хочу тереться об вас в тесной кабинке. Я не хочу, если лифт застрянет, коротать часы с каким-то совершенно левым мужиком, а уж тем более с двумя.

— Да не бойтесь вы, залазьте, собачка не кусается!

Собачки чувствуют страх. Если вас, уважаемая сильная и независимая женщина, она не кусает, то меня, почувствовав, как я трясусь и вжимаюсь в угол кабины, она может конкретно травмировать. Это животное, и в тесном помещении оно стрессует не меньше. Я не хочу зайти в лифт с двумя глазами, а выйти как минимум без одного.

Сейчас, небось, наплывёт толпа турникменов и турниквуменов, которая с презрением на морде лица будет советовать подниматься по лестнице. Я бы только рада, дорогие мои, но я не могу. У меня довольно серьёзная травма ноги, и восстанавливаться нормальное функционирование конечности будет очень долго. Я очень сильно хромаю, подъём по лестнице для меня — невыполнимая задача.

Просто вспомните мой пост, когда в очередной раз начнёте раздражаться на тормозящую бабу, которая не реагирует на такие простые и житейские вопросы и предложения.

Моей пожилой маме сделали бесплатную операцию по протезированию тазобедренного сустава. Через три месяца мама сможет уже даже бегать. А мне нужна операция по замене протеза коленного сустава. Который мне поставили в 11 лет после серьёзной травмы. Сейчас я без трости даже до сортира не дошла бы. И для меня операция будет стоить 250 тысяч рублей. Потому что бесплатное протезирование только для пенсионеров. Мы с мамой обе не понимаем, почему государство финансово поддерживает тех, кому уже, извините, скоро помирать уже, а молодёжь должна или зарабатывать себе на лечение, или подыхать. Я не могу заработать такие деньги, а кредит под долю в квартире мы брать боимся. Естественный отбор, фигли. КМП.

Вчера вечером я ехала в вагоне метро в компании милой, чудесной семьи: мама, папа и девочка лет пяти. Девочка играла на планшете в какую-то игру или смотрела мультик — было не совсем понятно. Факт в том, что громкость планшета была на максимуме.

Я плохо слышу, к тому же сидела в наушниках, но даже сквозь них долетали не самые приятные звуки. Не выдержала — подошла к семейству с просьбой сделать потише. Глава семьи посмотрел на меня с недовольством:

— А чем конкретно вам мешает?

Не задолбали, нет. Удивили. Чем же мешает? Может, стоило врубить на полную мою любимую тяжёлую музыку и подсесть к отцу девочки поближе? Может, так было бы понятнее?