А меня дико задолбали люди, пытающиеся со мной дружить. Я не социофоб, у меня много знакомых, с которыми я с удовольствием переброшусь парой слов при случайной встрече или в общем диалоге в синей соцсети, но близких друзей у меня немного, и сейчас я не о них.
Категория первая: «Мы же друг другу всегда поможем». Как правило, это люди, которым я случайно помогла с какой-то мелочью: подсказала ссылку на хороший интернет-магазин, дала переписать кусок конспекта, просто выслушала, когда человеку было грустно. Большинство людей просто скажут спасибо и помогут в случае ответной просьбы, но некоторые индивидуумы считают своим долгом осчастливить тебя по собственному разумению: завалить ссылками на абсолютно неинтересные сайты, скинуть свои домашние работы по всем предметам нынешнего семестра, залезть тебе в душу, пытаясь выведать, почему сегодня ты такой грустный (хм, до встречи с таким благодарным настроение было гораздо лучше). Понятно, что эти люди искренне желают только хорошего, но их назойливость переходит все границы разумного.
Категория вторая: «Я тебе по-дружески дам совет». Совет этот всегда непрошенный, часто относится к событиям большой давности, о которых советчик только что узнал, и обычно плохо реализуемый. И вот ты начинаешь объяснять человеку, почему же его совет неактуален, тратя на это кучу времени и сил. Или не начинаешь — тогда человек обижается и капает тебе на мозг, какой же ты плохой и невнимательный, он же как лучше хотел, по-дружески.
И, наконец, категория третья: непрошибаемые. Это те, кому ты прямо говоришь, что не хочешь с ними общаться, но они на это не реагируют. Бывает, знакомишься с человеком по общим интересам, но через какое-то время понимаешь, что общаться с ним тебе плохо и совсем не хочется. Обычная причина этого дискомфорта: человек вокруг себя совсем не видит окружающего мира и других людей. Пытаешься свести общение к минимуму, в том числе говоря человеку прямо, что тебе с ним некомфортно, — ноль внимания. В случае интернет-общения это может быть проще — есть чёрный список. Но одна такая девушка после добавления её в чёрный список в синей соцсети начала писать мне со второй своей страницы с искренним недоумением: «Мы же так хорошо дружим, ты промахнулась?».
Люди, пожалуйста, будьте внимательнее к другим. Если человек упорно, раз за разом пытается свести ваше общение к минимуму, скорее всего, он действительно не хочет с вами общаться!
Задолбали любители самообмана. С одной стороны, винить их вроде не в чем — врут-то они себе, причём чаще всего бескорыстно, но так получается, что их ложь не может не затрагивать окружающих.
Классика жанра со старшего школьного возраста и по сей день — подруги, затеявшие «трудную любовь». Объект может быть как совершенно нормальным, просто не подозревающим о своей роковой роли в жизни данной конкретной барышни, так и клиническим мудаком. Симптомы в обоих случаях одинаковые — если я хорошая подруга, то обязана вместе с пострадавшей придумывать, почему в действительности всё совсем не так, а любое его действие (вообще любое, от «поздоровался в коридоре» до «привёл домой беременную любовницу, а мне велел выметаться») — свидетельство великой любви.
Первые два-три случая были полезны для развития здравомыслия. Вместо остальных запросто можно было бы смотреть кино, валяться на диване с книжкой или, например, делать маникюр — это хотя бы приносит удовольствие.
Над семьёй моего мужа с незапамятных времён реяло страшное проклятие под названием «дача». Её вся родня терпеть не могла, но каждый считал, что он какой-то неправильный, на самом деле надо любить, каждые выходные проводить там, а «прогулы» допустимы только по уважительным причинам. Как только наступала ещё даже не весна, а вторая половина зимы, все начинали с перекошенными от злости лицами убеждать друг друга, что ждут не дождутся, когда поедут на любимые шесть соток, и громогласно, но неубедительно вещать о пользе свежего воздуха…
Дача — затенённый полузаболоченный участок в 200 километрах от родного города и трёх с половиной — от ближайшей автобусной остановки. На этой земле плохо растут даже сорняки. Треск ЛЭП прямо над головой не даёт уснуть и, говорят, не особо полезен для здоровья. Хлипкий щитовой домик угрожает рухнуть от сильного ветра (вкладывать деньги в ремонт и улучшение никто, конечно, не хочет, все надеются, что он наконец развалится к чёртовой бабушке). Семейные посиделки, каждый участник которых про себя думает, что лучше б дома остался, и тихо ненавидит происходящее, через раз заканчивались ссорой на ровном месте.
В приватной беседе все родственники по очереди признавались (мне — я как бы не совсем своя и хорошо умею хранить секреты), что в гробу видели такой отдых строгого режима, но друг перед другом продолжали хранить лицо. К моим «прогулам» относились спокойно, но этот самообман всё же мне очень мешал. Весь дачный сезон у меня вместо мужа было что-то усталое (выходные в этой пасторали выматывают так же, как и рабочая неделя) и задолбанное, большую часть летних выходных я проводила одна с детьми — папа отчалил выполнять семейный долг. Да, в конце концов, хотелось своей семьёй куда-нибудь съездить, но «как же дача».
Вы бы видели лица родственников, когда я не выдержала и рассказала всё, что об этом думаю. Как будто им сообщили, что Дедушки Мороза не существует! Каждый, реально каждый потом тайком меня поблагодарил, но сказал, что «так всё-таки тоже нельзя, прямо промеж глаз»!
Каждое столкновение с самообманщиком в работе — трата в никуда большого количества времени и сил. Впервые я влипла на заре трудовой деятельности, лет десять назад. Занимаюсь недвижимостью. Моя первая сделка была связана с продажей квартиры, которую моя клиентка получила от бабушки по договору дарения. Сама родственница находилась в очень почтенном возрасте, жить одна уже не могла, поэтому отбыла на ПМЖ к сыну. В таких случаях нужно предоставлять документы, свидетельствующие, что даритель переоформлял жилище в здравом уме и понимал, что делает (это необязательное требование, но без них здравомыслящие покупатели со сделкой, скорее всего, связываться не станут — кому нужно за свои же деньги приобретать потенциальную многолетнюю судебную тяжбу?).
В общем, с передачей квартиры всё действительно было чисто — на момент оформления (за пять лет до того) старушка была совершенно в себе. Но если бы клиентка не занималась самообманом на тему «нет, нет, баба Катя вовсе не в маразме, а что не признаёт родственников и считает, что она в блокадном Ленинграде, — это она так играет и шутит», это значительно упростило бы дело, и квартиру можно было бы продать месяца на полтора раньше.
Мои родители поверили в бога.
Теперь мне нельзя носить брюки, юбки выше колена, прозрачные колготы, блузки с рукавом короче, чем до локтя, украшения, яркую одежду, краситься и делать прически. Брату можно носить все, что не открывает тела и желательно не ''модное''. Мясо мы едим два раза в неделю, если нет поста. У нас четыре приёма пищи в день, перекусы строго запрещены, как и приправы, кроме соли и перца. На нас навесили кучу обязанностей, что теперь даже в туалет сходить некогда. Воскресенье у нас ''голодный день'', потому что причастие начинается не раньше 12. А теперь бинго: у брата диабет. Когда я пожаловалась священнику, он сказал, что грешно ''думать о кусе, когда все о Иисусе''.
В ''свободное'' время мы говорим о боге или должны думать о боге. В выходные мы участвуем в бредовых постановках церковного театра, где от оригинала из книг или истории разве что имена.
Нас лечат травами и молитвами. Брату инсулин разрешают, мне йодомарин — нет, потому что он ''для красоты''
Я жаловалась в школе. Меня отругали и рассказали все маме. Мы ''чистые'', сытые, а остальное — ее дело.
ПМП.
В нашей жизни бывает множество неприятных ситуаций, но один тип неприятностей меня откровенно достал.
Представьте: вашу квартиру обокрали. Приехала полиция, соседи вышли на лестничную площадку, но вместо слов сочувствия и пожелания скорейшего возмещения убытков, вы слышите фразы типа: «Ну чего он хотел? Замок ненадёжный, собаки нет, сигнализации нет. Разумеется, его ограбили! Сам виноват, надо было заботиться о собственной безопасности». Дикость, не правда ли?
Или вот: на вас напал идиот с оружием, вы получили ранение. Но, просматривая комментарии на местном сайте новостей, вы видите не слова сочувствия, а лишь осуждение: «Он идиот, что ли? Тёмный двор, не лучший район, надо было бронежилет надевать или, на худой конец, перцовый баллончик с собой брать» или «Жители района совсем страх потеряли: возвращаются поздно, ходят не оглядываясь, жить надоело, что ли?»
Кажется нереальным, что вас могут осуждать за то, что вы стали жертвой не самых порядочных членов общества. Однако ситуация становится очень даже правдоподобной, если речь идёт об автомобилистах и пешеходах.
— Он идиот, что ли? Переход не освещён, разумеется, водитель его не заметил, надо было светоотражатели носить!
— Пешики совсем потеряли чувство самосохранения! Ходят в наушниках, по сторонам не смотрят, а водителю стресс и тюрьма из-за тупых кеглей.
— Вы не понимаете, что две тонны железа остановить сложнее, чем вашу тупую тушку? Ну постоите вы перед переходом чуть дольше, зато живы останетесь, куда вы ломитесь?
— Когда вы будете лежать в морге, вам будет легче оттого, что вы были правы и шли на зелёный? Пешеходы как будто не понимают, что водителю максимум грозит тюрьма, в то время как они могут лишиться жизни!
Это типичный набор комментариев в новостях вида: «Водитель сбил пешехода на нерегулируемом переходе» или «Водитель сбил пешехода, пересекавшего проезжую часть на разрешающий сигнал светофора». Это считается нормальным, и меня это ужасно задолбало.
Это вы приобрели средство повышенной опасности. Это вы сели за руль двух тонн железа. Это вы обязаны притормаживать перед переходами, а не пешеходы должны башкой крутить на 360 градусов. Вы представляете опасность для окружающих, а поэтому именно вы должны быть сверхаккуратны. А сейчас ваше поведение смахивает на террор: более сильная группа угрожает, запугивает и заставляет более уязвимую группу лиц подстраиваться под страхом смерти.
Пишу я всё это, потому что вчера на моих глазах сбили мою подругу (хорошо, что не насмерть). Один торопящийся идиот, нарушив с десяток правил, вылетел из-за поворота на пешеходов, шедших на зелёный. Кто-то успел отпрыгнуть, а вот моей подруге не повезло. И меня просто вывели комментарии гаишников и работников скорой: «А чего она по сторонам не смотрела? Люди вон успели отпрыгнуть». Гаишник так вообще вещал про какой-то пункт ПДД, согласно которому пешеходы могут идти на зелёный, только если убедились, что их пропускают. Это вообще прекрасно.
Знаете, неуважаемые автомобилисты, которым плевать на безопасность окружающих, вы задолбали! В конце концов, каждый автомобилист когда-нибудь становится пешеходом. Когда-нибудь на месте пострадавшего будете вы или ваши близкие, и тогда вы будете искренне недоумевать, почему по мнению окружающих виноват не водитель, наплевавший на правила и скоростной режим, а «тупая кегля».
Мне 16. Я отучилась в художке и еще в первом классе решила: пойду в училище, а потом в академию. И тогда же начала копить, родители небогатые, на гуашь раз в полгода им хватает, но на масло (им в колледже пишут), пастель, бумагу дорогую (давала школа) они не найдут! И я откладывала как могла, подрабатывала летом, скопила около 30 тысяч. И летом я подаю заявление, а сейчас решила выкроить денег и пойти на подготовительные курсы, в доме художника они всего 5 тыс!!! И вот я лезу в заначку, а шкафчик пустой!!! Я в истерике, кричу и плачу, а папа зашел и сказал!!! Что деньги забрал и они мне не нужны, рано мне еще иметь такие суммы и я еще спасибо скажу когда пойду на инженера чего-то там, как он!!! И что фиг мне, а не училище, побаловалась и хватит!!!
До сих пор не могу успокоиться, но, папочка, я знаю, как выключить ручник и что твой жигуль стоит под откос…
Пристрелите его, ненавижу!
Прочитала историю
про девушку и её хобби, и меня аж передёрнуло. Точно так же в моём детстве говорила моя мама: «Вечно ты сидишь со всякой фигнёй, нет бы дома убраться или уроки сделать. Из проволоки хочешь плести? А вот я тебе год назад бисер покупала, так он ещё не кончился! Ну и что, что чёрный, и из чёрного можно плести. Юбку сшить хочешь? Ну вон в чемодане бабушкину старую возьми да перешей. И вообще, что-то ты ни одно дело до ума не доводишь и толку от этого никакого».
К счастью, с мамой я теперь не живу, на свои хобби трачу ровно столько времени и денег, сколько считаю нужным, а вам, уважаемый товарищ, хочу сказать вот что.
Во-первых, вы своим давлением ничего не добьётесь. Рукоделие — это часть жизни вашей девушки на данный момент. У кого-то голубые глаза, кто-то любит шоколад, а ваша девушка любит плести из бисера. Или вышивать лентами. Или валять из фетра. Ей это нравится, её привлекает процесс и результат. Она так отдыхает. Может так случиться, что она попробует и через несколько месяцев поймёт, что больше ей этим заниматься не хочется. И это абсолютно нормально, понимаете? Не тратить же целую жизнь на то, что тебе надоело (особенно если это парень-жмот-и-тиран, ой, простите, вырвалось).
Во-вторых, материалы. Я вас сейчас страшно удивлю, но нельзя научиться делать что-то красивое из говна и палок. Профессионал, который уже знает, как должна ложиться краска, сможет ровно нанести не очень качественную краску или хотя бы скрыть огрехи. Ученик будет думать, что во всём виноваты его кривые руки. Профессионал знает, как чередовать неровные бусины, чтобы получить ровное изделие, как закрепить краску на линяющей канве и так далее, но все эти знания приходят с опытом. Кстати, работать с качественными материалами просто приятно, это доставляет удовольствие.
В-третьих, продавать результаты своего творчества — это отдельная работа, которая тоже (та-дам!) требует времени и денег. Вырезали шкатулку и хотите продать? Ну, сначала вы её сфотографируйте. Да нет, не на телефон в углу комнаты, а на хороший фотоаппарат, с хорошим светом (который бывает не каждый день, о покупке лайтбокса я даже не заикаюсь), с разных ракурсов. Дальше нужно найти тех, кому эта шкатулка может быть интересна, и показать её им. Создайте сайт, группу ВК или профиль в инстаграме, а лучше всё сразу, и продвигайте их, ищите новых подписчиков, развлекайте старых и при этом не забывайте напоминать, что у вас есть замечательная шкатулка, которая всё ещё свободна. Ура! Есть желающий купить! Теперь осталось всего-то ответить на все его вопросы, договориться об оплате, упаковать шкатулку, сходить на почту и отправить. Да, при этом надо ещё делать следующие шкатулки, ходить на основную работу и проводить время с семьёй. Тем более всегда есть вероятность, что ваша шкатулка будет недостаточно хороша и её никто не купит. Замечательный план, ничего не скажешь. А бедная девушка всего-то хотела приятно провести время…
В-третьих, хобби вашей девушки приносят пользу и вам лично. Занимается вышивкой? Это же здорово! Она всегда дома (а не у непонятных подруг по ночам), вы всегда знаете, что ей подарить (сертификат в ближайший рукодельный), после вышивки у неё улучшается настроение, больше вышивает — меньше вас пилит. Плюс сама зарабатывает деньги на ниточки-иголочки-канву. Да, кстати, если вы теперь пара и живёте вместе, то это не значит, что всё ваше время — общее. И деньги тоже. Каждому человеку нужно своё личное пространство. Пока она вышивает, вы можете почитать книгу, или посмотреть ужасное кровавое напряжённое кино, которое она ни за что не стала бы с вами смотреть, или поиграть, или, в конце концов, выпить пива с друзьями. А уж если она согласна зарабатывать больше, чтобы больше тратить на хобби, то вообще странно её этим попрекать. Вы ей случайно не завидуете из-за того, что у неё есть интересное дело помимо вас?
Короче, найдите себе уже другой повод для задалбывания. И живите с вашей вышивальщицей дружно. А то может и иголочкой в глаз ткнуть.
«Это не демо-версия, это ранний доступ, — говорили они. — Мы хотим, чтобы игроки принимали активное участие в разработке». Ага, за свои же деньги, без каких-либо гарантий того, что разработчики будут их слушать, или того, что игра вообще когда-нибудь выйдет из раннего доступа (DayZ, я укоризненно смотрю на тебя).
Во времена моей молодости это называлось «демо-версия» и распространялось бесплатно, а сейчас каждый второй хитрозадый игродел хочет денег за обещания, не подкреплённые ничем, причём таких денег, каких стоит полноценная игра. Да, эту игру можно будет получить в момент выхода, если была куплена бета-версия, но если проект протухнет на полпути, то можно считать, что деньги были спущены в унитаз.
В общем, товарищи разработчики, запомните: при разработке приличного софта принято платить за альфа-бета-гамма-тесты или проводить тестирование бесплатно с поощрением особо внимательных участников, а не требовать деньги с тех, кто тратит своё время на поиск ошибок в сыром продукте.
Задолбал один из типов борцов за справедливость — избирательные. Они стремятся победить не тех, кто реально мешает, а тех, с кем заведомо безопасно бороться. В целом, поведение напоминает героя анекдота, который искал потерянные ключи не там, где уронил, а там, где светлее.
Первым представителем этого типа, с которым мне довелось встретиться, был один из школьных учителей. Он решил бороться за дисциплину на своих уроках. Учебное заведение у нас было отнюдь не маргинальное, лицей с достаточно строгим отбором и суровыми правилами, поэтому особо серьёзных нарушений этой самой дисциплины и не было, но, видимо, дети не могут быть слишком хорошими. Только под раздачу попадали в основном безобидные ботаники, с претензиями уровня «по глазам видно, что не уважает педагога» и «на уроке снял и протёр очки — значит, не интересуется темой» (цитаты из реальной докладной директору). Внук мэра города и племянник завуча — лучшие друзья по сей день — имели полную свободу опаздывать, списывать и играть в крестики-нолики на задней парте, Сан Саныч этого в упор не замечал.
Прошли годы. Мы с сестрой — я студентка, она свежая выпускница вуза — живём на съёмной квартире. Типовой панельный дом в спальном районе с обычной для таких зданий слышимостью. Мы, конечно, не бесплотные духи и какой-то бытовой шум, безусловно, издаём, но и до героя известной картинки «человек-сосед» нам очень далеко. Тем более, если я ещё иногда появляюсь дома днём, то сестра уходит утром и приходит вечером. Однако один из соседей решил, что во всех громких звуках подъезда виноваты именно мы. Нет, реально во всех. Если из открытого окна пятого этажа орёт музыка — за это надо отчитать нас, хотя мы на восьмом. Это наша собака (которой нет) громко и надрывно гавкает каждый день. Наши дети (которых тоже нет) орут на лестнице, причём в другом подъезде. Человек на голубом глазу утверждает, что когда у нас падает на пол ложка — это будит половину дома, полыхает праведным гневом и грозится сдать нас в тогда ещё милицию. Когда во дворе до трёх часов ночи тусуются гоповатые молодые люди, учащиеся сопредельного ПТУ (простите, колледжа!), и выясняют вечные вопросы бытия «чё дерзкий такой?» и «слышь, ты чё к моей бабе подкатываешь?!», дяденька резко и напрочь теряет слух, и его это ну никак не беспокоит. Понятно, что угрожать двум субтильным барышням, знающим слова «извините» и «пожалуйста», безопаснее, чем бороться с реальным источником проблем, но даже то, что задача от этого не решается, его никак не останавливает.
Наши дни, работа. Отдел состоит из восьми человек. Четверо, включая меня, отвечают за одно направление. Результат работы должен, по идее, раскидываться на всех, но одна коллега — очень медлительная тётенька, начальство считает, мол, что с неё возьмёшь, ей до пенсии два года, и ничего особо не требует, пришла на работу — уже спасибо. Ещё у одного товарища дети-погодки, старшему из которых три года. Считается, что он очень занят на семейном фронте, поэтому ему можно опаздывать на работу на два часа, отлучаться днём и сваливать пораньше вечером. Если раньше он оправдывался и что-то объяснял, то теперь по умолчанию предполагается, что он просто героический отец со свободным графиком работы, на провал по результатам смотрят сквозь пальцы… Остаёмся я — мать одного первоклассника и коллега — бездетная тридцатилетняя женщина. Обеспечить результат четверых мы не можем (физически). На каждой планёрке нам объясняют, что Людмиле Ивановне 53 года, у Серёжи — дети, поэтому мы с Катей плохо работаем, хоть и делаем стабильно по полторы нормы, итого три, но надо-то четыре! Нам делают выговоры за каждое двухминутное опоздание, дают отпуска в самое неудобное время, низводят и курощают за плохие результаты… Недавно мы обе с разницей в несколько дней написали заявления по собственному, теперь это всё перемежается просьбами типа «вернись, я всё прощу». Не хотят начинать бороться с реальной проблемой, видимо.
Родители требуют, чтобы я после года отношений рассталась со своим парнем потому, что он сейчас под подпиской о невыезде. До суда — его обвиняют в нанесении телесных повреждений. Для родителей он — урод, размахивающий кулаками, и «а если он тебя изобьет?». Вот только нюанс: в тот вечер он провожал меня до дома, и на нас напали два пьяных придурка, у одного из них был нож. Парень меня защитил (он с детства занимался боевыми искусствами), но в процессе травмировал нападавших (а должен был аккуратно отнять у них ножик и дать пинка, чтобы они ушли?!). Родителям я рассказала, как все было, но они своего мнения не меняют: он садист, и точка! А то, что если бы не этот «урод», их дочь тогда могли, как минимум, ограбить, как максимум, зарезать (а потом ограбить), их не волнует. На вопрос «как же нужно было поступить в этой ситуации?» отвечают «как-то по-человечески».
КМП, задолбали!
Меня, как сотрудника очень большой группы компаний, задолбала одна категория коллег. Эти люди начинают любой разговор со слов: «Я из управляющей».
В середине рабочего дня эти люди звонят и сообщают, что они из управляющей. Забыв представиться, они начинают чего-то требовать. В моём случае речь идёт о больших массивах коммерческой информации.
Дорогие «мы из управляющей»! Вас бесит, что мы продолжаем разговор вопросом: «Как вас зовут, из какого вы отдела и на каком основании я обязана вам передавать эти данные?» Нас в свою очередь напрягает, что безымянный человек на таинственной должности из неизвестного отдела непонятного департамента очень хочет получить инфу, которая для посторонних глаз не предназначена. Данные я буду передавать только по инструкции от своего начальника людям, которым он скажет их передать. А запросов от ноунеймов прилетает стабильно штук пять в неделю. Выполнять их все — тратить уйму рабочего времени. Каждый будний день приходится щёлкать по носу людей «из управляющей», которым мы «должны» предоставить данные. Идите к моему начальнику.
Более того, эти люди очень любят позвонить в 8 утра. У них рабочий день начинается в 8, а у нас — в 9:30. Но по дефолту они думают: «Я не сплю — и ты не спи!» и воспринимают рань и нерабочие часы как вполне пригодное время для странных вопросов. Особенно это касается аналитиков, у которых горит. Коммерческой тайны они не требуют, у них вопросы куда круче. Я без понятия, как перемещаются между заводами товары определённой товарной группы в моём федеральном округе, я не скажу вам в 8 утра объём брака за прошедший финансовый год у завода конкурентов, да и откуда мне это знать. Я не буду до 9:30 вообще ничего с вами обсуждать, отстаньте от меня!
Задолбали «они из управляющей»! «Мы из регионов» (во всяком случае, конкретно наш отдел) стараются никому не звонить после конца рабочего дня и решать все вопросы в часы, рабочие для всех. Тут принято отвечать на задолбашки, может, кто-то ответит, почему рядовые двадцатилетние менеджеры и аналитики «из управляющей» искренне уверены, что им должны всё предоставить «вотпрямщас» исключительно потому, что они «из управляющей»?