У нас во дворе стояли гаражи, в которых держали своих «железных коней» соседи по дому. У абсолютного большинства были автомобили одного и того же производителя, хоть и разные модели. Конечно, они иногда ломались: у одного глушитель прогорел, у другого стойки амортизаторов застучали, у третьего пришлось ремень генератора заменить. Но это было иногда, а в большинстве случаев владелец просто садился с утра в машину, уезжал, вечером возвращался, ставил в гараж и шёл домой. Зимой и летом — без разницы.

Но был у нас такой сосед, который один принципиально не хотел ездить на подобной машине. Он купил себе авто другой марки. Но ему не везло: то и дело что-то ломалось, машина глохла, зимой не заводилась, летом её притаскивали на эвакуаторе. Соответственно, часто соседа в замасленной куртке можно было застать в гараже. Он ковырялся внутри капота и гремел железками, опять что-то ремонтируя.

Спустя несколько лет в стране объявили борьбу с «автохламом», подняв в разы таможенные пошлины на подержанные иномарки. По ТВ прошёл цикл передач про то, как эти автомобили становятся причиной трагедий. Как уверяли, это делалось ради поддержки «АвтоВАЗа», чтобы россияне не покупали всякое старьё, а ездили на новых отечественных автомобилях.

Всё бы ничего, вот только почти все мои бывшие соседи ездили на праворульных «тойотах», купленных недорого в Японии, а тот единственный, кто не вылезал из гаража, был идейным противником подержанных машин, поэтому купил себе новый ВАЗ, с котором потом не расставался днями и ночами.

Спасибо за заботу, власть.

У меня такая беда — я жуткая эгоистка. Собственно, вот моя история.

4 года — я делюсь всеми своими игрушками с другими детьми, возвращают в лучшем случае половину.

8 лет — новые туфли порвались, когда сзади на пятку наступила упитанная девочка, в итоге подошва просто отлетела.

13 лет — убит велосипед, мирно стоявший в гардеробе по разрешению самой гардеробщицы, его просто снесли ребята на два года старше во время перемены.

16 лет — рядом в автобусе плюхается жирная тётка, прижав меня к стеклу, а когда я пытаюсь отодвинуться и не мешать, она ёрзает и растекается ещё больше.

18 лет — готовлюсь к экзаменам, соседи сверху устраивают серию вечеринок, и я совершенно не могу сосредоточиться.

19 лет — мой гараж блокирует внедорожник, и я просто не могу выехать.

20 лет — мне искренне надоело думать о других.

Я никогда не была жадиной, злюкой, человеконенавистником, но пришлось задуматься об этом. Мои вещи считались чужой собственностью сразу, как попадали в чужие руки, окружающие заботились прежде всего о себе, так чем я отличаюсь? Не один год мне твердили: «Не выделяйся, никто не любит выскочек».

Как скажете! В автобусе я встану и поставлю сумки так, как удобно мне, на остальных плевать. Я сделаю шумоизоляцию для себя, ведь это я не хочу слышать соседей. Комфорт людей, любящих шумные вечеринки, дрянную музыку, ремонт с шести утра в выходной день и, видимо, догонялки в утяжелителях, меня не сильно беспокоит.

Если меня что-то не устраивает, решать проблему надо мне. Меня не устраивает прижавшийся в транспорте мужчина? Отдавлю все ноги, двину локтем, головой, открою гей-порно на телефоне. В супермаркете стоит тележка, и я не могу пройти? Протараню всем весом, мне плевать, кому и как удобно, для себя я проблему решила.

Вот вам и ответ, почему я так не уважаю соседей и забочусь о звукоизоляции только для себя — уважение к окружающим год за годом вытравливалось окружением. Я не права и признаю это, но теперь я себя чувствую комфортно.

Знаете, никто так не задалбывает, как самые близкие. И ведь бьют в самые больные точки, причём не со зла, а… просто так? Не понимаю.

Я рассталась с человеком, с которым прожила несколько счастливых лет. У него появилась другая женщина, я об этом узнала и указала на дверь. Такие ситуации не редкость. Однако одно дело выставить парня из квартиры, другое — из своего сердца. Я несколько лет восстанавливалась после этого разрыва, очень тяжело его пережила. В результате вообще уехала в другой город и на родине появляюсь от силы раз в год. С бывшим у нас сейчас хорошие ровные отношения, поддерживать которые стоит определённых усилий, я думаю, с обеих сторон. Но у нас общие друзья, родители тоже дружны, так что я всегда считала, что если не ради нас, то ради них мы должны сохранять нормальные отношения, тем более что никто никому ничего не должен, взрослые люди.

Но вот чего я не понимаю — стоит мне приехать тот пресловутый раз в год на какие-то 3−5 дней, собраться со старыми друзьями, по которым я дико соскучилась и с которыми мне нужно кучу всего обсудить, как они начинают подробно рассказывать, с кем мой бывший за этот год встречался, что и как там было и кого он по коленке гладил на последней сходке. Я сначала пыталась игнорировать эти разговоры, потом стала намекать. Кончилось тем, что я прямо сказала: «Друзья, мне неприятно это слышать! Этого человека вы можете спокойно обсудить и без меня, я же хочу говорить совсем о других вещах, и подобные разговоры меня расстраивают!»

Даже после этого заявления потребовалось ещё пару раз об этом напомнить.

Вот что это? Какая-то садистская потребность сыпать соль на раны? Какой реакции вы от меня ждёте? Обсуждать его женщин я не хочу, да и не моё это дело — в любом случае я лицо не беспристрастное. Вы серьёзно думаете, что я хочу это знать? Нет, не хочу. Мы расстались несколько лет назад, и я понимаю, что у него есть женщины. А у меня вот есть своя жизнь, например. Но это не значит, что меня это совсем не задевает и я могу обсуждать его личную жизнь так же, как прошлогодний урожай картофеля.

Имейте хоть чуточку такта. В конце концов, друзья нужны не для ковыряния в ранах, а для скорейшего заживления оных.

Кнопку «Выплакаться» заставил нажать очередной визит в аптеку.

Дело в том, что мне двадцать четыре года, я замужем уже два года, крепко стою на «карьерных» рогах и вроде неплохо умею водить машину. Но вот только выгляжу я как школьница. Я худенькая, хоть и не низкая, девушка, с весом в сорок кило, с вьющимися рыжими волосами, веснушками на носу и рюкзачком за спиной, в кедах и джинсах. Но на моём пальце чётко видно обручальное кольцо.

Я могу, конечно, надеть каблуки и вечернее платье, но тогда я буду выглядеть как школьница на каблуках и в платье, которые ей не идут. И всё равно при каждой покупке теста на беременность каждая продавщица считает своей обязанностью скорчить рожу и окинуть меня взглядом, прикинув, сколько же мне лет, если я, возможно, залетела. А особо умные ещё и могут отпустить комментарий: «И не рано тебе, милочка?» — а потом презрительно хмыкнуть. Всякий раз я ощущаю какой-то необоснованный стыд, как будто я правда малолетка, которая нечаянно залетела по пьяни, хотя ребёнка мы с мужем планируем уже год.

Подобрали с улицы котёнка без глаза. Из-за травмы в организме может быть инфекция. Врач назначил колоть антибиотики инсулиновыми шприцами. Покупаю нужный антибиотик и прошу десять шприцов. Аптекарь смотрит на меня с презрительной ухмылкой: «И чё вы собрались это лекарство такими дозами колоть?» Спокойно объясняю, что по назначению ветеринара, для маленького животного. После чего следует комментарий: «Вот делать нефиг! Сдох бы, и пусть».

Беру сироп от кашля. После того как подают со вкусом какого-то фрукта, прошу сменить на нейтральный. Следует недовольное: «Потерпите!» — а позже громким шёпотом коллеге: «Взрослая кобыла, а ещё выбирает вкусы».

Уважаемые мои аптекари, если вам так хочется окинуть кого-то презрительным взглядом, поумничать, кривляясь, нагрубить, самоутвердиться — подойдите к зеркалу и начинайте. А от покупателей отвалите и советуйте нормальным тоном и по делу. Задолбали!

Как помочь близкому человеку, когда его буквально убивают? Ни угрозы, ни мольбы, ни уговоры, ни беседы не помогают. Она возвращается к нему снова, а на голове почти волос не осталось, в ноге винт, почки отбиты так, что отеки не проходят, не говоря уже о психике. Это моя мать.

Я ее ненавидела за испорченное детство, но сейчас поняла, что она всё равно дорога мне. А он обещает ее убить из-за необоснованной ревности, он псих клинический, но на свободе. Она его любит, и к тому же, часто пьёт. При каждой пьянке звонит ему и зовет обратно, он приходит и избивает её. А она потом из больницы сбегает и готовит ему обед.

КМП.

Вот говорят, на чужом несчастье счастья не построишь. А я построила! Муж, две дочки, у нас свой бизнес, который приносит отличный доход. Но я своего мужа увела из семьи. После института устроилась в фирму, где он стал моим начальником, тогда он уже был женат, и у него был ребенок. Я влюбилась по уши, а жену его заочно возненавидела. Все закончилось его разводом, бывшая жена с сыном гордо ушла из нашей жизни, чему я была, конечно, рада. И до недавнего времени я даже не задумывалась об этом, пока ее не встретила.

Ходили с дочками в парк, а там она продает билеты на карусели. Она так на меня посмотрела, когда узнала! И мне стало стыдно за свое краденное счастье, за мужа, за дочек, за то, как я ее ненавидела. Я ничего не могу вернуть назад, даже не готова сказать, что сейчас я бы так не поступила. Но до чего же хочется как-то ей все компенсировать, помочь. Мне мерзко за себя, и остается только написать на этот сайт и сказать — КМП.

У папы нашли какое-то заболевание ЖКТ, немного запущенное, но в этой стадии вылечить можно, главное вовремя принимать лекарства и соблюдать диету. Он же раздувает трагедию, иногда репетирует свои похороны, выбирает себе в интернете гроб или фразу на могильную плиту. Недавно за ужином выдал нам с мамой речь, которую мы должны будем произнести всем, пришедшим с ним проститься.

Пока живем у бабушки с дедушкой, а папа пьяный стоит под дверью, хотя ему нельзя пить, и благодарит нас за то, что сводим его в могилу. ПМП.