Мне 32, мужу 45, в браке 13 лет. У нас двое детей. Я ухожена, занимаюсь спортом, вешу 55 кг при росте 167.

Последние года 4 мне стало не хватать близости с мужем, секс — раз в неделю в лучшем случае, и чем дальше, тем реже.

Сам секс классный, как в старые времена, но очень редко. А я хочу как кошка, чуть не теку от случайных взглядов. Говорят, что к 30 женщина приходит на пик сексуальной формы — это чистая правда.

Разговаривала с мужем, он обещает исправиться, хватает его на пару недель, потом опять вечером ныряет в кровать и тут же засыпает. Пристаю, а он не реагирует.

После последнего серьезного разговора муж мне сказал, что он физически уже не хочет столько, но если у меня появится интрижка, он все поймет.

Я была в шоке, изменять ему не собиралась, но был корпоратив, там я увидела мужчину — друг кого-то из сотрудников, он мне очень понравился, я вспомнила разговор с мужем, секса не было месяц… В общем, мы переспали. Я честно рассказала мужу, а он потребовал развод. КМП, я его люблю!

Детская поликлиника, очередь «на кровь». Казалось ничто не предвещало беды, но тут зашла чернокожая женщина с ребёнком. И вроде не в глубинке живём, однако не на экране видим их нечасто. И вот моя дочь смотрит на них и говорит фразу, которая разожгла в этой очереди поистине африканский огонь:

— Они чёрные!

Вот что тут началось — это не передать. Оказывается, так говорить жуть как неприлично, что это афророссияне или даже афромосквичи, что чёрный — это обзывательство, унижающее всех негров и намекающее на их рабское прошлое! Когда я возразила, что мы никогда в рабстве не держали, не унижали за цвет кожи и вообще не расисты, а констатировать факт, что негр — это негр, вроде как не уголовно наказуемо, узнала, что таким, как я, место в ку-клукс-клане.

И вот задолбало это, честное слово, что «толерантность» дошла до немыслимых пределов, что уже нельзя про негра сказать, что он негр, про гея — что он гей, про инвалида — что он инвалид. Все сразу крысятся и думают, что их хотят унизить и оскорбить. Как мне объяснить ребёнку четырёх лет всё устройство мира в политкорректных, толерантных и никого, не дай бог, не оскорбляющих выражениях?

На работе приходится слушать мерзкие песни по радио, и мне хочется кричать от ярости и вручную поворачивать людям мозги на место. И писать большие и гневные тексты об этой дурацкой современной культуре, где человек, не нашедший сексуального партнёра — недочеловек.

Девяносто процентов песен по радио — про любовь. Я такая хорошая, люби меня. Я её любил, а она мне не дала. Я люблю тебя всем своим убогим словарным запасом. Я тебя встретил, и моя жизнь изменилась. Я не могу без тебя жить. Если тебя нет рядом — я неполноценный недочеловек.

Это везде, начиная с детских сказок, которые заканчиваются тем, что герой находит себе принца или принцессу.

Мне жаль людей, которые ведутся на это. Потому что я знаю, как это бывает. Я повелась.

Нас не учат быть в одиночестве. Нам говорят, что одиночество — это плохо, больно и страшно. А чтобы не было плохо, больно и страшно, нужен кто-то рядом. Всё равно кто. Качества, которые должны быть у кого-то, обычно тоже обговариваются заранее, и так можно оценить, кому больше повезло, кто нашёл себе партнёра круче. Мериться ими, как письками — особенно за неимением таковых.

Нас учат уходить от реальности, верить в придуманные кем-то сказки, любить романтику, ждать или искать принца. Ждать — не жить, потому что жить мы сможем начать только потом, когда достигнем поставленной нам кем-то цели: найти партнёра для размножения, и только тогда сможем быть счастливыми, аллилуйя.

Нас почему-то никто не учит, что мы рождается одинокими и умираем одинокими. Что одиночество — это не проклятье, а благо. Что для того, чтобы погасить боль, которая разрывает нас изнутри, есть целая куча способов, гораздо более доступных, чем найти Того Самого. Что для того, чтобы обрести покой, необходимо научиться слышать себя. Что ты — единственное, что у тебя есть навсегда.

Никто не говорит, что делать, если ты нашёл Того Самого, о котором тебе прожужжали все уши, и понимаешь, что дыра в груди не становится меньше, а боль не уменьшается. Никто не скажет, что теперь делать, если ты обрёл то, что прочили тебе смыслом жизни, и осознаёшь, что это пустышка. И ты уже не узнаешь, как жить дальше, потому что ты потрачен на погоню за миражом.

И так сложно начать думать самостоятельно. На грани невозможного.

Работаю официанткой в одной из ресторанных сетей. Расположены на входе в торговый центр, поэтому поток людей у нас довольно большой. За время работы люто, очень люто задолбала одна вещь.

Официант — это просто человек, который обеспечивает связь с кухней, баром, дирекцией и продаёт напитки. Это не мы устанавливаем размер порций и правила. Мы просто их выполняем. Мне вообще не в кайф вам впаривать этот «коктейль», наполовину состоящий изо льда и травы, но дирекция очень смотрит на средний чек каждого официанта. И мне не нравится ваша пригоревшая пицца, но шеф-повар вообще плевать на это хотел.

Женщина, я не могу вам дать с собой этот десерт. Да, вы за него заплатили в своём меню, но правила запрещают выносить еду. Вот табличка на входе, даже две. Очень вежливо называть официантку дурой, благодарю. Вы можете повторить то же самое администратору, но она вам скажет то же самое, что и я.

Мужчина, пицца в нашем ресторане не делится вообще. А вы дома тоже из одной тарелки едите? Нет? А почему в ресторане можно? Тем более что пицца не такая уж и большая, честно говоря. Хотите делиться — на входе продаём навынос. Да, уже зову администратора.

Девушки, в субботу в обед у нас быстрое обслуживание, поэтому я буду стоять у вас над душой, пока вы не пойдёте. Очередь на входе видели? Они тоже хотят покушать, а ресторан забит под завязку. Хотите поговорить по-девичьи? Зачем тогда приходить в обед? Нет, я не циничная тварь. Хорошо, зову администратора и заодно директора ресторана, если уже на то пошло. Это они же меня попросили освободить столик.

В конце хочу дать один совет: не будьте хамом. Поверьте, что с хорошим отношением я сбегаю и принесу вам и пакетик для выноса, и закрою глаза на то, что вы делите блюдо или десерт, и специально не буду трогать ваш столик. И даже скажу, как лучше сэкономить, потому что мы-то знаем все ходы в меню и ценах.

А пока… Спасибо, что зашли, и до скорого!

Так уж вышло, что моя двухлетняя отработка после окончания университета проходит не в школе, как положено, а в детском саду. Как и у кого хватило ума отправить человека, не имеющего специального образования для работы с дошкольниками, сейчас не столь важно — работать в садах некому, а учителей языка и литературы у нас везде хватает. Работая с подрастающим поколением всего несколько месяцев, я поняла, что:

• мне страшно думать о том, что будет, когда это поколение вырастет;
• идиотов гораздо больше, чем я думала.

Мой рабочий день начинается в 7:30. Так какого чёрта я, приходящая на работу в 7:10, вижу вас с вашим орущим ребёнком под закрытой дверью группы? Что? Почему не могла раньше прийти? Ах, вы уже 10 минут ждёте? Мамочка, моё появление на рабочем месте на 20 минут раньше — не блажь. За это время я должна переодеться, протереть в группе все шкафчики, столики, стульчики, листья растений, чтобы ваше чадушко не дышало пылью, и проветрить группу перед приходом детей. Ребёнок не выспался, в сад идти не хочет, да и сидеть в пустой группе не очень интересно. Он, разумеется, будет кричать и плакать, мешая мне выполнять то, что я должна выполнять согласно инструкции. А куда мне деть вашего ребёнка во время проветривания группы? Нет, никаких «а вы не проветривайте, никто не узнает». Остальные дети не должны страдать от вашей тупости. Ах, «оставить не с кем»? В нашем саду есть специальная группа утреннего приёма, принимающая деток с 7:00. Да, это платно. Целых два доллара в месяц.

Вы, нигде не работающая мамаша, зачем притащили в сад болеющего ребёночка? Вам же ясно сказала вчера медсестра: у ребёнка температура и сопли до колена. Неужели не понятно, что он может заразить других деток?

И вашего внука я не могу принять в группу, бабуля. Почему? Да потому что у него ещё три дня назад начался конъюнктивит. Вместо того чтобы лечить, вы его в сад каждое утро тащите, хотя ясно сказано было, что без справки я вас даже в раздевалку не пущу. Нечего разносить инфекцию. Другие дети не должны болеть только потому, что кое у кого ума не хватает.

А вот вы, папаша, явно, простите, идиот. Потому что сбили ребёнку температуру дома и как ни в чём не бывало привели в сад. Думаете, я не замечу изменений в поведении гиперактивной девочки, которая сегодня сидит вялая и непривычно спокойная? Измеряем температуру — 35,9. Вы кого обмануть решили? И зачем? Да, медсестра позвонила и сказала забрать ребёнка. Вы забрали? Разумеется, нет. Так какого чёрта вы звоните в сад и орёте, что вашу кровинушку прямо из поликлиники, в которую вы соизволили её отвести два дня спустя, увезли прямо на скорой?

Вы, мамочка из соседнего дома, сидящая в декрете, приходите за ребёнком ровно в 17:55, ждёте, когда ваша дочка наконец соизволит выйти к вам в раздевалку, напрыгается там и только потом позволит себя одеть. Уходите вы в лучшем случае в 18:15. Таких, как вы, в саду, к сожалению, хватает. Всё бы ничего, но наш сад работает до 18:00. Поэтому не удивляйтесь, что мои коллеги могут вас явно недолюбливать. Мне не сложно уйти с работы на 15 минут позже, всякое бывает — человек может задержаться на работе, опоздать на автобус или попасть в пробку. Все это понимают. Но тратить своё время из-за вашего нежелания пораньше забрать ребёнка просто потому, что он мешает вам наслаждаться тишиной и покоем — тут уж увольте. И поэтому не нужно на меня кричать за то, что я велела прекратить деточке баловаться и поскорее одеваться. Да, я в курсе, вы были у заведующей. И я также в курсе, что она вам посоветовала побольше времени уделять воспитанию своего чада, а не бегать по кабинетам, жалуясь на воспитателя.

Вот девочка Катя. Кате три с половиной года. Когда все детки играют, она стоит в сторонке. Потому что Катя не умеет разговаривать. Вообще. Никак. Мама отдала её в сад со словами: «Хоть говорить тебя там научат».

А это Милана. Она в свои три года до сих пор не приучена к горшку. И каждый день её мама, получив её обгаженные вещи, ругается, что такие-сякие воспитатели-раздолбаи не могут никак её девочку к горшку приучить.

Есть ещё Лиза. Лиза, несмотря на трёхлетний возраст, не умеет пережёвывать пищу. Во время еды она просто сосёт ложку. Кушать с ложки, она, кстати, не умеет даже суп.

Таких Кать, Милан и Лиз у нас четверть сада. Это не больные дети, ими просто не занимаются родители. Наша заведующая неоднократно ругает таких родителей, но без толку. Согласно нашему законодательству, в саду дети должны уметь обслуживать себя сами. Но…

Одну из мам ставлю в известность, что ребёнок бьёт других детей. Ответ ошеломил сразу: «Ну, он же не сильно». Интересно, если он ножом кого-нибудь ударит, она то же самое скажет? Другой говорю, что её дочь матерится (в трёхлетнем возрасте!). Мамочка наливается краской, оборачивается к ребёнку и орёт на всю раздевалку: «***, малолетняя ***, ты какого *** меня позоришь, ***?»

Хочется просто поблагодарить адекватных родителей, любящих своих детей. Работать с вами — одно удовольствие. А остальные — задолбали.

Мама, ты скорбно вздыхаешь и жалуешься соседу, что у тебя неподъёмные сумки. Показываешь мне напухшие красные руки. В супермаркет зашла, потому что «кушать что-то надо, а еда сама домой не придёт».

Но скажи, зачем тебе два килограмма морской капусты? Ты про неё завтра, максимум послезавтра забудешь, хоть она и будет лежать в холодильнике у тебя перед глазами. Так она и испортится, никому не нужная.

Зачем покупать сразу три упаковки кефира, если разница в цене в супермаркете и в магазине за 50 метров от дома объективно копеечная?

Зачем ты покупаешь полтора килограмма конфет, если попрекаешь меня тем, что ты старая, больная, у тебя повышенный сахар (из-за меня!) и вообще неправильный обмен веществ?

Такси ты взять не хочешь: дорого же. Хозяйственная сумка на колёсиках — тоже для тебя не выход. Она же некрасивая! Ну да, рваная старая спортивная сумка, которую ты берёшь с собой на базар, гораздо красивее и стильнее. Ты будешь тащить и страдать, страдать и тащить. И при удобном случае выговаривать мне, что я плохая дочь, потому что не сочувствую твоим героическим усилиям. А нужны ли они?

Кстати, базар — это отдельная тема.

Почему-то у меня при огромном желании не получается набрать такие огромные сумки, как у тебя. Покупаю не три килограмма помидоров, а один. И вполне хватает. Не полтора килограмма творога, а триста граммов. Мне не приходится выбрасывать протухшие и гниющие продукты. Я покупаю столько, сколько нужно.

А ты ходишь на базар развлекаться — поболтать с продавцами, на людей посмотреть и себя показать. И когда я хожу с тобой — ты не можешь сначала пройтись по всему базару, посмотреть да выбрать, а потом уже вернуться и всё купить. Ты навешиваешь на меня кучу сумок, а сама, как лёгкая газель, радостно скачешь между прилавками. Действительно, что мне тут может не нравиться?

Почему я не скажу этого лично, а плачусь в интернете? Да потому что любой вопрос, любой совет (нет, это даже не похоже на замечание или критику) ты превращаешь в театр одного актёра. Ты кричишь так, что трясутся стены и звенит посуда, а сама, кажется, вот-вот лопнешь от собственных воплей. Ты материшься, не стесняясь в выражениях. Ты мать, тебе можно всё! Ты сыплешь диагнозами направо и налево, забыв, что позавчера радостно сообщала, что анализы показали здоровье, как у космонавта.

Намекаешь — да ладно, прямо говоришь, что я должна по первому зову бежать и тащить за тобой сумки. Нет, телосложением и выносливостью я пошла не в тебя. И такие сумки, как любишь набирать ты, я даже не подниму. Мне и не приходится — я столько и не набираю.

Извини, мама, но сочувствовать тут нечему.

Мой жених — гинеколог. Когда мы познакомились, он скромно сказал, что работает врачом, а в «этом самом» признался свидании на пятом, боясь, что меня его профессия смутит или вовсе отпугнёт. Меня не смутило и не отпугнуло. Но за те полтора года, что мы вместе, кое-что меня прилично задолбало. И это не, как многие могли бы подумать, флиртующие с моим мужчиной пациентки. Таких, кстати, вообще не встречалось: не до того женщинам, лежащим на этом кресле, аки курица на витрине. Задолбало отношение окружающих к комбинации наших отношений и его профессии.

Началось все с подружек, которые при упоминании о том, что я встречаюсь с — о боги! — гинекологом, начинали хихикать. Смущённо, язвительно — не суть. Бесило то, что взрослые женщины, возраст которых на всех порах летит к тридцати годам, не могут совладать с собой и начинают издавать нервные звуки при упоминании о «страшном докторе». Затем пошли намёки, потом — прямые вопросы и идиотские шуточки. Нет, он не засматривается на своих пациенток — на то они и пациентки. Да, с моей интимной зоной он обращается крайне умело, ибо отлично знает, как там всё устроено. Нет, я не наблюдаюсь у него. Нет, он не импотент, синдромом станка из бородатого анекдота не страдает.

Продолжилось всё мамой и сестрой, уверенно капающими мне на мозги тем, что он всенепременно, вот прям в эту самую секунду мне изменяет, не отходя от производства. Ведь такое раздолье — молочница на беременности и кистой погоняет! В этот момент в разговор вступил отец, ехидно отметивший, что мужик, «копающийся в письках», — не мужик вовсе. Я постеснялась спросить, в каких местах всё-таки должны копаться настоящие мужики. На этот вопрос мне не ответил и брат — единственный человек из всей ватаги, кому плевать на профессию моего мужчины. Спасибо, брат, я всегда знала, что могу на тебя рассчитывать.

Я искренне верила, что уровень маразма снизится со временем, но нет, всё только усугубилось. Теперь мама, сестра, тётя Поля, сноха Валя и баба Катя, видя, что мужчина прижился, радостно вещают о преимуществах заиметь в семье гинеколога и дружным скопом хотят у него наблюдаться. А добила меня дальняя знакомая, невесть как прознавшая про эту особенность нашей пары и попросившая: «Пусть твой задним числом мне аборт сделает, а то не от мужа». Чёрт возьми, он даже не хирург!

Задолбали.

Стандарты — на то и стандарты, чтобы работать для всех. Определение границ зоны доставки — процедура непростая, но кто-то её выполняет. И границы устанавливаются с учётом кучи параметров, которые клиентов, как правило, не сильно интересуют.

Фишка в том, что курьерам эту границу нарушать нельзя. Совсем. Происходит это потому, что где 100 метров, там и 500, где 500, там и километрик. Не пешком же курьер бежит. А для автолюбителя километр — не крюк.

Но давайте подумаем чуть-чуть глубже.

Сначала оператор примет у вас заказ на адрес, которого нет у него в базе. Интересно, как же он это сделает? Не вводится номер дома, которого в базе нет. Программа выдаёт ошибку. Говорит, мол, уточните адрес. Ладно, адрес ввели, как смогли, написали в примечаниях, что дом 6, а не дом 2, отправили на кухню.

Менеджер на кухне смотрит в заказ, говорит: «Мы же туда не возим!», оператор начинает его уговаривать, занимать линию, клиенты в телефоне слышат: «Вам ответит первый освободившийся оператор», нервничают. (Между прочим, количество людей в колл-центре рассчитывается от предполагаемого количества заказов с учётом средней длительности их оформления.)

Ну да ладно, уговорили. Даём спецраспоряжение курьеру, и он едет к вам.

Вы говорите, в соседний двор? Курьер «по доброте своей» (согласно неофициальному распоряжению руководителя) занесёт вам заказ в соседний двор, вы ему скажете «спасибо», а то и на чай оставите. Вроде как все довольны.

А на следующий день вам придёт в голову зайти к соседу ещё через дом. И вот вы уже звоните заказывать пресловутую пиццу, и на этот раз у вас есть «железный» аргумент, что буквально вчера вам почти на этот же адрес всё доставили. А тут нужно просто зайти «в соседний двор».

Уговорили? Поздравляю. Теперь аналогичные «железные» аргументы есть и у вас и у вашего соседа. А потом тот зайдёт к другу, который тоже «буквально в соседнем доме». Ну, вы поняли…

Как вы думаете, на каком этапе нужно перестать идти навстречу?

Рано или поздно курьер, доставляя заказ на адрес всего в километре от границы зоны доставки, всё-таки не успеет к следующему клиенту вовремя. Да-да, курьеры редко ездят с одним заказом. Ну, а там ещё и жалобы на опоздание, штрафы курьеру за задержку… И если в процессе всех этих передряг клиент оказывается чем-то недоволен, то аргумент у начальства, выписывающего очередное дисциплинарное взыскание, будет: «А какого чёрта вы вообще туда поехали?» И правым остаться не получится точно.

Так вот, стандарты — они на то и стандарты, чтобы быть для всех. А иначе в границах зоны доставки вообще не будет смысла. И будет на сайте службы указано: «Довезём в любую точку», а ниже, мелким шрифтом: «Вопрос только в сроках».

Так что кушайте на здоровье!

Я люблю путешествовать. И нет, я не считаю, что хороший отпуск — это только отпуск за границей. За семь лет, прошедших с первой зарплаты, я была и в Крыму, и в Сочи (до всего этого олимпиадного тренда), проехала Россию из конца в конец. А ещё объехала бо́льшую часть Европы, была в Северной и Южной Америках, Африке, нескольких странах Азии.

При этом я вполне уважаю мнение тех, кто в отпуск не хочет вообще выходить из дома. Тех, кто нашёл любимый пансионат в Ленинградской области и думать не думает про альтернативы. Тех, кто предпочитает потратить деньги на другие, более важные для них, удовольствия.

Но что люто задолбало — это фраза, которая раньше периодически всплывала в разговорах о Советском Союзе, а сейчас звучит изо всех щелей после падения рубля. Фраза: «А зачем вообще ехать за границу?! В России же столько всего можно посмотреть!»

Произносящим такое хочется выдать одного автора и до конца жизни запретить читать любые другие книги. Зачем вам что-то, кроме Достоевского? У него же столько всего можно почитать!

Запретить слушать любую другую музыку, кроме одного исполнителя. Зачем вам что-то ещё? У «битлов» столько всего можно послушать!

Разделить их случайно на пары и запретить общаться с кем-то, кроме этой пары. Зачем вам другие люди? С вашим партнёром можно много чего обсудить!

Задолбавшие, я вполне готова поверить, что вы можете найти для себя что посмотреть, даже если вас на всю жизнь ограничить пространством между входной дверью в квартиру и лавочкой, любимой старушками в вашем дворе. Но если ваши границы желаний, комфорта и возможностей столь узки, не надо распространять их на других. Позвольте окружающим самим решать, что и где они хотят посмотреть за свою и так неслабо ограниченную временем жизнь.