Даже не знаю, как описать задолбавшую категорию граждан. «Я — Д’Артаньян в белом пальто»?

Сцена первая. Недорогое кафе. Люди сидят за столиками и едят. Салаты, пицца, десерты. Заходит дама лет 70, брезгливо перебирает шёпотом все блюда в меню и провозглашает хорошо поставленным голосом: «А что-нибудь съедобное у вас есть, а то в меню одна дрянь?»

Сцена вторая. Магазин тканей. Люди выбирают и покупают отрезы на платье, костюм, куртку. Женщина средних лет, осматривая ассортимент, громко спрашивает консультанта: «Я смотрю, элегантных-то расцветок у вас нет, безвкусица одна».

Сцена третья. Очередь в банке. Молодая пара на входе. Парень с пафосом заявляет: «Не буду я в очереди стоять, я же не лох и не терпила!»

Занавес.

Сотрудники и посетители реагировали во всех случаях по-разному. Кто-то возмущался и оправдывался, кто-то проигнорировал, кто-то отнёсся с юмором… Но, судари и сударыни, зачем вы вообще произносили эти пафосные монологи, видя, что кому-то вкусно, кому-то красиво, кто-то терпеливо ждёт? Вы задолбали, тысяча чертей!

Я несколько лет назад овдовела и только недавно почувствовала, что снова хочу и могу общаться с мужчинами. В общем, я тридцатидвухлетняя дама в активном поиске, а задолбал меня мифический персонаж — некая «бывшая».

Мужчины моей возрастной категории обычно имеют какой-то опыт отношений с женщинами. Если вычесть две крайности — сорокалетних девственников и семьянинов-рецедивистов, у которых пять разводов и семеро по лавкам, остаются как раз те, с кем можно иметь дело. Но тут вступает в игру этот самый задолбавший меня персонаж. Нет, мне, к счастью, ни разу не звонили в ночи и не обзывали разлучницей, однако эта дама (такое ощущение, что у всех мужчин, с которыми я имела дело, она одна на всех) незримо присутствует в моей жизни практически ежедневно. И у неё есть несколько качеств, за которые убить мало.

У неё постельные предпочтения, прямо противоположные моим. Она, судя по рассказам, была в восторге от секса с разбегу без предварительных ласк, от тридцатисекундного секса, от лапанья за грудь в общественных местах (включая зрительный зал академического театра, ужин у престарелой родственницы и семейное кафе) и буквально круглосуточно мечтала сделать по-быстрому минет мужчине, который принимал душ накануне вечером, а потом полдня копался в огороде.

Она обладала потрясающим чувством юмора, и когда мужчина, не сдерживаясь, простите, пердел так громко, что, наверное, соседи пугались, она считала это невероятно смешным и потом долго обменивалась с ним остроумными репликами на эту тему.

Она была абсолютно, совершенно неприхотлива в быту и не устраивала скандалов, если, например, мужчина раскидывал носки по всем горизонтальным поверхностям, включая обеденный стол, а уж напрягаться ради неё и, например, помогать нести тяжёлые сумки или встречать с работы, если на дворе 12 ночи, вообще никогда в жизни не приходилось.

Что касается детей, то я не требую от мужчины, который мне пока никто, их содержать и любить, но хотя бы запомнить, что моей дочери пять лет, она ходит в садик и не надо её спрашивать, как дела в школе, по-моему, можно. Впрочем, бывшая, судя по рассказам, снисходительно относилась к такой избирательной тупости и регулярно напоминала мужчине, сколько у него детей и как их зовут.

В общем, главный мой вопрос — даже не к этой даме, а к мужчинам: если она такой идеал, то почему же вы не с ней, а рассказываете о ней мне? Или всё-таки вы несколько приврали, и всё было несколько не так?

Наверное, многие, кто пользуется социальными сетями и прочими приложениями для обмена сообщениями, состоят в чатах, беседах, конференциях — название зависит от приложения, но суть одна: получение одного и того же сообщения несколькими людьми. Это очень удобно для решения всяких коллективных вопросов, но именно коллективных!

Как же меня задолбало после очередного уведомления о сообщении читать что-то вроде: «Глаш, я тебе деньги тогда завтра отдам». Неужели так сложно написать это той самой абстрактной Глаше личным сообщением?

Разумеется, бывают какие-то вопросы и высказывания, адресованные одному человеку, но касающиеся и способные заинтересовать других участников чата, да и вообще вроде как не чужие люди, но когда таких вот сугубо личных сообщений, совершенно не касающихся посторонних, накапливается много, это начинает задалбывать.

Напишу и я сюда. Меня, как девочку из истории на главной, не выпускают из дома. Мне 15, сейчас лето. Карманных денег нет. Подработку найти не получается, потому что уже много раз мама меня просто не выпускала перед началом рабочего времени. Она работает в соседнем доме, на любые просьбы сделать мне ключи отвечает, что подойдет в любой момент и откроет. Сама опаздывает минимум на час. Осложняется тем, что денег на телефон тоже не кладут, работает только на входящие. Домашнего нет.

А еще на ключ закрывается ее комната с роутером. И кухня после завтрака, обедать она приходит домой, после чего кухня снова закрыта. Днем закрыта ванна, чтобы я не расходовала воду.

Интернет в будние по расписанию — включает мама в 6 утра и выключает в 6 вечера. На выходные она уезжает на дачу и просто закрывает меня в квартире. Но перекрывает газ на замок и прячет чайник к себе.

Можно подумать, что я очень безответственная или трудный подросток, но это не так, проблем с моей стороны нет. ПМП.

Я врач. Простой, как гвоздь, участковый врач-терапевт одной из многочисленных поликлиник нашей необъятной. И меня задолбало поразительное по своей тупости и безапелляционности утверждение, мол, врачуги, подлецы, находятся в сговоре с аптечниками и специально назначают дорогие лекарства, получая от этого что-то вроде отката.

Скажите, люди, вы реально верите в эту бредятину? Вы считаете, что я, сидя у себя на приёме в кабинете, помню наизусть все цены на все лекарства во всех аптеках города? Нет, я, конечно, на память не жалуюсь, но все же у меня на плечах голова, а не компьютер. Ну вот откуда мне знать, сколько стоит то или иное лекарство, которое я вам назначаю? Я, кстати, так же понятия не имею, где оно продаётся и где его можно купить подешевле. Ну не знаю я и всё. Не обязана я это знать. Все вопросы по поводу цен и наличия мне адресовать надо не мне, а фармацевтам, это они устанавливают цены и продают лекарства, а не я. Я могу вам порекомендовать аптеку, в которой уверена, но вы же не обязаны в неё ходить, верно? И потом — я понятия не имею, какое ваше финансовое положение. Понятие «дорого», как вы понимаете, весьма и весьма растяжимо.

В семье не без урода. Среди нас, медиков, тоже встречаются, мягко выражаясь, нехорошие люди. Кое-кто попадается и идёт под суд. К уголовной ответственности привлекались врачи-взяточники, врачи-рукожопы, врачи-раздолбаи, врачи-пофигисты, даже одного врача-боксёра недавно на девять лет посадили. А вот врача-заговорщика за все годы хождения слухов о них ни одного так не выявили. Нет уголовных дел по таким персонажам. Нет ни одного осуждённого. За всё время, несмотря на страшные рассказы, так и не смогли предъявить народу конкретного Иван Иваныча, гребущего бабло лопатой. Всё держится исключительно на данных сарафанного радио. Вам это ни о чём не говорит?

Все эти слухи про сговор врачей и аптечников, на мой взгляд, запущены чиновниками от здравоохранения, которые не справились с поручением Президента добиться снижения цены на лекарства и свалили вину за собственную некомпетентность на рядовых сотрудников здравоохранения. Не знаю, может, какие-то единичные заговоры на эту тему где-то и существуют, но там замешаны скорее высокие чины, а вовсе не простые медики, с которыми вы сталкиваетесь каждый день.

У меня всё.

Задолбали не попрошайки даже, а, прямо скажем, выбиватели мест в метро. И ладно бы они требовали уступать место у гоповатых «поцыков», у громко трындящих подружаек-школьниц и остального громкого, заметного и хамоватого контингента. Но нет, такие ведь и послать могут. Поэтому место надо требовать у меня.

Ситуация первая. Автобус, еду с уколов в сустав. Это довольно неприятная и болезненная процедура, после которой дают день больничного на отлежаться. Сижу на откидном сидении в низкопольной секции, потому что мне трудно взобраться выше. И тут в автобус входит женщина с тростью, которая, нет, не просит, а приказывает уступить ей место, потому что она инвалид. Я отвечаю, что не могу — у самой проблемы с ногой. При этом в автобусе полно мест, но, увы, таких, куда трудно взобраться и ей, и мне. И нет бы ей попросить сидящего рядом со мной на откидушке парня пересесть, так она лезет на верхотуру и две остановки громко возмущается, не веря в то, что я не уступаю ей по объективным причинам. Меня задалбывает, я достаю из сумки медкарту, ковыляю к этой идиотке и тыкаю ей в нос этой самой картой. Идиотка затыкается и едет всю дорогу до своей остановки красная, как рак.

Ситуация вторая. Я только что выписалась из больницы, где лежала с депрессией. Мне прописаны препараты, от которых натурально вырубает. Последняя больничная доза выдана, теперь мне предстоит квест доехать до дома. Еду, сплю. Меня грубо расталкивают и чуть ли не сдёргивают с сиденья — в автобус зашла беременная, надо уступить. Но почему я? В конце концов, могли бы и сами постоять. Вдобавок у меня под ногами приличных размеров сумка с вещами, куда я её дену стоя? Ну хорошо, стою. Что? Вам мешает моя сумка? Я на вас заваливаюсь? А я предупреждала, что мне трудно стоять и что мне некуда деть сумку стоя, кроме как на плечо.

Ситуация третья. Теперь я сама беременная. Сменила график на работе, чтобы не попадать в час пик, отъезжаю по несколько станций до конечной в метро, чтобы ехать сидя. Первый триместр, самая жесть — тошнит, кружится голова, не хватает воздуха, лучше вообще лежать, но сидя все же лучше, чем стоя. Еду с работы, привычно отъехав пару станций назад за кольцо, чтобы гарантированно занять место выходящих на кольцевой. Проехала кольцевую, сижу. И вот в вагон заходит мать с ребёнком из тех, которых нынче называют «особыми», хотя в официальной терминологии нет вовсе ничего оскорбительного. Рядом со мной есть место, ребёнка усаживают на него. Он начинает валиться мне на колени и заливать их слюной. Не приступ болезни, нет, просто ему так, видимо, комфортно. Но причём тут я? Пытаюсь отодвинуться, усадить ребёнка горизонтально и прислонить его к боковине сиденья — место крайнее. Но ребёнку надо не просто облокотиться на что-то, ему надо именно на колени. И тут вступает мамаша. Дескать, мне надо уступить ей, чтобы ребёнок валился не на меня, а на неё. Я спокойно поясняю, что я и сама не хочу, чтобы на меня валились и слюнявили, но, к сожалению, не могу встать ввиду состояния и самочувствия. Предлагаю матери взять ребёнка на колени и держать, на что та предлагает мне пересесть, ведь во-о-он там в конце вагона освободилось место. Ага, а сейчас будет станция, на которой в вагон зайдут люди. Я не собираюсь бежать наперегонки с ними через весь вагон, как в игре со стульями. Хотите — бегите сами, а я лучше пакетик на колени постелю. Выслушиваю потоки ругани, которые прекращаются всего лишь через станцию — мать с ребёнком выходят. А мне ехать сильно дальше, практически до конечной. Уступи я место — я бы уже не села до конца поездки со всеми вытекающими.

И это далеко не все ситуации. Все эти «требователи» как будто чувствуют: девушке плохо, нахамить у неё нет сил, а давайте-ка её сгоним. Причём всем этим людям доступны те же опции: отъехать подальше, чтобы сесть, поехать пораньше/попозже. Или попросить уступить кого-то ещё, если я объективно этого сделать не могу и в вежливой форме объясняю это. Но нет, подумать головой не судьба. И именно поэтому я вам не уступлю. Да, я буду тыкать своей сумкой вам в лицо, если вы меня сдёрнули с места силой. И я не обязана предъявлять вам свою медкарту, ибо это моё дело и моё здоровье. Либо верьте на слово, либо идите лесом. Задолбали.

Меня задолбало постоянное упоминание наличия мужа или бойфренда, как мерила… даже не знаю, самодостаточности? Неотразимости? Элитности? Показателя крутости? Оправдания себя?

Часто вижу тут истории разных барышень: одна толстая, другая тощая, третья лысая, четвёртая некрасивая, вот та бедная в обносках, у этой глаза косят и нос большой, а у той и вовсе инвалидность. И каждая из них плачется об этом, мол, обижают, принижают, придираются, обращают внимание и тому подобное, потом традиционно все придирающиеся шлются героиней подальше, появляется мораль и — внимание! — в конце каждой истории обязательно упоминается, что зато у неё такой замечательный и прекрасный муж! Спортсмен-комсомолец-красавец-любит-больше-жизни-её-такую!

К чему это? Как это относится к задолбашке, что толстую тощие оскорбляют? Зависть вызывать или что? Ты только что задалбывалась, что платьев на тебя нет, каким боком тут твой мужик? Давайте отделять мух от котлет, а? Всем всё равно, какой там у вас муж, он нашего о вас мнения не изменит и историю вашу не украсит.

Мою семью все вокруг считают идеальной. Мы 5 лет женаты, у нас двухлетняя дочка. Подруги завидуют. У них у всех разные мужья со своими недостатками, а мой муж, по их мнению, идеальный. И я понимаю, что они правы. Он симпатичный, добрый, состоятелен, неглуп, не требователен в хозяйстве, в сексе все нормально, любит меня, занимается дочкой с удовольствием, иногда больше, чем я.

Но я его не люблю. Пару раз открыто ему об этом говорила, но он думает, что я со злости просто. После секса хоть плачь — противно. Вышла за него, потому что "человек хороший". Подруги и не догадываются, что я завидую им, ведь они замужем за любимыми, хоть порой и дебилами. Мама всегда твердила: главное, чтобы тебя любили. Любят, ну а мне не легче. Иногда отпускает, а иногда хоть вой. И уйти не могу, потому что "идеальная" семья, дочка, да и вряд ли лучшее найду когда-нибудь. ПМП за то, что не ценю, что имею.

До жути задолбали городские попрошайки. Не сидящие в переходах и на тротуарах и бормочущие вежливые слова и молитвы, а особо задалбывающий подвид — попрошайки приставучие.

Стою я, например, возле вокзала в ожидании автобуса, чтоб сэкономить сто рублей и не покупать билета. Последние деньги потрачены, осталось точнёхонько на проезд. И тут подходит она — женщина неопределённой национальности и неопределённого возраста, которая просит финансово помочь. Вежливо, но настойчиво. Отвечаю, что я бедный студент и денег не имею, на что женщина никак не реагирует и продолжает причитать с упоминанием бога и благословений. Так как сбежать было нельзя, просто качаю головой с максимальным сожалением в глазах. Женщина продолжает просить мелочь и лишь после минуты моего игнорирования уходит.

Возможно, ей действительно жизненно необходима пара монет, а я — злое и немилосердное существо. Но я не волшебник, и если у меня нет денег, я не смогу ими поделиться даже при огромном желании. Каждую неделю мне попадаются одна-две настойчивые и поминающая бога просительницы, зачастую с горстью мелочи в руке, как бы намекая: «Смотри, другие же дают». Они могут преследовать меня несколько метров по улице или пустить в ход своих детей, которые будут путаться под ногами.

Я не выгляжу хоть сколько-то состоятельным человеком, скорее наоборот, поэтому не понимаю, почему товарищи попрошайки считают, что я хочу и могу поделиться с ними деньгами.

Пока мне удаётся держаться, чтобы не послать их куда подальше после второго отказа, но если такое беспечное хамство будет продолжаться, придётся-таки донести, насколько они меня задолбали.

Привет защитнику футболистов от того самого человека, возмущённого многомиллионными контрактами. И многотысячными. И даже просто заработной платой за игру.

Вы приводите в негативный пример сборную Андорры? А вот я, например, этими ребятами восхищаюсь. Для них футбол — второстепенное веселье, а не «тяжёлый физический труд». Тяжёлый физический труд, мои дорогие особо упоротые личности, — это у станка, это в литейном цехе, это дворником или рядовым в армии. А футбол — это, в первую очередь, игра, к реальной жизни имеющая очень слабое отношение.

Андоррцы не забивают голы? Зато после игры они возвращаются к нормальной работе — инженеров, врачей, строителей. Не поголовно, да. Но и не формально.

А вот в нашей родимой сборной каждый относится к так называемым «профессиональным футболистам». Они не имеют другой работы. Лишь половина может похвастаться высшим образованием. Экономическим, к примеру, ага. Не знаю, как для кого, но для меня «профессиональный футболист» звучит как «профессиональный игрок в Counter-Strike». Ну, а что? Оба выполняют то, что могут лучше всего. Играют, ага.

И вот до тех пор, пока двадцать два потенциальных дворника или рядовых при нехватке и тех, и других (низкие зарплаты, призыв) будут радостно топтать зелёную травку под восторженные крики болельщиков, получая за это бабло, я буду задалбываться. И смотреть биатлон, там хотя бы «снайперов» готовят.