Чудесное майское утро, выходной день. Я, бодрая и выспавшаяся, встаю с кровати, делаю потягушки и открываю окно, чтобы подышать свежим весенним воздухом и насладиться пением птиц, но… Вместо голосов милых пташек в мою комнату несётся десятиэтажный мат.
Нет, под моим окном не завод, не портовый склад и не военная часть, а всего лишь детская площадка, на которой резвятся юные ангелы в возрасте от 0 до 18 лет.
И матерятся практически все, кроме самых мелких. И то, потому, что они пока не умеют разговаривать.
Рядом сидят мамашки. Не быдло-самки с пивом и сигаретами, а приличные молодые женщины. Прогуливается несколько папаш с самым благостным видом. И никто, никто из них даже не пытается сделать замечание детям постарше, которые ругаются, как сапожники.
Впрочем, одно замечание не решит проблему. Если юный ангел в ответ пошлёт взрослого по матери, ничего ему за это не будет, более того, есть вероятность, что появится его разъярённая мамаша, которая кинется на обидчика её кровиночки с кулаками и ещё более забористыми матюгами.
И это — нормальный дом, нормальный двор, нормальные дети нормальных родителей. Обычный российский средний класс, а не зона для малолеток.
Я не кисейная барышня, которая падает в обморок от слова «жопа». Я смотрю фильмы в переводе Гоблина и руковожу двадцатью мужчинами не самой интеллигентной профессии. Я и сама могу приложить так, что мало не покажется — НО! — никогда я не позволю себе материться в общественном месте и в присутствии детей. А в детстве все было наоборот. Конечно, мы знали всякие бранные слова, но нам бы и в голову не пришло выкрикивать их во весь голос рядом с взрослыми. В обычной повседневной речи я тоже мат не использую, и у меня уши сворачиваются в трубочку от того, что я слышу на улице.
Ругаются все — мужчины, женщины, дети, бабушки «божьи одуванчики». Последние особенно любят жаловаться, что кругом разврат и падение нравов. Мать орёт матом на своего малыша, который ещё не нормально умеет ходить и не поспевает за ней. Парень с девушкой лет шестнадцати мило обнимаются на лавочке, но через слово — «б…», «х…», «п…» и так далее.
И мне мерзко от этого. Культура человека — это не только знания и походы в театр каждую пятницу, но и культура поведения и речи. Да, Пушкин тоже писал стихи с матерком, но не забывайте, что он был мастером русской словесности, так что Александр Сергеевич у нас один, а матерящихся обывателей — почти всё население нашей страны.
А особенно мне неприятно от того, что я не знаю, как в такой обстановке воспитывать собственных детей. Дома-то у нас не ругаются. Ни я, ни муж. Так что мы и дочерей приучаем к тому, что чистая речь красит человека. Но будут ли они нас слушаться, когда стоит им выйти на улицу, как там совсем другая картина?
Я за то, чтобы за мат в общественном месте или в присутствии детей наказывали. Взрослым — 15 суток административного ареста. Детям — постановка на учёт в полиции и обязательные беседы с сотрудниками опеки. Потому что культура наша в упадке, господа хорошие. И не надо говорить, что матерная ругань стала обычной повседневной речью. Не стала. Это просто распущенность от дурного воспитания и ощущения полной вседозволенности.
Защитникам мата я предлагаю представить себе людей, занимающихся сексом на глазах у всего честного народа. Стыдно? Так нельзя? Да, стыдно, да, нельзя. Для этого дела есть и место, и время. Также и с нецензурной лексикой, которой место в казарме, курилке и кино для взрослых.