Меня дичайше, до дрожи в руках задолбали описания игр.

Я из тех людей, кто не провёл и не проведёт нормальный интернет: это невозможно. Все игры выбираются только по описанию на диске в магазине.

Диск 1. «Потрясающий экшн от первого лица». На коробке картинки жутких оборотней, призраков, пара картинок главного героя. Устанавливаю 35 ГБ, запускаю. Тыкаю мышкой, чтобы главный герой (в центре экрана фигурка) побежал, а навстречу на карте выпрыгивают злющие монстры, и он их фигачит мечом или магией.

Диск 2. «Погрузитесь в удивительный мир древнего Египта и отгадайте тайну фараона». На картинках — статуэтки кошек, пирамида в разрезе с кучей ходов внутри. Устанавливаю — игра «три в ряд». Что за фигня?

Диск 3. «Захватывающий сюжет и неожиданная развязка держат в напряжении всю игру». После установки стало ясно, что ограничение 18+ тут никаким боком, равно как и описание — сюжет линейный донельзя, герои мультяшные, развязка предсказана после второго задания из сорока.

На дисках ни слова о жанре игры — только гигантские системные требования и восхваление создателей.

У меня просто нет возможности изучить обзоры игр или найти отзывы — я хочу отдать деньги и играть, а не стоять по два часа в магазине с коробкой, набирая запросы об отзывах с мобильника. Я не знаю, кто это сделал, но задолбали!

Всегда думала, что налоговая служба — это серьёзная организация. Ни фига!

Итак, задача: сменить ИНН в связи и изменением фамилии после заключения брака. Очевидное решение: идём в налоговую, отдаём нужные документы, ждём, забираем готовый ИНН. Куда там…

Зная тягу бюрократов к бумажкам, на домашнем копире сделала заранее в четырёх экземплярах ксерокопии всех документов. Решила штурмовать организацию после обеда, так как народу будет меньше, а работники после еды наверняка подобреют. Захожу в холл и понимаю, что мысль «после обеда народу будет поменьше» грешила излишним оптимизмом. К тому же я понятия не имею, к кому мне идти с моим вопросом. Налево — кабинет с окошечками, как в банке, и какая-то загадочная деверь. Наверное, начальника окошечек. Направо — коридор с кабинетами без подписей. Прямо — лестница на второй этаж. Но я ж умный человек, читать умею, а ребята очень старались и обклеили три стены стендами с полезной информацией. Обошла стенды два раза, внимательно выискивая ту самую полезную для меня информацию, чем привела в недоумение людей, сидящих в очереди. Видимо, я была первой, кто вообще обратил внимание на эти бюрократические граффити. Полезной для меня инфы чуть меньше, чем ноль.

Ладно, думаю, можно ведь и спросить. Вежливо предупредив очередь, что мне нужно только уточнить, просачиваюсь в кабинет с окошечками. Из четырёх окон работает одно, но в нём суровая женщина уже кого-то консультирует. А вот из самого крайнего доносится стук клавиш. Туда-то я и обратилась со своим вопросом. За стеклом сидела женщина и что-то сосредоточенно печатала одним пальцем. Вместо ответа в меня метнули грозный взгляд и ткнули тем самым рабочим пальцем в работающее окно. Как порядочный человек, я вышла из кабинета и заняла общую очередь в холле.

Спустя два часа я всё же выложила свою проблему. Налоговый инспектор затребовала мой паспорт и стала вбивать мою новую фамилию. Через десять секунд раздался возмущённый голос: «Но вас нет в нашей базе!» Повторно объяснила, что фамилию сменила в паспорте и хочу то же самое проделать с ИНН. Недобро на меня глянув, затребовала ксерокопию старого паспорта.

— Не вопрос.

Затем мне сообщили, что нужна ксерокопия нового паспорта.

— А пожалуйста.

— В двух экземплярах!

Улыбаясь до ушей, отдаю вторую ксерокопию. Видно, что инспектор была удивлена такой запасливостью, но напора не сбавила, и бюрократическая борьба ксерокопиями продолжилась.

— Оригинал ИНН.

— Вот.

— Копию ИНН.

— Возьмите.

— Копию свидетельства о браке.

— Пожалуйста.

Но тут противник применил неизвестный мне приём, и я была вынуждена сдаться:

— Десять чистых листов формата А4!

На резонный вопрос, неужели мне придётся купить пачку бумаги ради десятка листов, мне сообщили, что листы покупаются там же, где делаются ксерокопии. Вышла из здания налоговой обескураженной и потопала искать ближайшую точку с услугами копирования. Вежливая пенсионерка в нужном мне отделе улыбнулась моей озадаченной физиономии и сказала, что удивляться нечему, не я первая. Отсчитала мне десять листов за двадцать рублей. Да-да, два рубля лист.

Отстояв ещё одну очередь, но теперь уже в полной боевой готовности, я всё же сдала документы. «Когда забирать?» — «Через 14 дней примерно». Оказалось, что имелись в виду 14 рабочих дней, а не календарных. Хорошо, что уточнила сразу.

В общем, завтра иду за новым ИНН и распечатаю памятку для тех, кто придёт после меня с той же проблемой. Пусть хоть какая-то полезная информация появится на стендах этого учреждения.

А вот десять чистых листов задолбали!

Шесть лет назад усыновили с мужем годовалого мальчика. В последнее время сын стал проявлять различные «милые странности», ничего серьезного со стороны, муж и родные только умиляются и радуются, какой удивительный ребенок нам достался. А я сижу и боюсь признаться: у нашего мальчика прогрессирующая шизофрения. КМП, сын — это все для нас, мы с мужем этого просто не переживем.

Я к IT отношения никакого не имею — так, менеджер. Могу почистить мусор на компьютере, откатить систему, если драйвер корявый, прочитать, что хочет от меня программа, если она не запускается, собрать-разобрать системник, если потребуется, и сделать апгрейд.

На днях, гуляя по торговому центру, зашёл в магазин электроники, решил посмотреть ноутбуки на предмет смены своему HP. Люблю иногда поиграть в игры, качественные и требовательные, а старичок игры моложе 2010 года на околомаксимальных настройках уже не тянет. Отказаться от ноутбука не могу никак: привык я к его удобству.

В общем, хожу, рассматриваю, читаю характеристики. Ноутбуки подключены, можно посмотреть оценку производительности Windows, что я и делаю.

В какой-то момент подходит консультант со стандартным вопросом. Говорю, что меня интересует. Начинаются объяснения про модель процессора, видеокарты и другие характеристики, которые я могу прочитать и так. Открываю при нём средство оценки на одном из ноутов (из дорогих, от 30 тысяч) и говорю:

— Вот у меня на двухгодовалом ноутбуке оценка хуже только на пару пунктов здесь и здесь. Так вот, объясните мне, пожалуйста, за что я должен переплатить ***дцать тысяч рублей, если разницы практически не видно?

Парень зависает, а я удаляюсь дальше погулять по магазину.

Выходя через двадцать минут оттуда, я видел, что парень так и завис над тем ноутом и усиленно над чем-то думал.

Задача консультанта, как уже не один раз говорилось, это уметь доступно и понятно объяснить клиенту, за что он переплачивает свои кровные деньги.

Вспомнил я сегодня про свой старый системник. Помните, лет сто назад модно было собирать себе компы из топового железа и мериться fps в игрушках? Так вот, обнаружилось, что на видяхе дохлый кулер. Поиски в интернете результата не дали, и ничего не оставалось, как просто взять кулер 80×80 и приклеить его к радиатору видяхи. Всё чётко рассчитал: кулер спокойно можно было крепить поверх радиатора, он ничего не задевал.

У нас в районе всего один компьютерный магазин. Пришлось топать в него через весь район, заодно и ребёнка выгулял.

Пришёл домой весь такой радостный, почистил радиатор. У видяхи на кулер было всего два провода, и скорость вращения кулера регулировалась изменением напряжения питания, поэтому я просто отрезал у кулера жёлтый провод, перевернул видяху, посмотрел по дорожкам, где плюс, где земля, перевернул карточку и припаял провода. Причём припаял не напрямую, а разрезал провод кулера напополам, чтобы можно было кулер безболезненно отцепить, если что. Кулер я отлично приклеил к радиатору суперклеем, а после его застывания ещё прошёлся по периметру термопистолетом.

Как я припаял провода, вы уже должны были догадаться после фразы «перевернул карточку». В общем, после включения питания вместо вращения кулера я получил только вонь на всю комнату и едкий дым.

Было не так поздно. Попёрся в магазин. Рассказал парням прикол про кулер, взял новый и попёрся домой.

Дома меня ждала видяха с уже припаянными проводами.

Как я объясню парням в магазине, зачем мне третий кулер, я не знаю.

Коллеги, даже если мы лет по пятнадцать собираем компы или занимаемся программированием, давайте стараться всё делать не только на автомате, но и иногда думать, что мы делаем.

Я тот самый айтишник с красными глазами, толстым пузом, сальной лохматой бородой и прочими «прелестями». Вы думаете, мне нравится мой вид? Да ни фига. Но дело вот в чём…

Я работаю в отделе информатизации. Нас тут 70 человек, включая начальство и их секретарей, а компания чуть-чуть не дотягивает до 3500 сотрудников (это только те, кто пользуется компьютерами), и персонал распределён по трём городам. Посчитайте, какая нагрузка на нас. Если что-то где-то накрылось, то мы должны всё бросить и срочно, «вот прям ща», всё исправить. И не дай бог мы опоздаем к очередной Мариванне посмотреть, что у неё с монитором! Оборвёт телефон начальства и не только нашего, а начальство оборвёт что-нибудь нам. А мы должны ещё успеть переложить проводку, заменить компы у бухов и заодно подготовится к завтрашней встрече делегации наших партнёров, о которой нам сказали только часов в 16 накануне, хотя приказ пришёл уже как месяц. И это систематический маразм. Бывали месяцы, когда я вообще не появлялся на рабочем месте просто потому, что бегал по заявкам. Рабочая неделя в 80 часов становилась нормой.

Вы пишете: «Общайтесь с живыми людьми вживую». Так я уже так наобщался, что иногда хочется прибить человека, который просто открыл рот в мою сторону. Но я учтив и корректен, ведь человек не знает, что он уже 20–30-й за день, и до него меня уже терроризировала пара «вумных» пользователей.

Жир на пузе сбросить? Нет ничего проще: надо лишь потаскать полсотни компов на пятый этаж с десятком МФУ и полкилометра кабелей в нагрузку.

Я систематически не высыпаюсь. Я неопрятен, потому что часто лазаю в такие места, где даже в спецовке жалко ходить. Когда вечером я добираюсь до дома, мне пофигу, что есть, ибо всё, что я ел за день — вода, а сил что-то готовить нет, есть только желание жрать и спать.

Но несмотря на то, что я периодически выгляжу как несвежий труп бомжа, начальство меня ценит, так как я могу разгрести почти любую жопу, если чего-то не хватает, быстро вытрясти нужное или извернуться, но прикрыть отдел. И премия после аврала для меня — норма.

Когда же у нас период тишины, я аккуратен, побрит и пострижен, в хорошей чистой одежде. Доходило до того, что меня не узнавали люди, которые до этого видели меня только во время авралов.

Я профессионал своего дела. Просто, чтобы это дело было выполнено на отлично, часто необходимо выкладываться на полную.

Меня задолбали пешеходные переходы возле некоторых автобусных остановок. Точнее, их отсутствие.

Выходишь из автобуса на определённой остановке. Остановка обычная, со своим давно устоявшимся местом и лавочкой под крышей со буквой «А» — не «остановите у перекрёстка», как раньше иногда в маршрутках бывало и люди выходили почти где угодно. Нужное мне заведение ровно напротив остановки. Перейти бы дорогу тут же и зайти в здание. Или левее на десять метров — там, где та же остановка для транспорта, идущего в противоположную сторону. Но почему-то рядом ни справа, ни слева не то что светофоров нет — даже зебра не нарисована. Скакать наугад без перехода рискованно: транспорт прёт потоком, движение оживлённое, а на тот свет ещё не хочется. Идёшь назад или вперёд в поисках перехода. Пробовала и так, и так, ездя в то место неоднократно. Тадам! — зебра оказывается почти возле предыдущей или следующей остановки! Переходишь дорогу и идёшь назад так же почти целую остановку, делая немалый крюк.

Однажды я подумала: если переход ближе не к нужной мне остановке, а к предыдущей, может, выйти сразу на ней, перейти и пройти остановку вперёд пешком? Вышла. Но оказалось, что непосредственно перед этой зеброй ещё перекрёсток и ещё один переход с очень интересным светофором. Казалось бы, загорается зелёный свет для пешеходов — но в это время машины не останавливаются и поворачивают вбок как раз в эту сторону, не особо сбавляя скорость. Тебе зелёный свет, а на тебя прут машины из-за поворота!

Пропустив три зелёно-пешеходных сигнала, я задолбалась и, дождавшись расстояния подальше между двумя заворачивающими машинами из потока, на четвёртый зелёный со всех ног припустила, шарахаясь от почти задевающих по одежде машин. И только после того смогла дойти куда надо.

Задолбали! Может, всё-таки зебры рисовать стоит там, где действительно часто народ ходит, а не за тридевять земель, и светофоры ставить в соответствующих местах с правильными, не сбивающими с толку сигналами?

Намедни ждал приятеля в переходе на Сенной. Ко мне подошёл дядечка лет пятидесяти и с лёгким акцентом поинтересовался, как ему доехать до проспекта Ветеранов. На секунду задумавшись, я ему объяснил всё по порядку: перейти там-то, доехать до такой-то станции, потом опять перейти — ну, и так далее. Надо сказать, я думал, что он буркнет дежурное «спасибо» или вообще молча уйдёт, как оно обычно и бывает. Но не тут-то было.

Мужик протянул мне руку и радостно воскликнул: «Вы первый русский, который помог мне!» Он тряс меня за руку, а я ошарашенно стоял и что-то там мямлил, не зная, что ему ответить.

Люди, что это было? Неужели у нас в стране настолько всё плохо, что даже в культурной столице уделить полминуты времени на доброе дело вам западло?

Каждое утро на входе в школу я встречаю его королевское величество, его высокопревосходительство, его… Словом, продолжать можно долго. Я встречаю охранника. Такой же охранник сидит и на входе в начальную школу. Что тут может задолбать? А вот.

Когда в нашей школе только появилась пропускная система, все входящие обязаны были предъявить пропуск дежурным. Те, у кого пропуска не было, карались страшно: их записывали на листочек в отдельный список. Список надлежало унести в учительскую, откуда он отправлялся в мусорное ведро — дежурили, сами знаем. Не нужны были эти пропуска никому.

Но не дай бог наш страшный, грозный, но справедливый дядя Витя увидит, что пропуска у тебя нет! Тебя ждёт едва ли не получасовая беседа на тему твоих моральных качеств. Начинается нудное выяснение обстоятельств: почему нету, где забыл, почему забыл, когда принесёшь, как так… Помню, мне пришлось долго объяснять, что пропуск остался в куртке, в которой я ездила на дачу, а обратно уехала уже в другой куртке, и раньше выходных куртку никак не заберу. Зачем нужно было выспрашивать эту информацию и что она дала охраннику — непонятно.

Опаздывала на краевую олимпиаду не по своей вине. Садимся в школьный транспорт вместе с сопровождающей, и тут она спрашивает меня: «Ты тетрадь в клеточку взяла?» Я в ужасе: какая тетрадь, в требованиях ничего такого не написано! Бегу обратно в школу, чтобы сократить путь, захожу через началку. На входе — брат-близнец дяди Вити, разве что помоложе.

— Куда? — сурово спрашивает доблестный охранник.

Я робко говорю, что в школу, мол. Так и так, олимпиада, только тетрадку попросить, опаздываем…

— Не положено! Инструкция такая. Нельзя тут наверх ходить.

Ну, не положено — так не положено. Молча обхожу школу, захожу, где положено. На обратном пути решаю выйти через началку. Охранника на посту нет. Зато есть он за углом — угол, наверное, и охраняет. А сигарета — чтоб в темноте видно было лучше. Увидев меня, спросил: «Чё, прошла всё-таки?»

Впрочем, что это я. У дяди Вити есть огромное достоинство, за что он любим большинством школьников: он всегда выпускает покурить, ни о чём не спрашивая. Впускает тоже всех — в нашей столовой спокойно едят то работники ближайшего медицинского центра, то какие-то непонятные люди в рабочих комбинезонах. Друг, зашедший как-то ко мне в школу, удостоился вопроса: «Где учишься?» Назвал номер школы и приготовился к тому, что его не пустят. Но — никаких претензий. (Опять же — зачем дяде Вите эта информация?)

Годы прошли, друг повзрослел и поступил в институт. Недавно снова заходил — буквально на двадцать минут. Тут он подвергся настоящему допросу. Пришлось даже студенческий показать (напомню, медсёстры в халатах и рабочие со стройки проходят беспрепятственно). Хорошо, паспорт не попросили оставить. Узнав максимум информации, дядя Витя разрешил: «Вон там в уголочке посидите напротив двери, пока перемена идёт».

Однажды мне стало плохо. Медработник выписала мне справку для классного руководителя и отпустила домой. На выходе из школы — кто? Правильно, дядя Витя!

Что? Куда иду? Отвечаю, что мне вообще-то плохо. И по мне, кстати, сразу видно. Справка есть, да.

— Ну, это хорошо, а вот пропуск твой где?

Я мысленно издаю протяжный стон. Ну зачем? Сейчас их не проверяют даже дежурные, да в этом году их и не выдавали даже.

— Ну, я вот тебя в школу пускаю, потому что помню, что ты здесь учишься. А если я у тебя пропуск спрошу, что ты мне покажешь?

Известно что, думаю я. Но молчу.

— Давай справку.

— Мне её классному руководителю отдать надо.

— Вот завтра покажешь мне пропуск и заберёшь.

А теперь — немного математики. В нашей школе более девятисот учеников. Каждый учебный год мы сдаём по тысяче рублей на охрану. Полученную сумму поделим на двенадцать месяцев — кажется, охраняют нас и летом. Получается семьдесят пять тысяч.

И вот столько мы платим за охрану?! За двух мужичков на входе с синдромом вахтёра? А вам не кажется, что это несколько до хрена? «Охранять» нас стали после трагедии в Беслане. Что они реально смогут сделать, если у них в лучшем случае шокер есть? Хорошо, может быть, нажмут на какую-нибудь свою красную кнопку, и к нам тотчас приедет ОМОН. Конечно нажмут. Если в это время не будут охранять ближайший угол или гараж.

Чтоб ваши последние банковские сбережения так охраняли! От мирных студентов мы себя и сами защитим, а покурить и без вас все сходят.