Работаю в одной фирме 14 лет. Коллектив отличный, зарплата достойная. Уходила на год в декрет — проблем никаких. А еще в ней же работает мой дядя, только в другом филиале.
Недавно дядя усыновил мальчика. Сначала не понимала, зачем на старости лет брать младшего школьника. Он по секрету рассказал, что так нужно для повышения. Сменилось начальство, и теперь людей с усыновленными детьми активно двигают.
Действительно, его повысили. А недавно я узнала, что у нового начальника нашего филиала есть приемная дочь. И у заместителя.
Посчитали с мужем. Да, получаю я достаточно, но если усыновить… 1-2 повышения, и наша семья в деньгах нуждаться не будет больше никогда. У нас хорошая квартира, но мы хотим дом недалеко от центра. Сыну еще учиться, и он скорее всего захочет в другой город. Родителям скоро помогать нужно будет. Мы решились и готовы рискнуть.
Я знаю, что это жестоко по отношению к ребенку. Что пути назад не будет, даже если не выгорит. ПМП.
Сейчас, чтобы устроиться работать в некоторые места, нужна справка об отсутствие судимости. Не спорю, это очень хороший и правильный закон. Но правоохранительные органы позволяют себе делать эту справку целый месяц — аж 30 дней. И прийти надо точно в указанный день.
Приходишь в наркологию — справку выписывают при тебе, приходишь к психиатру — то же самое. А вот справку об отсутствии судимости приходится ждать. Вот представьте, человек устраивается на работу — он безработный (читай — голодный), но должен страдать целый месяц, пока правоохранительные органы «раскачаются» и хорошенько подумают.
Задолбали.
Я замужем 2 года, из которых уже 1,5 у меня интимные отношения со свекровью. Ей 43, и она потрясающая: красавица, занимается спортом, подтянутая, умная, с чувством юмора, сексуальная, выглядит на 35, не больше. Она мне сначала понравилась как человек, а потом я обратила на нее внимание и как на женщину. Вообще-то до замужества у меня были отношения с девушками, у свекрови тоже. Так что мы быстро дошли до постели.
Муж похож на неё, он классный, но до свекрови недотягивает. Хотя я его люблю. И хочу от него детей. Но от его мамы у меня просто сносит крышу!
Муж иногда в шутку говорит, что ревнует меня к своей матери, потому что мы часто вместе ходим по магазинам, кафешкам, гулять. Ага, гуляем мы…
Сама свекровь не испытывает угрызений совести за то, что происходит. Она вообще очень легкий человек, порой несерьезный и безумный, но я это обожаю! Она говорит, как ее сыну повезло с женой. И мы вместе смеемся. И мне не совестно за то, что я делаю. КМП!
Мне нельзя выпить таблетку обезболивающего: все мои принятия препаратов контролируются родителями. Видите ли, "нельзя травить организм с молодого возраста химией разной", а то скоро стану как старуха или как больная шизофренией, которым, как все известно, прописывают кучу разных лекарств. А то, что гинеколог мне констатировал дисменорею, никого не волнует. Ну и, конечно же, всем плевать, что из-за чертовой боли я пару раз просто пропускала рабочие дни: ни встать, ни сесть так и не выходило. Даже врач говорила, что нужно продолжать принимать обезболивающее, но нет. Нельзя же, затравлю себя в молодости. Уж лучше сидеть и терпеть адские боли внизу живота.
Пристрелите меня, пожалуйста.
Меня задолбала медицинская некомпетентность… не медиков. Да, вы не ослышались. Меня задолбала медицинская некомпетентность людей без медицинского образования. А вернее будет сказать — ложная компетенция.
Я — сотрудник МЧС. На моей «цивильной», «вне смены», памяти — ДТП, три приступа эпилепсии, два из которых сопровождались разбитой головой, открытый перелом, бессчётное количество обмороков. Сколько экстренных ситуаций встречалось на сменах — и не перечесть. Я параноидально вожу с собой аптечку в городе — я боюсь, что попаду в ситуацию, когда она понадобится, а её не будет… Но я никогда не делаю то, в чём не уверенна и чего не знаю. Я максимально стараюсь расширить свои знания в нужной области — посещаю дополнительные практические курсы, консультируюсь с инструкторами и врачами, читаю литературу, подходящую мне по уровню…
Вот знаменитый интернет-ресурс, пост про остановку кровотечений. Пост в топе через пару часов после возникновения. Я читаю его и хватаюсь за голову от обилия ошибок, каждая из которых в отдельности приведёт к тому, что пострадавшему только навредят. Я не выдерживаю и расписываю эти ошибки в комментариях, меня поддерживают коллеги-медики, правим ошибки уже совместно. Автор поста куда-то испаряется. Он не написал ничего. Ни слова.
Сколько человек успело прочесть этот пост до того, как мы его исправили? Я не знаю. «Засуньте что-то эпилептику в зубы». «Во время обморока нужно вынуть язык и булавкой к чему-то его приколоть, что бы человек его не заглотил». Я устала каждому второму объяснять, что этого нельзя делать.
Девушка в метро всхлипывает, сидя у колонны. Из носа обильно струится кровь.
— Ты что, с ума сошла! — оттаскивает меня какая-то тётка. — Пусть голову запрокинет! Так ты ей только хуже сделаешь!
Мне приходится достать удостоверение МЧС и помахать им перед носом тётки — только увидев корочку и услышав короткое «я спасатель» она недовольно отступает. Она — как и все окружающие — не знает, что при носовом кровотечении нельзя запрокидывать голову.
Мне приходится доставать это удостоверение довольно часто. Вот человек в обмороке оседает на ступеньки лестницы и почти тут же приходит в себя. Сердобольные граждане тут же вздёргивают его на ноги. Повторный обморок.
— Не трогайте. Пусть лежит!
— Девушка, идите мимо! — сердобольный снова пытается поднять мужчину на ноги.
— Я спасатель, — мелькает корочка. Сердобольный отступает.
Нет, меня злит не незнание. А мнимое знание. Информация, нахватанная из пабликов во «Вконтакте», от знакомых, от бабушки в деревне. По сути — информационная халява. Для того, что бы почитать ВК не нужно тратить 4 дня и деньги для аккредитации и хотя бы базового обучения по теме. Не нужно тратить время и ездить, не нужно сдавать зачёт и потом доплачивать за практику. Не нужно записывать. Не нужно хотя бы на примитивном уровне шерстить человеческую анатомию.
Или вот ещё — приглашает мальчик из «Вконтакта» на курсы по оказанию помощи при кровотечениях. Мальчик коллекционирует ножи, учится на социолога (2 курс, 94 год рождения), играет в группе. Тему, которую не специалистам рассказывают максимум полчаса, он планирует рассказывать 4,5. Он хочет 3000 с человека по предоплате и 4000 — если на месте. Место — это его квартира. Я спрашиваю его о документах — говорит, что год назад прошёл курсы… по оказанию. Только по оказанию. Он не аккредитован как инструктор.
У тебя нет права преподавать, мальчик, как нет его у меня — хотя я аккредитовалась бог знает сколько раз и работаю в системе. Но на твой семинар уже записалось 12 человек. И они придут. Ты заработаешь 36 тысяч за 4,5 часа «работы». А потом кто-то из твоих учеников сядет за убийство по неосторожности, когда неправильно окажет кому-то первую помощь. Но тебя это уже не касается, верно?
Я живу с родителями. У нас хорошие отношения, но в нашей семье каждый покупает еду себе сам. Я не ем то, что любят они, а они не привыкли есть что-то, что готовится сложнее картошки. Мы сами приняли это решение несколько лет назад по обоюдной инициативе, но иногда я чувствую себя так, будто живу где-то в общаге, где голодные студенты воруют еду.
Собираюсь на встречу. Перекусываю только что приготовленным салатом, выхожу, меня провожает мама. Когда я прихожу через час, то понимаю, что того самого салата, стоявшего на моей полке в холодильнике, просто нет, а пиала от него стоит там же, где и вся чистая посуда. На полке родителей еды достаточно. После долгих расспросов узнаю, что салат съела мама. Ну и что это? Зачем? Почему нельзя было спросить разрешения, когда я уходила из дома? Меня не было всего два часа, можно было дождаться и спросить. В конце концов, она могла чуть ли не с порога сказать, что съела, а не ждать, пока я открою холодильник и пойму сама. Когда я вижу, что у родителей есть что-то вкусное, то не ем это, пока не спрошу у них обоих. Я знаю, что они разрешат, но всё равно спрошу.
И таких примеров куча. «Не ешь, пожалуйста», — прошу я, когда ложусь спать рано вечером. Наутро всё съедено, но никто не спрашивал разрешения и даже не предупреждал, что съел. Как это понимать? У родителей есть своя еда, её достаточно, они не умирают с голода. Зачем так нагло красть мою еду, купленную на мои деньги?
Иногда доходит до того, что пропадает еда, находящаяся прямо в моей комнате. Какие-нибудь конфеты, например. Это, конечно, мелочи, но всё ещё не отменяет обычного: «Я у тебя взяла то-то, пока ты спала».
Объяснения заканчиваются чем-то вроде: «Да, я поняла, извини, не буду больше». Угадайте, что я обнаруживаю через пару дней? Ну что ж ты спросить не можешь? Я не откажу, не буду кричать, я просто буду в курсе, что такой-то продукт съеден, смогу рассчитать свой рацион, имея представление о том, что есть в холодильнике.
Задолбало. Если такое повторится ещё, то приму более жёсткие меры — буду требовать деньги за съеденное, предоставляя чек.
Мода на феминизм в последнее время породила много чудовищ, например, мужчин-феминистов. Точнее — недофеминистов: они готовы разделить с женщинами тяготы и обязанности, но начинают реветь белугой, когда речь заходит о равных правах.
Вова называет себя феминистом. Но его феминизм начинается и заканчивается тем, что он не платит за даму на свиданиях, чем страшно гордится. А вот помочь с готовкой во время общих посиделок — увольте, на это Вовиного феминизма не хватает. Видите ли, нарезать бутерброды — не мужское дело. Он лучше посидит на диване и побазарит с пацанами, пока девочки шуршат на кухне.
Жора тоже бьёт себя пяткой в грудь, говоря о равноправии. Над современными феминистками он посмеивается, считая, что женщин никогда и нигде не ущемляют. Но вот жениться Жора хочет только на девственнице, потому что «каждый нормальный мужик хочет быть первым». Когда намекаешь ему, что равноправие — это в том числе равные права на сексуальную жизнь, Жора начинает толкать что-то про телегонию и другие антинаучые теории, от которых уши сворачиваются в трубочку. Думаете, сам Жора хранит цветок своей невинности для будущей супруги? А вот ни фига! Он-то как раз любит похвастаться донжуанскими подвигами, включая секс с полузнакомыми девицами или групповуху.
А вот душка Витя — тоже борец за равноправие. Причём он в своей борьбе достиг наибольших успехов — например, решил бросить опостылевшую работу, когда жена была на шестом месяце беременности. В результате ей пришлось работать до самых родов и вернуться в офис через две недели после, чтобы обеспечивать семью. Молодой папа мог бы ухаживать за малышом, но нет — бесплатной сиделкой работает Витина мама. А сам Витенька вот уже полгода ищет новую работу, роется в вакансиях, как в сору, отметая слишком не творческие варианты. Да и с друзьями встречаться успевает — надо ведь и отдыхать иногда от тяжёлых поисков. И ему плевать, что жена хотела бы больше времени проводить с ребёнком, а мама уже немолода и плохо ходит.
В общем, недофеминисты, вы задолбали. А ещё больше задолбало то, что таких, как вы, становится всё больше.
В феврале нас с мужем обокрали — пропала часть денег, которые мы долго и с большим трудом откладывали на квартиру. В том же месяце я узнала о своих проблемах со здоровьем. Весь март бегала по врачам, в начале апреля сделала операцию, которую перенесла очень тяжело. Из-за нездоровья начались проблемы с внешностью, выгляжу хуже обычного, комплексую. А муж мой — фотограф, в этом месяце решил освоить жанр фэшн, фотографирует молоденьких красивых девушек-моделей, часто в одном нижнем белье. Я ревную, комплексую еще больше, из-за этого постоянные скандалы. На праздники муж уехал в другой город к родственникам, оставив меня одну, о чем сообщил мне смс-кой. Вот так все навалилось в одну кучу. Очень хочу, чтоб эта черная полоса поскорей закончилась. А пока — КМП.
Свекровь не скрывала никогда, что мой муж — нелюбимый сын, наша дочь — нелюбимая внучка, а любит она только младшую дочку и ее детей. Но когда свекровь заболела, любимая доченька наотрез отказалась за ней ухаживать. Муж подумал и забрал свекровь к нам, при условии, что она не будет гнобить нас.
Со мной свекровь ведет себя как перепуганная военнопленная. Подчиняется без лишних слов, глазки всегда в пол, голосок тихий, просящий. С дочерью при мне вела себя так же, и я не волновалась. Но дочь вскоре пожаловалась, что когда меня нет рядом, бабушка ее изводит, обидно комментирует ее внешность, попрекает, что рано созрела, говорит, что если в 10 лет такое вымя отрастила — в 14 точно уже шалавой будет, а в 30 потасканной старухой, и это самое мягкое из того, что я услышала.
Я призвала на помощь мужа. А он взял и наказал… дочь. За донос на родную бабушку.
КМП!
Моя подруга вышла замуж за парня, который на тот момент сидел на зоне. Познакомилась с ним по переписке, ездила на свидания, осенью они там и поженились, в январе он вышел.
Я знакома с ним. Мне он показался неприятным человеком. Но раз ей нравится… Короче, мы с подругой общаемся на нейтральной территории. Она не битая, не зашуганная и выглядит довольной жизнью.
В чём же проблема, спросите вы? А в том, что я единственная из её близких не примкнула к кампании "Спасём нашу девочку от ужасного зека", которую развернула старшая сестра подруги. Родственники и подруги словно с цепи сорвались. Сначала ей на мозги капали. Когда не помогло, вышли в Интернет. Писали гадости этому парню. Он удалился из соцсетей. Тогда они стали рассказывать про их роман всем, кто готов был слушать, в искажённом виде.
Недавно я обнаружила историю этой подруги на одном специализированном сайте про абьюз. В том числе, там выведена и я — в роли змеи подколодной, которая спокойно смотрит, как гибнет человек, в то время как настоящие-то друзья все против этого брака.
Задолбало, стреляйте!