У папы случился обширный инсульт. Парализован почти полностью, левая сторона тела отвалилась, правая работает плохо. Фактически у него сохранился только разум. 6-8 часов в день минимум только на первичные потребности. Поговорить и сделать массаж и зарядку ещё минимум три часа. А с ним нужно заниматься, чтобы совсем овощем не стал.
Ещё работать надо и документы на инвалидность оформлять.
И за квартиру платить надо, покупать памперсы и пелёнки...
Я не справляюсь со всем этим одна. Родственники помогают немного, но у них своих проблем хватает. Я устала до обморока, папа сам жить не хочет. Убейте нас обоих.

Отвечает разработчик баннерных систем.

Разработчик мобильных приложений несколько лукавит.

Да, контакты/звонки вряд ли будут собраны, хотя некоторые и такое могут собирать, но вот 90% личной информации будут проданы и использованы против вас в контекстной рекламе. Особенно то самое местоположение.

Даже если у этой компании нет своей баннерной системы — существует огромный бизнес по перепродаже обезличенных данных. Да, там нет ваших ФИО, но вот всё остальное есть, и способов идентифицировать вас существует бесконечное множество.

Все более-менее крупные баннерки знают о том, какого вы пола, сколько вам лет и куда вы ходите обедать.

Так что паранойя действительно бесполезна — о вас уже и так знают всё, скрыться можно лишь не пользуясь интернетом.

У жены была тяжелая беременность, все вроде наладилось, сын здоров.
В итоге жена дошла до психолога и узнала, что у нее послеродовая депрессия. И что все вокруг ей должны. Должны были заметить, потащить к врачу, ухаживать за ней, самим сидеть с ребенком. Только я работаю, дом на мне. Все свободное время с ребенком. По врачам ее возил, все покупал. Что еще нужно?
Нет, все черствые уроды, загнали ее. Никто ее не любит, она бесплатная нянька. Никто не замечал как ей плохо. Будто мне было хорошо.
Ну а какой выход? Не можешь о себе позаботиться и решить свои проблемы - хорошо. Везем ребенка к маме, если о себе не можешь, то и о нем и подавно. Дальше кладем тебя в частную клинику и узнаем прогнозы. Все нормально - едем домой с сыном, нет - будем лечить. Не поможет - оформим недееспособность или что еще там. Никаких бесед по 2 тысячи в час, только стационар, раз до такого дошло.
В общем, выгнали меня из дома. ПМП.

Не задолбало, но удивляет… Вот, говорят, в древнем мире были инициации для подростков. Испытания, ритуалы, церемонии. Итог: вчера ты юридически был ребёнком, рабом главы семейства, сегодня ты — взрослый мужчина, охотник, воин. Со всеми правами и обязанностями. Уж насколько хорошо та схема работала — неизвестно, ибо сейчас всё иначе.

Взрослеем постепенно. Паспорт есть, но пока ещё школьник. Аттестат получил, но снова за партой в ВУЗе. Диплом заслужен, но пока живём с родителями…

Что, собственно, здесь удивительного? А то, что при этом каждый ждёт от окружающих именно мгновенной или, по крайней мере, своевременной трансформации. Удивляется идиотизму продавцов, тупизне покупателей, дебилизму заказчиков, кретинизму начальников… Вот спрашивают, как такие люди сдают ЕГЭ.

Господа, у вас в классе была девочка, которая ни одной фразы длиннее трёх слов не могла написать без ошибки, а в ответ на вопрос о дате Октябрьской Революции не могла назвать даже месяца? Как вам кажется, что с этими девочками происходит дальше? Что с ними ДОЛЖНО происходить?

У меня такое чувство, что половина нашего общества убеждена, что глупости как таковой не бывает, что с возрастом это проходит, и вообще: троечники и двоечники гениальны в глубине души, просто школа душит, а педагоги не смогли найти подход. Так что все эти девочки и мальчики в возрасте от 16 до 25 лет закукливаются, а потом превращаются в умных и культурных женщин и мужчин. И встретить взрослую дуру — и в самом деле, уникальное событие.

Вторая половина приходит к тому же выводу на основе иных предпосылок. Она в глубине души верит, что лет в 20 всех этих молодых людей собирают и… то ли отправляют на далёкий остров, то ли клеймят лоб: «Осторожно, полный идиот!» И дальше мы живём среди нормальных и адекватных.

Открою страшную тайну: существование первого механизма под вопросом, второго — явно нет. В современном обществе, при всей его кажущейся негуманности, дурак обыкновенный вполне может выжить и даже не особо страдать от голода. Более того, он может даже преуспевать в конкурентной борьбе!

Все девочки, писавшие про Будённого, воевавшего с Александром Невским — здесь, среди нас! Равно как и юноши, избивавшие в армии сослуживцев. Думаете, там у них сносило крышу и пробивало на агрессию, а на гражданке сразу развилась тяга к высокой поэзии и классическому балету? И никакой ЕГЭ тут не поможет. Ибо он не для того, чтобы «отфильтровывать» людей в какую-то особую социальную страту, а как раз наоборот. Вы же не удивлялись тупости одноклассников?

Не удивляйтесь и тупости сограждан. Принципиальной разницы нет.

Мой парень заявил: хватит страдать фигней, лучше бы деньги откладывала! Фигня - это, по его мнению, регулярные маникюр и косметолог, наращивание ресниц, стрижка и окрашивание волос в салоне. Он глянул на ценники, призадумался и решил, что я ему и без маникюра буду нравиться, зато денег будет больше оставаться (мы живем вместе, бюджет общий, работаем оба, получаем примерно одинаково).
Поссорились из-за того, что я не готова от этого отказаться. Предложила ему раздельный бюджет. Он ответил, что и представить себе не мог, сколько всё это стоит, и теперь ему кажется, что женщины, которые столько денег на это спускают - просто дуры. А жить с дурой он не хочет. Либо я прекращаю это, либо мы расстаемся, и дело вовсе не в общем бюджете.
ПМП.

Задолбало бессмысленное изображение бурной деятельности. Например, досмотр при входе в транспорт.

Вот, например, мы с коллегой едем к заказчику в середине дня, толпы в метро нет, можно досматривать хоть всех проходящих. У нас с коллегой много общего — типично славянская внешность, стиль одежды с элементами спортивного, у обоих шмотки не самые дешёвые (не премиум-класс, конечно, но далеко не бомжи), одеты опрятно. В общем, не самые подозрительные люди.

Он — менеджер, я — технический специалист, у него в рюкзаке преимущественно бумаги, у меня — полно всяких железяк. Если мужик, занимающийся досмотром, обращает внимание на сигналы на рамках, то должен был видеть, что сработала «моя» рамка, а не та, через которую проходил коллега. Тем не менее, на досмотр просят только один рюкзак — его. Я женщина, а значит, безопасна.

Ага, ни одна женщина-террористка в истории не засветилась, и даже пособниц у всяческих преступников, а тем более, самостоятельно идущих на преступление женщин никогда не было! И да — я проносила ножи (и не только свои) в различные места, куда с ними нельзя. Я же женщина, меня не досматривают так, как моего мужа или друзей мужского пола. У меня точно-точно ничего плохого в сумочке не лежит.

Или вот новая прелесть — на железной дороге построили новую станцию. Нет, не здание типа вокзала — подземный переход, из которого выход на платформы через турникеты. Доступ на платформы — только через досмотр. Безопасность? Конечно! Если забыть о том, что на платформы приходят электрички, которые останавливались до того и на других станциях — и на всех, абсолютно всех этих станциях, включая даже вокзал, на электричку можно сесть без всякого, даже чисто символического досмотра.

Я не против терпеть некоторые неудобства ради обеспечения моей безопасности и прочих благих целей. Но я не могу понять, почему, покупая билет в метро или на электричку, я должна оплачивать ещё и вот эти «потёмкинские деревни» от безопасности.

Я же прекрасно понимаю, что среди множества пропущенных без досмотра людей может быть какая-то психически нестабильная студентка какого-нибудь философского факультета такой же славянской внешности как у меня, но должным образом обработанная вербовщиками какой-нибудь запрещённой организации.

И чтобы устроить, например, взрыв в переполненной утренней электричке, не нужно обязательно заходить через единственную станцию с досмотром — можно просто сесть в неё немного раньше, где и народа побольше. И вся эта «безопасность», стоящая денег, загромождающая проход рамками, отнимающая время досмотром багажа, все эти странные люди, то прикапывющиеся к безобидным вещам, то откровенно пренебрегающие своими обязанностями, — это не просто не гарантия, что такого не случится, это просто бессмыслица.

Оно не просто не работает — оно и не может работать в таком варианте. Оно может только задалбывать своей бессмысленностью.

Брат недавно стал отцом, в честь чего регулярно названивает мне и родителям со слезливыми и явно преувеличенными рассказами о том, как ему тяжело и не хватает денег. Он в курсе, что финансовая ситуация у двух пенсионеров и вчерашнего студента так себе, но это его не останавливает.
После очередного звонка я не выдержал и нецензурно послал этого попрошайку, заодно посоветовав ему завязать детородный орган в узел. Теперь со мной не разговаривают родители, зато щедро перечисляют братцу запрошенную сумму из своих пенсий. А меня отныне не хотят видеть в собственном доме. КМП.

На почтовый ящик закинули карту популярной алкашной сети.

Впрочем, там есть отличные шоколадки, да и цены приятны. Поставил приложение, не найдя возможности занести карту в список Гугл Пэй. Поморщился, что приходится захламлять телефон, но поставил.

Приложулька попросила по привычке местоположение — послал лесом. И внезапно затребовала доступ к управлению звонками и СМС. Да, так и написали: «Позвольте приложению совершать вызовы и отправлять сообщения, а иначе карту не привяжу». А ключи от квартиры, где деньги лежат, не надо? Или может пароли от соцсетей выдать?!

Удалил это вирусное приложение — не для того я самый защищённый смарт покупал. А следующим шагом этих торгашей бухла что будет? Как в дореволюционной России принуждали покупать пиво, а кто не покупал, войсками давили, так что ли?

Не считаю себя ЗОЖником и трезвенником, но и наглеть в отношении себя так не позволю.

Знайте своё место, торгаши.

Автор истории про Европу сказал ровно половину фразы.

Да, там у них, по его мнению, нет «ничьего», есть «наше». А здесь у нас ничего «своего» нет. Никто не обсуждает с людьми, хотят ли они благоустройства в той форме, которую по итогу получают. Никто не интересуется, удобно ли им. Наоборот, иногда прямо прилагают усилия, чтобы сделать как можно неудобнее, некрасивее, противнее.

Вряд ли, пожалуй, европеец поймёт крылатую фразу «не надо делать мне как лучше, оставьте мне как хорошо!», а на постсоветском пространстве ничего в ней объяснять никому не надо.

«Как лучше» — это замазюкать красивое значимое граффити, вырубить или замучить обрезкой здоровые деревья и воткнуть прутики, не способные пережить зиму, заменить хорошие скамейки и бордюры хлипкой ерундой от родственника мэра, положить скользкую плитку вместо нормальной, поставить забор на удобной дорожке.

Наши люди не чувствуют себя хозяевами «общих» территорий. Даже гостями не чувствуют. Мы — те, кого не спрашивают, а ставят перед фактом. Вот и копится в народе раздражение, которое выливается в откровенное потворствование вандалам.

Может, обыватель и не пойдёт сам ломать забор, лавочку или качели, но увидев, как это делают другие, молча пройдёт мимо, втайне погромщикам немножечко завидуя.

Увела мужа у его девушки, с которой они были года три. Она так себе, замухрышка, как только он на нее взглянул-то, из жалости, наверное - подумала я. И вот, он от нее жестоко уходит, разрывая помолвку, мы женимся.
Быстро пошли обидки, начал намекать, что бывшая не работала, следила за домом, и мне бы так сделать, говорю я не то и не тем тоном, одеваюсь и выгляжу не так, убираюсь не так, волосы короткие, должны быть ниже плеч, надо бы похудеть. При этом он сам с пузиком, неряха, шутки часто обидные, про внешность, отсутствие у меня ума и т.д. У него высокая зарплата, и это вся его аргументация, "я хорош тем, что зарабатываю деньги, а ты должна как женщина принимать мой характер". Если говорить ему, чтомне неприятно или обидно - напивается, ложится в ванной на пол и рыдает, прикиньте!
Девушку ту видела с мужем: расцвела, улыбается, стройная стала. Взглянула на себя и вдруг поняла, что теперь я - та замарашка, которой его бывшая была два года назад.
Развод повлечет проблемы, у нас ипотека, да и родители будут переживать. Но и становиться бледной девушкой из кошмаров тоже не собираюсь. Будет война, я больше не могу молчать. А пока КМП.