Автору истории про стариков действительно повезло — предположу, что его старшие родственники занимались умственным трудом если не на работе, то хотя бы в качестве хобби, поэтому нейроны в их мозгах не разучились протаптывать новые дорожки, а значит, запоминать новую информацию.
Полностью согласна с тем, что дискриминация по возрасту в рабочих вопросах полностью недопустима, со стереотипами про неподобающую возрасту одежду и поведение. Но если просто отрицать существование неприглядного старения, оно никуда не денется. Вот я, не достигшая 30, и мои родители-пенсионеры — так бывает, когда люди рожают не сразу после школы или даже универа.
За маму я не переживаю: она как раз всю жизнь трудится головой, не боится осваивать новое, недавно вот водительские права получила. Зато отец — её ровесник — и выглядит, и чувствует себя глубоким стариком из-за многолетнего нездорового образа жизни и общей неудовлетворённости ею же. Его собственный отец недавно умер, а перед этим несколько лет из-за собственного упрямства — «да что эти врачи знают, никуда не поеду!» — страдал сам и мучил бабушку. Бабушка, тянувшая на себе хозяйство и неходячего мужа, воющего от боли почти круглые сутки, тоже устала, она уже не живёт — доживает.
Другой бабушке неплохо — её муж перестал отравлять ей жизнь много лет назад, она живёт одна и неплохо справляется, но умирать она обстоятельно планирует уже лет двадцать, время от времени покупает новую гробовую одёжку на смену съеденной молью. Мобильный телефон ей нравится, но носить его с собой непривычно, он всегда лежит дома, хотя был куплен после того, как она поехала к нам в гости и заблудилась: фразу «автобусы 10, 11» она поняла неправильно и пыталась дождаться автобуса с номерным знаком «1011».
Купили, конечно, не смартфон — обычную звонилку, с крупными кнопками и громким динамиком, потому что слух падает. Написали подробную инструкцию в тетрадке, прошлись по ней вдвоём с бабушкой — почти разобралась: принимать звонки выходит, звонить по сохранённым в памяти номерам — нет, привычнее набрать номер заново. Время от времени звонит с вопросом, как включить телефон после того, как села батарея; какое-то время я пытаюсь дистанционно объяснить, как ввести четыре единицы и подтвердить ввод, потом сдаюсь и прошу сходить к соседке.
Разительная разница с описанными в исходной истории людьми, правда? А дело в том, что у моей бабушки за плечами 7 лет школы — поступить в ПТУ ей не позволили родители, заставили пойти работать и выйти замуж. Последний раз она учила что-то радикально новое лет 60 назад, то есть давным-давно разучилась учиться, а критическим мышлением не обладала, наверное, никогда, да и откуда бы ему взяться. Время от времени у нас с ней случается богословский спор (оцените иронию: я — агностик, она — православная знахарка) о том, можно ли сочетать веру в Бога и использование заговоров. В конце она признаёт, что это нелогично, но она всё равно продолжит.
Мне грустно было слушать, как маминого коллегу уволили из-за возраста, хотя он хорошо справлялся с работой. Но точно так же мне было грустно сидеть на лекциях 72-летнего профессора, который с первого взгляда вызвал у меня восхищение тем, в какой он чудесной форме, с каким достоинством держится, как красиво одевается. Восхищение со временем рассеялось, потому что до четверти времени лекций он уделял пространным рассуждениям не по теме и негодованию о засилии гаджетов — при том, что предмет был технический, непосредственно связанный с этими самыми гаджетами.
Может, конечно, он и в молодости был склонен отвлекаться от темы, кто знает, но другой профессор, которому было за 80, вёл пары нормально. Поэтому, наверное, дело не только и не столько в возрасте. Надеюсь, когда-нибудь люди научаться думать о людях не по набору характеристик вроде возраста, внешности или типа хромосом, а по их личностям.