Прекрасное утро, солнышко светит, птички поют, лепота, в общем. Выходной, наконец-то всей семьёй выбрались на прогулку, дети бегают, радуются, мы с мужем обсуждаем что-то несерьёзное, шутим. Навстречу идёт знакомый, с которым мы последний раз виделись лет десять назад. Здороваемся, вспоминаем что-то общее, и тут он вдруг говорит: «А дети на тебя вообще не похожи! Только на мужа!»
Вот правда, на этом моё добродушное настроение кончается, и хочется взять и… уйти. Вот что вы этим хотите сказать? Что сомневаетесь в том, мои ли это дети? Хотите «подмазаться» к моему мужу? Странный способ, он их обожает и ему приятнее было бы услышать, что у него умные, красивые и замечательные дети. Меня расстроить? Получилось, я рассчитывала на приятное общение с вами, а вы, оказывается, идиот.
Мои дети похожи сами на себя, хватит играть в эту угадайку, особенно с грудничками, те вообще друг на друга похожи больше, чем на родителей. Удивились, что дети на отца похожи, а не на соседа? А матери вы это с какой целью сообщаете? Задолбали!
Сама работаю в колл-центре одного авиаперевозчика, правда, по нашим корпоративным стандартам просить звонящего назвать своё имя не требуется. Однако представиться сама я всё же обязана. И меня задолбали те, кто весь разговор использует уже моё имя.
В итоге диалог выглядит следующим образом:
— Компания «ХХХ», [личный номер], меня зовут Варвара, здравствуйте, слушаю вас!
— Добрый день (утро, вечер, ночь), Варвара. Понимаете, Варвара, у меня тут проблема, Варвара, с билетом. Мне, Варвара, крайне нужна, Варвара, ваша помощь.
За смену я обрабатываю несколько сотен вызовов. И вот таких обращающихся — каждый третий. Ей-богу, зовите лучше девушкой, мне будет гораздо приятнее, а то я уже не могу адекватно воспринимать своё имя. Задолбали уже!
Я — мама ребёнка с особыми потребностями. Его заболевание из области психиатрии, временами он неадекватен, и «накрыть» его может прямо на улице и молниеносно. Он может внезапно начать кричать не своим голосом, кинуться на меня с кулаками или лечь на землю. Также он часто говорит сам с собой вслух.
Так вот, меня задолбали доброхоты, считающие своим долгом вмешаться.
«Какой невоспитанный ребёнок, не сидит, а ходит по автобусу!»
«Уступи дедушке место! Ах, ну и что, что вокруг полно пустых мест, кого вы воспитываете, ужас-ужас!»
«Ты почему на маму кричишь? Ай-яй-яй!»
«А ну-ка перестань кривляться!»
«Ты что, дурак, зачем в луже копаешься?»
И так до бесконечности.
Люди добрые, у меня к вам громадная просьба: если вы не видите непосредственной опасности для жизни ребёнка, не вмешивайтесь. Не трогайте чужих детей. Не все матери — садистки или дуры, не все дети жертвы и нуждаются в вас. Не трогайте чужих детей и держите при себе рекомендации по воспитанию.
Сейчас, чтобы устроиться работать в некоторые места, нужна справка об отсутствие судимости. Не спорю, это очень хороший и правильный закон. Но правоохранительные органы позволяют себе делать эту справку целый месяц — аж 30 дней. И прийти надо точно в указанный день.
Приходишь в наркологию — справку выписывают при тебе, приходишь к психиатру — то же самое. А вот справку об отсутствии судимости приходится ждать. Вот представьте, человек устраивается на работу — он безработный (читай — голодный), но должен страдать целый месяц, пока правоохранительные органы «раскачаются» и хорошенько подумают.
Меня задолбала медицинская некомпетентность… не медиков. Да, вы не ослышались. Меня задолбала медицинская некомпетентность людей без медицинского образования. А вернее будет сказать — ложная компетенция.
Я — сотрудник МЧС. На моей «цивильной», «вне смены», памяти — ДТП, три приступа эпилепсии, два из которых сопровождались разбитой головой, открытый перелом, бессчётное количество обмороков. Сколько экстренных ситуаций встречалось на сменах — и не перечесть. Я параноидально вожу с собой аптечку в городе — я боюсь, что попаду в ситуацию, когда она понадобится, а её не будет… Но я никогда не делаю то, в чём не уверенна и чего не знаю. Я максимально стараюсь расширить свои знания в нужной области — посещаю дополнительные практические курсы, консультируюсь с инструкторами и врачами, читаю литературу, подходящую мне по уровню…
Вот знаменитый интернет-ресурс, пост про остановку кровотечений. Пост в топе через пару часов после возникновения. Я читаю его и хватаюсь за голову от обилия ошибок, каждая из которых в отдельности приведёт к тому, что пострадавшему только навредят. Я не выдерживаю и расписываю эти ошибки в комментариях, меня поддерживают коллеги-медики, правим ошибки уже совместно. Автор поста куда-то испаряется. Он не написал ничего. Ни слова.
Сколько человек успело прочесть этот пост до того, как мы его исправили? Я не знаю. «Засуньте что-то эпилептику в зубы». «Во время обморока нужно вынуть язык и булавкой к чему-то его приколоть, что бы человек его не заглотил». Я устала каждому второму объяснять, что этого нельзя делать.
Девушка в метро всхлипывает, сидя у колонны. Из носа обильно струится кровь.
— Ты что, с ума сошла! — оттаскивает меня какая-то тётка. — Пусть голову запрокинет! Так ты ей только хуже сделаешь!
Мне приходится достать удостоверение МЧС и помахать им перед носом тётки — только увидев корочку и услышав короткое «я спасатель» она недовольно отступает. Она — как и все окружающие — не знает, что при носовом кровотечении нельзя запрокидывать голову.
Мне приходится доставать это удостоверение довольно часто. Вот человек в обмороке оседает на ступеньки лестницы и почти тут же приходит в себя. Сердобольные граждане тут же вздёргивают его на ноги. Повторный обморок.
— Не трогайте. Пусть лежит!
— Девушка, идите мимо! — сердобольный снова пытается поднять мужчину на ноги.
— Я спасатель, — мелькает корочка. Сердобольный отступает.
Нет, меня злит не незнание. А мнимое знание. Информация, нахватанная из пабликов во «Вконтакте», от знакомых, от бабушки в деревне. По сути — информационная халява. Для того, что бы почитать ВК не нужно тратить 4 дня и деньги для аккредитации и хотя бы базового обучения по теме. Не нужно тратить время и ездить, не нужно сдавать зачёт и потом доплачивать за практику. Не нужно записывать. Не нужно хотя бы на примитивном уровне шерстить человеческую анатомию.
Или вот ещё — приглашает мальчик из «Вконтакта» на курсы по оказанию помощи при кровотечениях. Мальчик коллекционирует ножи, учится на социолога (2 курс, 94 год рождения), играет в группе. Тему, которую не специалистам рассказывают максимум полчаса, он планирует рассказывать 4,5. Он хочет 3000 с человека по предоплате и 4000 — если на месте. Место — это его квартира. Я спрашиваю его о документах — говорит, что год назад прошёл курсы… по оказанию. Только по оказанию. Он не аккредитован как инструктор.
У тебя нет права преподавать, мальчик, как нет его у меня — хотя я аккредитовалась бог знает сколько раз и работаю в системе. Но на твой семинар уже записалось 12 человек. И они придут. Ты заработаешь 36 тысяч за 4,5 часа «работы». А потом кто-то из твоих учеников сядет за убийство по неосторожности, когда неправильно окажет кому-то первую помощь. Но тебя это уже не касается, верно?
Я живу с родителями. У нас хорошие отношения, но в нашей семье каждый покупает еду себе сам. Я не ем то, что любят они, а они не привыкли есть что-то, что готовится сложнее картошки. Мы сами приняли это решение несколько лет назад по обоюдной инициативе, но иногда я чувствую себя так, будто живу где-то в общаге, где голодные студенты воруют еду.
Собираюсь на встречу. Перекусываю только что приготовленным салатом, выхожу, меня провожает мама. Когда я прихожу через час, то понимаю, что того самого салата, стоявшего на моей полке в холодильнике, просто нет, а пиала от него стоит там же, где и вся чистая посуда. На полке родителей еды достаточно. После долгих расспросов узнаю, что салат съела мама. Ну и что это? Зачем? Почему нельзя было спросить разрешения, когда я уходила из дома? Меня не было всего два часа, можно было дождаться и спросить. В конце концов, она могла чуть ли не с порога сказать, что съела, а не ждать, пока я открою холодильник и пойму сама. Когда я вижу, что у родителей есть что-то вкусное, то не ем это, пока не спрошу у них обоих. Я знаю, что они разрешат, но всё равно спрошу.
И таких примеров куча. «Не ешь, пожалуйста», — прошу я, когда ложусь спать рано вечером. Наутро всё съедено, но никто не спрашивал разрешения и даже не предупреждал, что съел. Как это понимать? У родителей есть своя еда, её достаточно, они не умирают с голода. Зачем так нагло красть мою еду, купленную на мои деньги?
Иногда доходит до того, что пропадает еда, находящаяся прямо в моей комнате. Какие-нибудь конфеты, например. Это, конечно, мелочи, но всё ещё не отменяет обычного: «Я у тебя взяла то-то, пока ты спала».
Объяснения заканчиваются чем-то вроде: «Да, я поняла, извини, не буду больше». Угадайте, что я обнаруживаю через пару дней? Ну что ж ты спросить не можешь? Я не откажу, не буду кричать, я просто буду в курсе, что такой-то продукт съеден, смогу рассчитать свой рацион, имея представление о том, что есть в холодильнике.
Задолбало. Если такое повторится ещё, то приму более жёсткие меры — буду требовать деньги за съеденное, предоставляя чек.
Мода на феминизм в последнее время породила много чудовищ, например, мужчин-феминистов. Точнее — недофеминистов: они готовы разделить с женщинами тяготы и обязанности, но начинают реветь белугой, когда речь заходит о равных правах.
Вова называет себя феминистом. Но его феминизм начинается и заканчивается тем, что он не платит за даму на свиданиях, чем страшно гордится. А вот помочь с готовкой во время общих посиделок — увольте, на это Вовиного феминизма не хватает. Видите ли, нарезать бутерброды — не мужское дело. Он лучше посидит на диване и побазарит с пацанами, пока девочки шуршат на кухне.
Жора тоже бьёт себя пяткой в грудь, говоря о равноправии. Над современными феминистками он посмеивается, считая, что женщин никогда и нигде не ущемляют. Но вот жениться Жора хочет только на девственнице, потому что «каждый нормальный мужик хочет быть первым». Когда намекаешь ему, что равноправие — это в том числе равные права на сексуальную жизнь, Жора начинает толкать что-то про телегонию и другие антинаучые теории, от которых уши сворачиваются в трубочку. Думаете, сам Жора хранит цветок своей невинности для будущей супруги? А вот ни фига! Он-то как раз любит похвастаться донжуанскими подвигами, включая секс с полузнакомыми девицами или групповуху.
А вот душка Витя — тоже борец за равноправие. Причём он в своей борьбе достиг наибольших успехов — например, решил бросить опостылевшую работу, когда жена была на шестом месяце беременности. В результате ей пришлось работать до самых родов и вернуться в офис через две недели после, чтобы обеспечивать семью. Молодой папа мог бы ухаживать за малышом, но нет — бесплатной сиделкой работает Витина мама. А сам Витенька вот уже полгода ищет новую работу, роется в вакансиях, как в сору, отметая слишком не творческие варианты. Да и с друзьями встречаться успевает — надо ведь и отдыхать иногда от тяжёлых поисков. И ему плевать, что жена хотела бы больше времени проводить с ребёнком, а мама уже немолода и плохо ходит.
В общем, недофеминисты, вы задолбали. А ещё больше задолбало то, что таких, как вы, становится всё больше.
Уважаемые руководители крупных супермаркетов! Не мучайте кассиров, не заставляйте их здороваться с нами, покупателями, благодарить за покупки и т. п. Нормальные люди ходят в ваши магазины за самым повседневным товаром, и больше ни за чем!
Самый приятный кассир — быстрый кассир. Чем меньше слов нужно говорить, тем меньше задолбан кассир, тем быстрее (читай — качественнее) он работает.
Я знаю, о чём пишу, в лихие 90-е пришлось постоять за прилавком. Так вот, язык к концу дня не ворочался и без здрасьте-спасибо.
И ещё очень задалбывает традиция, что если покупатель не взвесил товар, то вся очередь ждёт, пока он или кассир сходят к весам. В сторону такой товар, если очень надо — пусть раззява сам идёт взвешивать и по новой становится в очередь. Такая процедура очень качественно лечит забывчивость и невнимательность.
Меня задолбали люди, которые, как в недавней истории про фотографов, пытаются доказать, что их труд невероятно тяжёл и его должны уважать.
К сожалению, так уж сложилось, что у меня есть около 20 знакомых, утверждающих, что они фотографы, при этом реально интересные работы я вижу только у 2−3 людей, которые, кстати, занимаются этим не дольше других, но у них есть талант и подход. От этих людей я почти не слышу подобных излияний, клиенты идут к ним сами, стоят в очереди и готовы платить те деньги, что запрашивают. Остальные — это обычные люди с зеркалкой, выпускники полугодовых курсов фотографии, с одинаковым цветом, светом, настроением.
Ничего сложного в вашей работе нет, вы не таскаете брёвна на лесопилке, не проектируете здания, не проводите сложнейших хирургических операций, не совершаете научных открытий. При этом вы запрашиваете за ваши услуги большие деньги и часто зарабатываете на свадьбах и корпоративах больше вышеперечисленных специалистов. Именно поэтому, чтобы как-то оправдать свои запросы, вам приходится доказывать и расписывать каждый чих, но такое поведение лично у меня вызывает только раздражение.
Так что умерьте ЧСВ и работайте на результат, может быть, тогда клиенты к вам потянутся.
Товарищи, вы задолбали путать массаж и секс! Причём это относится к людям обоих полов.
Да, я в курсе, что откровенное смешивание этих понятий пошло со времён перестройки и начала 90-х, когда на бордели массово вешали таблички «Массажный салон». Но, блин, это было 20 лет назад!
Лет с 15 я начала изучать и практиковать массаж. По друзьям и знакомым. В основном классический, но с добавочками других техник — точечного, баночного… При этом реально свои умения всегда оценивала средне и денег не просила. Но если давали — не отказывалась. Неоднократно звучали фразы: «Вот я тебе… (что-то хорошее или просто полезное), а ты меня помнёшь», — и все были довольны.
Важный момент — я девушка, как говорится, с ярко выраженными формами. Пятый размер груди, Х-образная фигура и всё такое. Но на работе одеваюсь всегда прилично, никаких декольте и коротких юбок.
Так вот, накопив 10 лет практики и в какой-то момент оказавшись без работы, я выложила на «Авито» объявление: «Массажист с выездом на дом», поскольку у меня ни кабинета, ни массажного стола, ни каких-либо специальных устройств нет.
И вроде всё нормально — нашлось несколько клиентов, составила график, начала работать. Ни по массажной, ни по юридической части проблем у меня ни разу не возникло. Но! Максимум на третьем сеансе каждый мужик задавал вопрос: «А эротический массаж вы делаете?» Ответ «нет» воспринимался максимум до следующего сеанса. В худшем случае, закончив работу, я натыкалась на просьбу «завершить поласковее»… С некоторыми пришлось расстаться, не закончив курс.
С бабами ещё хуже, ну, или мне так не повезло, но это было просто феерично. Однажды под конец сеанса вернулась домой то ли жена, то ли девушка моего клиента. Вот что вы скажете, если увидите своего мужа попой кверху на кровати в трусах (массаж ног я тоже практиковала) и стоящую над ним полностью одетую девушку с массажной банкой в руках? Наверное, сначала надо спросить. Мне же на вежливое «здравствуйте» закатили вселенский скандал, объявили шлюхой и чуть ли не взашей выгнали за порог. Слабым утешением служило то, что деньги я всегда брала в начале, а конкретно в этом случае сеанс был почти закончен. Клиент потом звонил, извинялся и рассказывал, что смог объясниться со своей половиной. Но с него взяли обещание, что я больше к нему не приду.
Самое смешное и страшное одновременно, что до фига девушек и женщин, услышав эту историю, полностью поддержали тётку-скандалистку. Мол, они бы сделали точно так же, поскольку «массажист» — это мужик в белом халате и чуть ли не со стетоскопом, а «массажистка» — это проститутка под прикрытием. И без вариантов!
