Я не могу сказать, обижена я или просто устала. Но меня задолбало отношение мужчин к женщинам «для галочки». Яркие примеры встречаются нечасто, а вот мелких пруд пруди.
Ещё в студенческие времена мы подгруппой нашей группы собрались после сессии посидеть-выпить. Девять парней и я. Организацией банкета занимался один из парней, который сразу у меня галантно поинтересовался, что я желаю пить. Я желала пить белое полусладкое вино, а поскольку мы скидывались, предложила побольше денег, ибо приличное вино стоит дороже водки даже вместе с соком для отвёртки. От денег парни так же галантно отказались. Стоит ли упоминать, что на столе была только водка? Правда, я сама о себе позаботилась и пришла с бутылкой, опасаясь, что парень с непривычки какую-нибудь гадость купит, но ведь он даже не попытался!
На первой работе нам всем отделом приходилось раз в месяц выносить коробки с документами. Я никогда не отлынивала, потому что коробок было много. Да, я не могла взять сразу по две (бумага тяжёлая), но и не все парни так могли. И вот один раз вывоз документов совпадал с предпраздничным седьмым марта. Не скрою, мне хотелось одеться красиво, потому что я после работы собиралась к друзьям, о чём я и посетовала в курилке. Мне можно было посочувствовать. Мне можно было предложить прихватить с собой тряпки, чтобы кто-то подежурил под дверью той же курилки, чтобы я переоделась. Можно было даже ничего не делать и пошутить про эмансипацию, но мальчики сразу ринулись в бой. Дескать, зачем же мне мучиться? Это же мой праздник, они всё сами донесут! Надо упоминать про то, что на следующий день меня подгоняли, потому что погрузить надо быстро, очень быстро, а времени совсем нет? А я чуть не плакала, прижимая к белоснежной блузке пыльные коробки и покачиваясь на каблуках.
А добил меня вчерашний день. На работе возник чисто рабочий конфликт, без личностей и должностей. Дедлайн наступает на пятки, все на нервах… Я единственная женщина в отделе. Коллега из соседнего отдела громко орёт матом. Меня это не смущает, я час назад так же орала матом — нервы у всех не казённые… Но вдруг этот галантный мужчина уточняет: «У вас ведь девушек нет?» Я есть! И стою прямо перед тобой. Делаю вид, что меня нет, но куда ж морду накрашенную денешь? Извиняется, смущённо улыбается, пытается поцеловать руку… Это выглядит редкостно тупо и, я бы даже сказала, грязно. Мило улыбаюсь, молчу, а он отворачивается и продолжает орать тем же матом.
Знаете что? Лучше никакой галантности, чем такая. Не развалюсь. И другие женщины не развалятся без вашего заезженного полуфлирта. Это унизительно, вы понимаете?
Я никогда не горела желанием быть слабой. Я никогда не хотела останавливать горящих коней. Но сейчас мне уже хочется стать настоящей эмансипе. Хотя бы потому, что я отвечаю за свои слова и поступки, в отличие от самцов.
Меня удивляет ностальгия по прошлому, которая льётся мне в уши из каждого утюга.
Давайте разберём два момента.
Первый. Изначально эта идея была запущена в виде «в СССР такого не было» людьми, которые в СССР и жили. То есть это люди, которые сейчас являются пенсионерами. Теперь вдумайтесь — у них не было ни нормальной одежды, ни приличной еды (нет, правда, почитайте ГОСТы того времени и вы увидите, что в колбасу можно было добавлять практически что угодно). Этот уровень жизни не идёт ни в какое сравнение с тем, что есть сейчас: не надо ничего «доставать», пришёл в магазин и купил. Для того времени это фантастика.
Развлечений тоже не было в том виде, в котором мы привыкли их видеть сейчас. Чака Берри не послушаешь, только тайком и в наушниках. И при всём этом люди были счастливы. Правда счастливы. Я верю своей бабушке. Вопрос: почему? Ответа два: у них не было другого выбора и они были молоды. Молоды и здоровы. И счастливы. А сейчас они старые и больные. И хотят назад свою молодость, а не СССР.
Второй момент про ностальгию о прошлом. Вот вы лайкаете и репостите записи про Гагарина, про учёных-агрономов, про строителей, Мухину, Довлатова… А теперь внимание, вопрос: в резюме при устройстве на работу вы тоже указываете деяния Ивана Грозного или всё-таки свои? Не смущает, что за последний век вы не нашли ничего нового, чем стоило бы гордиться? В этом направлении надо работать, чтоб не стыдно было, а не предками прикрываться.
Мне страшно беременеть в этом обществе! Мне скоро 30. Есть муж. Детей нет, но хотим. Однако мысль о желанной беременности вызывает у меня лёгкую панику.
Судя по историям на этом сайте (например, «И пусть весь мир подождёт»), как только я забеременею и позволю себе в таком виде выйти из дома, я сразу же зверски задолбаю как минимум половину окружающих.
У меня сразу же отключится мозг, и я стану неадекватной безответственной истеричкой. Я сумею в одночасье задолбать всех коллег, клиентов, а также всех тех адекватных и ответственных людей, которым придётся уступить мне место в общественном транспорте.
Мой будущий ребёнок сразу же станет огромной раздражающей проблемой для друзей, соседей, пассажиров, продавцов, покупателей и всех-всех, к кому я посмею приблизиться на расстояние слышимости моего ребёнка.
Не дай бог мне в период после родов захотеть новой работы, карьерного роста и развития. Что беременная, что недавно родившая — жуткий опасный зверь для любого работодателя.
Я педагог. Нет, не учитель, а сотрудник комиссии по делам несовершеннолетних. И меня задолбала бытующая среди родителей легенда о некой «плохой компании» и необходимости срочно хоть куда пристроить ребёнка, чтобы избежать этого ужаса. Проблема тут вот в этом «хоть куда».
На днях в спецшколу (эвфемизм для колонии) отправились два мальчика-подростка. Оба из небогатых, но интеллигентных семей. Истории одинаковые и, к сожалению, весьма распространённые. Родные боялись, что они попадут в плохую компанию, и решили, что секция борьбы будет отличным способом избежать глупостей. То, что тренер судим, их не смутило, очевидно, бандитские замашки они приняли за силу характера, муштру — за «настоящее мужское воспитание» (отец в одной семье умер, в другой — мягкий по характеру интеллигент, поэтому считалось, что именно в этой области у ребят большой пробел).
В общем, немножко классической дедовщины и травли слабых, немножко запудривания мозгов про «добро с кулаками» и «они плохие, а мы делаем им плохо, поэтому мы — хорошие», добавить чуть-чуть подростковой боязни идти против толпы (да, есть люди, у которых уже в 14 лет хватает здравого смысла и силы духа отказать, но их, к несчастью, не так много)… Ограбление склада, вред здоровью сторожа, никакой гарантии, что после выхода из спецшколы мы не получим матёрых, хоть и малолетних, преступников.
С этим тренером у нашей комиссии давнее противостояние, не помню года, чтоб кто-нибудь из его воспитанников не попал на скамью подсудимых. Однако попытки закрыть секцию ни к чему толком не приводят из-за общественности. Люди, которые не могут договориться между собой о правилах парковки во дворе, проявляют редкое единодушие, когда узнают историю про «энтузиаста-одиночку, который решил занять мальчишек спортом, а его все прессуют только потому, что он в юности по глупости оступился». Факты, которые не укладываются в эту красивую картинку о противостоянии жестокой системе, игнорируются — это отдельная история: любой, кто достаточно красиво рассказывает о борьбе с этим ужасным злом, считается правым по умолчанию. Ежегодные проблемы воспитанников объявляются неизбежной ошибкой и «да они бы всё равно в тюрьму угодили, NN не виноват» (тут сложно сказать — некоторые действительно угодили бы, а некоторые сидели бы дома и читали книжки, если б их не загнали к NN на занятия).
Танцевальная студия, руководительница которой учит воспитанниц и воспитанников, что нет никакой проституции, просто злым ханжам не нравится, когда девочки и мальчики доставляют дяденькам удовольствие и получают в благодарность за это немножко денег. Кружок рукоделия, где ученицам пудрят мозги всякими «ведическими истинами». Туристический клуб, которым руководит откровенный самодур с психиатрическим диагнозом и опасными для детей идеями… Почему-то всё это считается куда менее опасным, чем наличие свободного времени. В голове не укладывается, но даже когда последний из упомянутых граждан вместо согласованного маршрута уводит группу 12-летних детей в совсем другом направлении, запретив рассказывать об этом родителям и отобрав мобильники (к счастью, он всё же испугался и решил вернуться, когда одна из девочек повредила ногу), находятся желающие его защищать, вопить про «если вам это не нравится, вы просто хотите вырастить из детей нежных фиалок!» и называть это хорошей альтернативой плохой компании.
В последнее время окружающие меня люди пытаются проявить свою заботу и заодно навязать мне свои представления о комфорте. Выражается это в мелочах, но задолбало нереально.
Когда я сажусь в машину к своему молодому человеку, он всё время пытается отрегулировать мне сидение. Я ценю его заботу, но после пятого замечания, что мне удобно сидеть с минимально откинутым креслом, проблема не исчезает. Когда мы едем куда-то далеко, он может внезапно нажать на рычаг и резко опустить моё кресло до максимума, убеждая в том, как это классно и расслабляюще, а после очередного протеста обиженно пробурчать, мол, он-то хотел как лучше, поднимай теперь сама обратно. Что мешает заранее поинтересоваться, хочу ли я менять положение в пространстве, — непонятно.
Ещё я очень не люблю выпускать из рук мелкую поклажу, когда нахожусь где-то вне дома. Но практически каждый считает своим долгом вырвать её у меня из рук и поставить на ближайший стул, перекинуть на заднее сидение машины, повесить на крючок и так далее. Вежливо объясняю, что привыкла держать свои вещи в руках. Ответ всегда одинаковый: «Ну так же лучше и удобнее!»
Лучше и удобнее сообщить, что в моей порции еды мало соли, и доброжелательно сыпануть щепотку без моего согласия. Здорово без спросу распахнуть или закрыть в моей комнате окно, зайдя на минутку, потому что вошедшему кажется, что мне слишком жарко или слишком холодно. Когда я прошу оставить, как было, я обычно получаю круглые глаза и отказ. На просьбу принести одеяло можно протянуть мне колючий плед, потому что он теплее и лучше. Можно спросить в гостях, какого размера я хочу порцию, и в итоге положить в два раза больше. Можно дать мне послушать новую музыку, выкручивая, несмотря на мои просьбы, звук на полную мощность, ведь, конечно, лучше, когда грохочет в ушах и отдаёт в голову. То, что я люблю воспринимать гораздо более тихие звуки, никого не волнует, так ведь нет полноты ощущений!
Пререкаться из-за всего этого себе дороже, окружающие обижаются, что я не ценю их заботу.
Люди, милые! Я очень ценю вашу заботу и ваше внимание. Но, пожалуйста, можно какие-то вещи, касающиеся моего личного комфорта, я буду решать сама? Устала постоянно просить и сердиться.
Меня ужасно задолбали поборники «лучшего в мире» советского образования. В любой ситуации виновато современное образование. Хам-водитель едет по тротуару? Это потому, что у него не советское образование. Сосед выставляет мусорные пакеты в подъезд? Это потому, что сейчас образование «не такое».
При этом любители «того самого» образования забывают, кто всей страной ставил заряжаться воду у телевизора, кто ломился на сеансы Кашпировского, кто бежал целовать «святые мощи» и «чудотворные иконы», хотя ещё за десяток лет до этого был яростным атеистом-коммунистом. Электрики с тем же образованием продолжают прикручивать медь к алюминию и работать с УШМ без очков, потому что «у нас такого не было — значит, это всё ерунда».
В конце концов, СССР развалили люди со всё тем же «лучшим в мире» образованием.
Я понимаю, тогда трава была зеленее и девушки красивее, потому что это было ваше детство или юность. Но, может быть, пора уже перестать страдать по ушедшему прошлому и обратить внимание на воспитание своих детей, чтобы давать им пример и жизненные ориентиры своим поведением и отношением, а не надеяться, что это сделает чужая тётя в школе?
Дорогой мой мягкий брат по несчастью, которого все хотят накормить, дай же я тебя обниму!
Я обычная девочка ростом 170 см. А вот с весом меня пошатало за последние 7 лет: я толстела до 70, худела до 52 на нервах, заставила себя заниматься — и домашними упражнениями привела себя к весу 63. В принципе, это нормальный вес, живи и радуйся, но животу это не объяснишь. На фоне подтянутых ног и попы, хороших рук и спины он смотрится не очень гармонично, а попытки его привести в божеский вид на коврике с учётом ВСД приводят к полуобморочному состоянию и потемнению в глазах.
Мама сетует: «Иди в спортзал!» Муж грустит: «Тело у тебя замечательное, но сгони живот, пожалуйста». Даже мужики на работе, хотя какое им дело, намекают, что неплохо было бы схуднуть.
Ладно, мне самой надоел торчащий живот. Диеты дают только половину результата, поэтому я пошла в зал к тренеру — и живот начал уменьшаться. Но тут произошло чудесное. Теперь мама грустит: «Совсем ты себя изводишь! Да и сколько ты на тренера отдаёшь? Это же дорого, занимайся дома!» Муж жалуется: «Ты теперь со мной проводишь ещё на три часа в неделю меньше, хотя и так сутками торчишь на работе. Да и зачем ты тратишь деньги на зал? Я могу тебе коленки подержать, пока ты пресс качать будешь!»
Примечание: я взрослая тётя 23 лет, трудоустроенная, зарабатывающая — причём для моего города вполне хорошо. Шестую часть зарплаты я отдаю маме, которая «устала работать, год до пенсии остался», поэтому она сидит кабинетным врачом с 8 до 15. Но зачем люди считают мои деньги? Занятия вокалом — дорого. Плевать, что после них я чувствую себя хоть немного отдохнувшей от недельного стресса на работе. Дорого же. «Послушать тебя любой дурак может, дома пой». И эти же люди раньше подбадривали: «Хочешь петь — найди хорошего преподавателя!» Аналогично со спортзалом. Три тысячи в месяц отдавать за занятия с тренером — это не так уж и много.
И только мужики на работе, хотя какое им дело, одобрительно кивают.
Очень нравится читать истории от хороших специалистов типа «Отпишись и забудь». Расстраивает отрицание ими, что хорошие — далеко не все.
Вот компания со многими берегами, развозящая суши. Заказы делаю раз в 3−4 месяца, SMS падают по 2−3 в неделю. Звонки с просьбами отписать от рассылки не помогали. Помогло — когда я написала у них жалобу, позвонила и наорала на менеджера, а заодно отправила электронное письмо в прокуратуру, о чём им сообщила. Отписали.
Знаете, как теперь у них надо делать заказы (когда при мне заказывают — всегда советую)? Делаешь заказ, а в конце звонка подтверждения милым и очень мерзким голосом сразу говоришь:
— Пожалуйста, сразу поставьте пометку в базе, что я истерична и неадекватна и мне ни в коем случае и никогда не надо присылать никаких SMS.
Ответ оператора:
— Понял, галку рассылки снимаю.
Если же просто попросить не подписывать на рассылку, обычно реакции ноль. И вот вопрос: где у них на сайте написано, что, делая у них заказ, я соглашалась на рассылку?
И таких компаний — множество. Да, крупные стали адекватнее и отписывают сразу. Но это только до прихода нового «эффективного» менеджера, который внезапно возжелает повышения продаж за счёт стимуляции неактивных клиентов. И тогда — берегись, несчастные. Ваше мнение забыто.
Меня задолбали «свои». «Свои» — это такие люди, с которыми ты пересекался хотя бы раз в жизни или просто имеешь общих знакомых и на этом основании должен относиться к ним по-особому, не так, как к чужим в чисто рабочих ситуациях.
Звонит приятельница:
— Я слышала, ты делаешь за деньги определённую работу?
— Да, есть такое.
— У меня тут одной очень хорошей девочке помочь надо, согласишься?
— Сделаю.
— Только сделай, пожалуйста, как следует, она же своя!
Вот что это было? Намёк на то, что для «не своих» я делаю работу как попало за их же деньги?
Проводим конференцию. За месяц регистрация на сайте, подача заявки, оплата оргвзноса, проверка докладов. Наступает день конференции, встречаем и регистрируем участников, выдаём пакеты участника… Заявляется компания из четырёх человек и начинает требовать у регистратора свои бейджи и пакеты участника (которые именные и строго для зарегистрированных участников). Скандалили и грозили ни в чём не повинной девочке аж мною. Я это слышу, подхожу к компании и вижу там двух бывших коллег, с которыми мы общались на уровне «здравствуйте — до свидания» и работали вместе очень недолго. Оказалось, они узнали, что я возглавляю оргкомитет и решили прийти поучаствовать, ещё и двоих подруг позвали. «Почему не зарегистрировались заранее? Какой оргвзнос? Мы же свои! Прикажи, чтобы нам немедленно сделали бейджи и выдали пакет участника! И программу перепечатайте, включите меня, я буду с докладом выступать! Что значит, нет секции по моей тематике — сделай, ты же оргкомитет!»
Провожу семинар, аудитория арендована небольшая — по количеству участников. Зимнюю верхнюю одежду в аудитории девать некуда — вешалки нет, свободных стульев нет, поэтому вешаем объявление: раздеваться в гардеробе. Все так и делают. Кроме племянницы моей коллеги и её подруг. «Мы же свои, гардероб — это для чужих, а нам можно раздеваться и тут!» — и плюхают свои объёмные шубы, пуховики и дублёнки на пока не занятые стулья, народ подтягивается, просит освободить места, а барышни возмущаются и отказываются. Вмешиваюсь я, приказываю убрать верхнюю одежду. Поджимают губы, закатывают глаза и идут в гардероб. Назавтра выслушиваю от коллеги, что со своими так нельзя.
Другая конференция. Создан специальный почтовый ящик для приёма заявок и статей для публикации. Звонит знакомая: «У меня магистранты хотят опубликоваться в твоей конференции». Пожалуйста, в информационном письме есть ящик, куда слать материалы. Она: «Нет, я скажу им слать на твою личную почту, они же свои, что они будут на какой-то левый ящик слать». Объясняю ей, что на этом «левом» ящике сижу я и собираю материалы, он был создан специально для того, чтобы ничего не потерялось, а моя личная почта никак не предназначена для приёма статей. Она стоит на своём: «Нет, мы пришлём лично тебе, так надёжнее». В результате, когда сборник был уже свёрстан, она звонит снова: «А ты моих не забыла вставить, я им дала твою личную почту?» Блин, конечно же, забыла, я материалы с ящика конференции собирала! Пришлось срочно ночью переделывать сборник…
Дорогие «свои», встаньте уже, пожалуйста, в общую очередь и поймите, что шапочное знакомство не даёт вам особых привилегий в рабочих вопросах! Менее своими вы от этого быть не перестанете, но задалбывать будете не так сильно.
Скоро Пасха, а значит, скоро меня начнут задалбывать окружающие.
Нет, мы не пойдём святить куличи, яйца и прочую атрибутику. Если мой муж или сын захотят кулич — я испеку его в любое время. Но они не хотят, предпочитая какой-нибудь чизкейк или пирог с вишней. Если они захотят варёных яиц — они сварят. В детстве сын даже раскрашивал яйца, но потом ему стало влом делать то, что не влияет на вкусовые качества. И вообще, зачем вы спрашиваете, пойдём мы в церковь с кульком яиц или нет, а услышав «нет», продолжаете задавать вопросы или, того хуже, поучать?
Ну нет — и нет, вам-то какое дело? «А почему?» Да потому что мы не верим в это всё. Что? Опять «почему»? У нас светское государство и свобода вероисповедания. Почему мусульманину достаточно сказать вам, что он верит в Аллаха, и вы отваливаетесь на первом же вопросе, не выпытывая, почему он мусульманин, а от атеиста хотите объяснений, почему он атеист?
А самое идиотское, что стоит начать отвечать на вопрос — и рискуешь ввязаться в теологическую или мировоззренческую дискуссию с финалом в духе «сам спросил — сам обиделся». Господа, вы же всего лишь спросили про куличи и яйца, у меня не было в планах дискутировать с вами. Я ничего вам не навязываю, так зачем же со мной спорить?
Научитесь уже воспринимать простые ответы типа «да», «нет», «не знаю». Задолбали.
