Сколько я помню себя в детстве — в автобусах всегда были испорченные сидения. Изрезанные ножами, исписанные шариковой ручкой, с непременными надписями в стиле «здесь был ХХХХ», «ХХХХ — сила!», названиями окрестных городов, сёл, ПТУ, школ и институтов. Из дыр выпирал расковырянный поролон, там же таились комки бумаги, засохшие шарики жвачки, колпачки от ручек и прочий мусор.

На стенках — всё те же надписи, царапины от ножей, ключей, просто какие-то проковырянные отверстия.

Школьные парты — ну, это классика, чистых мест на них не было в принципе. Иногда, когда на уроке становилось скучно, можно было развлечься тем, что с помощью стирательной резинки почистить небольшой кусочек, но уже к следующему посещению класса там было что-то написано, нарисовано или нацарапано.

Отдельная тема — школьные стулья. Помимо простых надписей, иногда на них рисовали стилизованное изображение члена. Сидеть на таком стуле было глубокое западло, поэтому жертва при его обнаружении немедленно пыталась заменить стул соседским. В крайнем случае допускалось прикрыть рисунок тетрадью потолще и только потом садиться, не забывая при этом на каждую ухмылку отвечать, что тебя не волнует какой-то там рисунок.

Как вы, наверное, уже догадались, рисовать-царапать вовсе не считалось чем-то этаким. Так заведено: если тебе скучно ехать в автобусе на другой конец города, можно порисовать на спинке сидения. Это нормально, все так делают.

Только надо самому быть осторожнее: вон, какой-то мужик только что высморкался в ладонь, рассмотрел в ней что-то липко-тянущееся и вытер руку о нижнюю часть сидения. Не вляпаться бы в такое.

А потом я уехал из родного города и побывал в разных других. Где-то рисовали меньше, где-то не рисовали вообще. В некоторых городах вообще автобусные сидения были как новенькие, только потёртые — ни порезов, ни надписей про ПТУ, как будто в городе нет детей.

И знаете, что я заметил? Там, где не принято рисовать на стенах автобусов и сортиров — рисовать как-то совсем не хочется. Не потому, что ругаться будут, не потому, что накажут, и даже не потому, что это плохо (кому плохо? с чего бы?), а просто потому, что не надо портить вещи.

Но это у меня так, а некоторые бывшие земляки, попадая даже в приличное место, не могут удержаться от того, чтобы написать про себя и про свой посёлок-школу-ПТУ. Я не видел их лично, но видел их следы, надписи, которые они оставляют.

Наверное, это и называется «менталитет». Почему-то я не хочу пакостить и портить, если это не является нормой в обществе, а кто-то другой хочет и делает. Я не знаю, как с этим бороться, но вот носители такого менталитета — задолбали.

Мне 19. Родители в разводе, у каждого своя семья. У мамы недавно родился ребенок, они с отчимом купили квартиру. Я в это время живу у бабушек, никому до меня дела нет. А тут оказывается, что отчим кинул маму на деньги и выгнал их с ребенком из квартиры. Мама безработная, просит меня бросить учебу (я на последнем курсе, пишу диплом), найти работу и снимать с ней квартиру. А я не могу! Этот ребенок — мамина ошибка, а у меня своя жизнь, учеба, я живу у бабушки и хочу закончить универ. Мне страшно за нее, но я не хочу ломать себе жизнь. Да, я эгоискта… Поэтому КМП.

Представьте себе новенький, только только отстроенный район. В нём уже живут люди, преимущественно семьи с детьми. Семнадцать этажей забиты.

Представьте, что этот район один-одинёшенек, стоит в центре поля. С одной стороны деревня, с другой шоссе, сзади лес.

На первых этажах домов уже уютненько обустроился мелкий бизнес — дом быта, салон красоты, зоомагазины, химчистка и, конечно, продуктовые магазины, в каждом доме их по три-пять штук. Это маленькие супермаркеты, как цветасто и громко гласят вывески, там можно купить всё, даже свежие овощи и горячую выпечку.

Но что видим мы, жители? В отделе молочки просто нет молочки — крошечный холодильник в коридоре, пара пакетов молока, два вида масла, остальное всё забито шоколадом, чтобы не растаял в +32. Хлеб лежит в ящиках под ногами вперемешку с ром-бабами и кренделями. И не всегда свежий, если честно… Сыры и колбасы? Немножко заветренные, всего по два вида: докторская, сырокопчёная, российский сыр и мраморный. Овощи привозят по вторникам и четвергам в 13:00, а так они лежат в душном углу до консистенции желе, пока их не выкинут на стройплощадку. Консервы, заморозка, бакалея, сладости — всё по два-три вида.

Магазин маленький? О, нет, он нормальный. Просто самые большие залы отдали под пиво, родимое. Я вот ради любопытства насчитала — 30 марок (сортов, видов?), даже больше, потому что возмущению нет предела.

Перед поездкой в автобусе в жуткую жару хочется купить бутылку холодной водички. Четыре холодильника — один забит сладкой газировкой, три остальных — пивом.

Хозяйка хочет пополнить запасы пивом? Она на ужин готовит пиво, стирает пивом, кормит им же малыша?

Я не понимаю логику владельцев этих магазинов. Да, пивко выпить у нас любят. Но, чёрт вас дери, это что, такой изысканный напиток? Все такие гурманы, чтобы выбирать по парочке бутылок из 30 видов?

Да прогуляйтесь и посмотрите, что люди пьют — обычные «сиськи» за полтинник или одинокую стекляшку, но не более. Зачем устраивать такой пивград? Дайте молока и хлеба!

Был лучший друг, который рано женился на девушке (ей было 17, ему 18). У них родилась прекрасная дочка. Так случилось, что девушка погибла, а спустя полгода не стало и друга. Его родителям не дали забрать внучку, родители девушки отказались. Ребенка взяла я.

С 2-х лет я воспитывала ее как собственную дочку, никогда не запрещала бабушкам и дедушкам видеться с ней. И так длилось пять лет.

Я вышла замуж, у нас родился сын. Муж удочерил девочку и любит не меньше, чем родного сына…

Тут-то все и закончилось. Родители ее мамы подали в суд, сказав, что я НЕЗАКОННО удочерила их внучку. Что я украла и скрывала ее от них, что это я убила их дочь и зятя.

В суде им доказать ничего не удалось, ребенка оставили мне и, казалось бы, все. Но нет… Каждый день, КАЖДЫЙ С**А ДЕНЬ они сторожат около подъезда и обрушают множество проклятий на меня и мужа, наговаривают девочке гадости о нас.

Денег переехать у нас пока нет. КМП.

У меня есть лучшая и самая дорогая подруга, с которой я общаюсь всю сознательную жизнь. Недавно начала замечать, что она меня копирует. Полностью! Когда ходим по магазинам, она покупает все те вещи, которые нравятся мне, но просто не идут или не по размеру. Она всегда начинает общаться с теми же людьми, что и я. Парни нам тоже нравятся одни и те же. Всё это доходит до идиотизма: стоило мне сказать, что хочу научиться играть на фортепиано, как через несколько дней она покупает его себе! Типа она всю жизнь мечтала на нём играть.

Но последней каплей стала ориентация. Я уже 2 года влюблена в девушку. Думала, несерьёзно, а потом осознала, что с детства заглядываюсь на девушек. Недавно открылась, объявила всем, что я би. Моя подруга тут же сказала, что она тоже. И начала встречаться с той самой девушкой, в которую я влюблена! КМП.

Ты — замечательный человек. С тобой невероятно интересно разговаривать. Правда, ты через слово упоминаешь невероятно вкусный пирожок, который вот пять минут назад съел.

Ты глубоко и нетривиально мыслишь. Но в твоём пространстве событий новая творческая идея, красивое и оригинальное решение жизненной задачи и чебурек, который казался таким вкусным, а оказался совсем не того, имеют одинаковый вес.

Иногда ты увлекаешься. Но если полчаса слушать понятные мне максимум на десять процентов рассуждения о технических примочках я могу — я знаю, как тебе хочется поделиться, и готова приложить усилия, чтобы понять, о чём ты, — то получасовые же излияния о том, как в кафе тебе сделали неправильный чизкейк, меня вгоняют в оторопь.

Иногда ты забываешь купить презервативы. Но пакет шоколадок и печенюшек — никогда.

Паузы в разговоре, которые влюблённые люди компенсируют поцелуями или просто молчат вместе, ты заполняешь душераздирающим повествованием о том, что ты сегодня ел. И как это было. И как бы это было, если бы вот тут ещё чуточку вот этого. И как бы это могло быть, если бы вон то ещё и вот эдак.

Ты два раза в неделю ходишь в спортзал и горд этим. Я думаю, как намекнуть тебе на твой полуторный размер груди, не обидев.

Ты можешь отказать себе в нужной примочке, но экономить на еде не станешь ни за что. Тебе обязательно надо приобрести не просто вкусное, а ещё и дорогое: хлеб за сотню рублей, дорогое мясо, пакет самого недешёвого мороженого. Если бы ты пил водку, то только ту, что с частицами золота. Я прекрасно тебя понимаю, но такая привередливость как-то не очень совмещается с более чем средним заработком.

Милый, я очень тебя люблю. Но твоя одержимость едой потихоньку точит твой кошелёк, твоё здоровье и мою способность поддерживать беседу. И моё либидо тоже — я прилагаю усилия, чтобы соответствовать твоим эстетическим потребностям, и не понимаю, почему того же не можешь сделать ты.

Отложи вилку в сторону, пожалуйста. Ты не задолбал — но только пока.

Мои дочери ненавидят друг друга. Обычно просто ссорились и орали друг на друга, но вчера война перешла в новую стадию.

Старшая дочь разложила канцелярские кнопки, шапочками вниз и младшая просто ужасно распорола ими ноги. Вот только разложила она их под своим любимым шерстяным свитером, который нельзя сушить на веревке, а только в разложенном виде на покрывале на полу, и по которому младшую уже не раз просили не топтаться. Решила попрыгать назло сестре…

Я не знаю что делать. С одной стороны младшая сама вроде как виновата, ее не раз просили, а с другой — старшая уже вышла за всякие рамки.

Наказание, понятное дело, получат обе, но самое страшное, что мелкое пакостничество перешло в членовредительство, и я не знаю, как это остановить.

Вчера собрала их обсудить ситуацию. Одна сказала, что ей плевать, даже если я ее изобью и посажу в кладовку — ей будет там над чем подумать. Вторая сказала, что присутствие сестры — хуже любого наказания. Я боюсь и не знаю, что делать. Старшая будет поступать только через год. КМП.

Я выбыла из конкурса «терпеливые люди планеты», потому что сил больше не осталось. Я всегда стараюсь лояльно относиться к ошибкам окружающих, пытаюсь строить вопросы таким образом, что подразумеваю случайную ошибку, а не тыкаю носом в собственную жопоголовость сразу.

Вот коллега неверно проставил суммы в отчёте. Интересуюсь, почему он вписал именно так, ведь у меня цифры другие получились. Проверяет — действительно ошибся в одной цифре, из-за чего «поехала» вся сумма. Через месяц снова приносит отчёт, где ошибка в той же ячейке. Снова интересуюсь, не опечатался ли он. Снова проверяет — так и есть, снова опечатка. Так продолжается месяцев пять, после чего прошу перед пересылкой ещё раз проверять ту самую ячейку, в которой уже не раз обнаруживали неверную цифру. Снова присылает с ошибкой. На седьмой раз нервы не выдержали. Пишу прямо: «Сначала проверяй, потом высылай, мне не доплачивают за устранение твоих косяков, я трачу своё время на твою работу». Обиделся, но отчёты стали приходить верными.

Сотрудники разных отделов передают пакеты документов в банк, я жду дальнейшую информацию из банка. Постоянно приходят уведомления о недостающих документах, которые мне приходится выискивать и досылать. Составила список необходимых документов, чтобы каждый раз сверялись — не помогло. Вежливо попросила: «В следующий раз перед подачей документов в банк сверьтесь, пожалуйста, со списком». Тоже не помогло. На десятом уведомлении от банка сделала общую рассылку: «Больше я не намерена выполнять не свою работу по формированию пакетов документов, об ответе из банка узнавайте сами, при нарушении сроков будете лично отвечать перед директором». Обиделись за грубость три отдела, но отказов из банка стало в разы меньше и только у совсем «зелёных» сотрудников.

Понадобилось отправлять людей в командировки. Сразу сделали общую инструкцию по необходимым документам, порядку действий, разъяснили, где какие печати должны стоять и в каком количестве. Даже образцы всех документов приложили. Что имеем на выходе? Кучу неправильно заполненных документов: не там подпись, не та дата, нет половины печатей. Бухгалтерия свирепеет, потому что это не набор документов, а жалкие клочки, по которым нормально ничего не провести. Списывали всё на неопытность, просили переделать, пересылали документы в другие города за недостающими печатями, внутренние документы перебивали и заново подписывали в нужных местах. Каждый раз просили сотрудников сверяться с инструкцией при заполнении бумаг. На пятый случай разговор был короткий: кто неправильно заполнит документы, либо едет за свой счёт в тот же город восстанавливать, либо остаётся без суточных, а за отсутствие на рабочем месте в эти дни получает прогул. Засуетились, как мыши в клетке. С выпученными глазами тряслись над каждой бумажкой, по десять раз уточняли, правильно ли они всё делают.

Это такой вид аллергии, что ли — на хорошее отношение? Почему нельзя делать всё нормально, пока с тобой вежливо разговаривают? Почему надо доводить до ультиматумов? А потом мы будем читать на «Задолбалях» плач о том, как бедненького заиньку-сотрудника все прессуют и шантажируют на рабочем месте. Догадаетесь почему или сразу рявкнуть?

Есть у меня одна знакомая. Очень любит носить юбки. Настолько любит, что в штанах мы её никогда не видели — только летом в домашних шортах.

Носит себе человек то, что ему нравится, и ладно, скажите вы. Чего это я привязалась?

А случилось всё зимой, такой суровой питерской зимой, когда на улице было около −25 и метель. Встретились мы в университете, отряхивая снег откуда только можно, и встретили ту самую знакомую — в юбке. Не абы какой, а типа «солнышко», едва ли закрывающей колени. Естественно, мы задали вопрос:

— Какого хрена? Ну неужели тебе сейчас так комфортно в юбке?

Да, возможно, мы виноваты: спрашиваем такие очевидные вещи. Не надо было лезть, надо было понять, что у неё тёплые колготки — чуть ли не рейтузы — и ей совершенно комфортно, что ей в принципе редко бывает холодно, и всё такое…

А закончилась эта мини-истерика внезапным выпадом в сторону феминисток: дескать, знакомая не собирается носить мужскую одежду и скрывать под этим свою женскую натуру. Мол, женская натура требует исключительно платьев и юбочек, а брюки — это фу и омерзительно!

Вот мы не знали, как объяснить девушке, что этот выбор — носить ей только юбки или брюки — стал возможен только благодаря действиям феминисток. И не обсуждали бы мы это, стоя в универе — вообще бы не учились тут. Сидели бы в ту же зиму спокойно дома, ни о чём не думали да стрелки на штанах разглаживали — на штанах мужа, разумеется.

Не задолбало, конечно, но удивило, что в представлении большинства феминистки выбивали только право на носку брюк. Три ха-ха два раза.