Из двух зол выбирают меньшее
Ну, зачем же ограничиваться только историей запретов на аборты, когда самим медицинским абортам не больше чем лет 100−120?
Можно припомнить и всю историю человечества до этого периода, и увидеть, что люди во все времена рождались и становились самыми разными: и обычными, и преступниками, и героями, но искусственные, насильные попытки проредить человеческое общество от проблемных и потенциально проблемных детей никогда не приводили к цветущему раю на земле. Особенно преуспели в этом самые отсталые и примитивные племена, которые за неимением абортов ненужных младенцев выкидали, чтобы лишние рты не кормить, и в которых женщины, да, уже в 30 лет выглядели беззубыми старухами.
Ну, а где эти племена теперь? Преуспели, распространились по всей планете, и заняли доминирующее положение почему-то народы, в которых избавление от детей считалось грешным и аморальным. Даже если это правило не всегда соблюдалось, детоубийства, во всяком случае, не ставились на поток за счёт Государства и не пропагандировались как право каждой семьи. Даже в самые тяжёлые времена, когда дети умирали от болезней и голода, никто не выступал с идеей убивать их, чтобы «гуманно» сократить их муки. Не людям было судить, решать и умничать, кто из них выживет, а кто — нет.
С преступниками же ситуация становилась получше, когда, во-первых, их ловили и казнили, а не цацкались с ними годами в тюрьме за счёт налогоплательщиков. Во-вторых, люди (и подростки в частности) были делом заняты, а не болтались безнадзорно по улицам, потому что школа закончилась, на работу не берут, а на разные лагеря-спортсекции-кружки у родителей денег нет. В-третьих, основная часть населения стала жить не в нищете (чтобы не грабить ради куска хлеба) и без понтов (чтобы не грабить ради дорогого айфона). В-четвёртых все вредные привычки, оскотинивающие человека, изничтожены или сведены к минимуму. В-пятых нормальное человечное отношение детей к другим прививается с садика и школы, а не пускается на самотёк по законам дикой стаи, пока учитель занят кучей бесполезных бумажек… Вот тогда можно говорить о снижении преступности вообще и подростковой в частности.
Но, конечно, это же всё более затратно и хлопотно, чем ликвидировать потенциальную проблему в зародыше в самом прямом смысле этого слова. Проще избавиться от нелюбимых и нежеланных детей, самонадеянно взяв на себя роль провидца и заклеймив их всех будущими преступниками. О преступниках — избалованных детках из обеспеченных семей, давящих людей родительскими машинами, избивающих бездомных, травящих одноклассников, мучающих животных, чтобы выложить в сеть «классное» видео, мы деликатно промолчим.
Тем паче о взрослых и высокопоставленных преступниках, затевающих войны, обворовывающих государства, создающих для других такие бесчеловечные условия, что по количеству человеческих жертв к ним и близко не подойдёт никакая молодёжная банда. Нежеланные дети — самые крайние и самые беззащитные в этой цепочке, а аборт — самый радикальный и дешёвый способ «решения проблем». Только этим, а отнюдь не гуманностью, не справедливостью, и даже не дальновидной мудростью оправдывается его популярность.
Психологические травмы и депрессии — это смешно. Люди — существа крепкие. За всю историю человечества те, которые хотели жить — выживали, восстанавливались и возвращались к нормальной жизни, радуясь такой возможности, даже после кошмаров, по сравнению с которыми нелюбящие родители — цветочки нежные. После рабства, плена, пыток, концлагерей, разрухи, голода, эпидемий, потерь родных, даже если человек оставался единственным выжившим в семье — люди вставали, поднимались и жили.
Хотя и те, для которых сломанный ноготь или разбитая чашка — вселенская трагедия, тоже были и есть во все времена. Как раз такие-то и носятся со своими травмами, как с писаной торбой. Но для того, чтобы человек стал счастливым, родившись даже в неидеальных условиях, у него должен быть на это шанс! А аборты детей этого шанса лишают. И детдома «забитые грудничками» — не благо, но это наименьшее из зол. Из двух зол выбирают меньшее за неимением лучшего.
Пока ребенок жив, есть шанс, что его усыновят, есть шанс, что у его родных родителей проснётся совесть, есть шанс, что кто-то из родственников родителей вспомнит (или узнает!) о кровных узах, есть шанс, что из персонала детдома или учителей кто-то будет воспитателем от Бога и станет детям как родной. Наконец, есть шанс, что выросшие вместе друзья и подруги так и останутся, как любящие братья и сестры, и есть шанс, что выросший ребёнок, у которого было несладкое детдомовское детство, уже взрослым человеком сумеет добиться успеха и построить себе счастливую жизнь. Пока человек жив — есть шанс! А у абортированых его уже нет. У них ничего нет. Какое у нас право их этого лишать?
Насчёт перегруженной системы — да, она бывает иногда такая перегруженная, что волонтёрам иногда говорят: не везите в детдома никакие подарки, дети уже игрушкам цены не знают, знают, что если поломают, им потом надарят ещё. Органы опеки рыскают, как волки, не зная к кому прицепиться, тащат подростков, которые вполне могут сами о себе позаботиться, проживая дома с родителем, который восстанавливается после инсульта, например.
Врачей и нянечек не хватит? Ага, вот горе-то — прощай надолго безработица среди тех, кто имеет хоть какое-нибудь медицинское образование, да способен ребёнку памперс поменять и на руках покачать.
А если вам так женщин жалко, у которых беременности вызывают серьезные проблемы со здоровьем — так чего же вы им стерилизацию не предложите? Где забота о правах женщины, которая будет ходить на аборты десять раз, вместо того, чтобы за одну операцию от всех проблем избавиться? И почему она всю жизнь травиться контрацептивами должна и вздрагивать при каждой задержке, когда беременеть ей в принципе опасно?
Разбираюсь я в этой теме больше, чем хотелось бы. И жалко всех: и детей нежеланных, и женщин, кому материнство не в радость, и мужчин, вынужденных крутиться на трёх работах из-за того, что жена забеременела невовремя… всех. Проблема очень многогранная, но её решение — не аборты.