Люто-бешено задолбали две категории людей.

Первая — это начальство, которое не разбирается в процессе, а даже если разбирается, физически не может быть в курсе всех мелочей, но ведёт себя при этом так, словно у него всевидящее око.

Вторая — это люди, которые питают какой-то невероятной силы пиетет к начальству и его мнению, пренебрегая мнением непосредственного руководства.

Как можно догадаться, я среднее звено.

Скоро Новый год: отчёты, дедлайны, сроки поджимают. Решили попросить поработать девочку на аутсорсе. Высылаю ей большой объём информации, чтобы ознакомилась и сообщила, согласится ли вообще за это браться. Уточняю, что делать нужно будет не всё. Девочка мне ничего не говорит. Спустя два дня узнаю, что она уже сделала половину работы. И сделала, конечно же, ту половину, что уже была готова. Это не девочка такая инициативная. Это она поговорила с начальством, а начальство чуть в обморок не упало: «Как не всё? Надо всё делать!»

И никто не догадался посоветоваться со мной. Ладно девочка — мы с ней вместе практику проходили на этом предприятии, я для неё не авторитет. Но начальство-то уж могло за столько лет понять, что я не с потолка уточнения к заданиям выдаю!

Вот так: вроде и вины моей нет, а совесть меня замучила.

Работаю кассиром в гипермаркете. Работа мне по душе и по силам, денег на жизнь хватает, покупатели… ну, всякие бывают, но не задолбали совсем, честно-честно. Зато порядком успели надоесть жалобы коллег на стада клиентов-баранов. Совершенно однотипные, рутинные ситуации каждый раз подаются с таким видом, будто на кассе устроили свадьбу с пальбой и фейерверками.

Цена, пробившаяся в чеке, не соответствует ценнику — ну что может быть банальнее для огромного магазина с недостатком сотрудников? И обиженный покупатель не обязан знать, кто за это в ответе — он выскажет недовольство любой степени грубости именно нам, кассирам. Да, лично ты ни в чём не виноват, но на самом-то деле лично тебя и не обвиняют. Тебя в этот момент для покупателя не существует — есть только его злость и попавший под руку объект для выплёскивания. Не раз бывало, что человек, вылив на меня ушат негатива, мило заканчивал тираду словами: «Вы-то тут ни при чём, я понимаю». Смиритесь уже, ведь это происходит каждый день.

Клиент принёс товар с порванным штрихкодом или вообще без оного. И это действительно не его проблема, что пробить невозможно, зато разрешить ситуацию — наша обязанность. Извлечь вожделенные 13 цифр из воздуха обычно затруднительно, но варианты есть всегда. Так предложите варианты покупателю, а не ждите, пока он начнёт искать их за вас. Он может сам сходить поменять товар, вы можете позвонить администратору или на инфопункт, вызвать из отдела продавца-консультанта — да мало ли что ещё, — но озвучьте всё это, а не ставьте человека в тупик своим «извините, не пробивается» и вопросительным взглядом. Сами же на скандал провоцируете.

Неправильно взвешенные фрукты-овощи, о-о-о… Учите матчасть и готовьтесь, ибо «южные торпеды» станут просто дынями, «бананы-мини» — просто бананами, «продолговатые арбузы»… Ну, вы поняли. Это будут делать из-за рассеянности, невнимательности, бардака в овощном отделе, неумения обращаться с весами, а иногда — нарочно. Но будут обязательно, и чем отправлять каждого через полмагазина бегом перевешивать, лучше сами потратьте десять минут и перепишите на бумажку штрихкоды. Заодно увидите, что торпеды и обычные дыни действительно основательно перемешаны, под вывеской «белый репчатый лук» лежит обыкновенный репчатый, а на штучные авокадо штрихкоды не клеятся в принципе: шкура не позволяет. И таки да, всё это ни разу не проблема клиента.

Табличка «Не больше пяти товаров» может быть хоть метр на метр, а объявление по громкой связи «Карты временно не принимаются» отдаваться звоном в ушах — найдутся те, кто не увидит, не услышит, не поймёт и проигнорирует. По самым разным причинам, от физической инвалидности до простым смертным не понятных. Если вам выпало работать в зоне повышенной взрывоопасности (на экспресс-кассе, в период потери связи с банком, при отсутствии мелочи), проявляйте повышенное внимание. Следите, чтобы из тележек не успели даже начать выкладывать товар, а не взирайте потом с яростью на гору продуктов. Уточняйте у каждого, будет ли он платить наличными, прежде чем пробивать покупки. Киньте, наконец, клич длинной очереди: «Граждане, ищем мелочь, у кассира сдачи нет!» Это работает, правда.

Наша работа не из лёгких, да. По 14 часов тягать мешки с картошкой, пылесосы и полуметровых осётров (иногда ещё живых), разбираться в скидках и акциях, проговаривать всё положенное по уставу про пакет, карту и всякие наклейки (не забыв поздороваться и попрощаться), внимательно обращаться с деньгами, принимать на себя вёдра всяких субстанций за чужие косяки и при этом оставаться вежливыми, спокойными и улыбчивыми — экзамен для терминаторов, не иначе. Так давайте же не усложнять себе жизнь ещё больше, зацикливаясь на ежедневных незначительных мелочах! Оно того не стоит, а нервы нам ещё ох как пригодятся.

Допустим, у вас в жизни случилось несчастье. Настоящее, без дураков. Смерть близких, тяжёлая болезнь, потеря имущества и работы, проблемы с законом, и всё это разом… Дорогие друзья, пожалуйста, попросите у меня денег без отдачи, попросите сочувствия — моя жилетка в вашем распоряжении. Попросите любых услуг, физически мне доступных. Но не просите одного: «Устрой меня на работу».

Точнее, как: просите, если реально готовы отвлечься от своей ситуации и прийти к работодателю с позицией «я новый сотрудник», а не «мне нужна благотворительность». Ну, не предусмотрена ни в одной компании ставка «дарим деньги и ощущение социальной состоятельности в обмен на тоскливый взгляд и истории о тяжёлой жизненной ситуации»!

И ведь просятся даже не на должности сторожей и курьеров (хотя и там такое неприемлемо). Просятся на нормальную квалифицированную работу, не имея должных навыков, слёзно обещая пройти стажировку, почитать специальную литературу и т. д. А потом тебе звонят и сообщают: «Знакомый ваш нас подвёл, не можем до него дозвониться». Ты дозваниваешься и выясняешь, что он посещает медицинские процедуры или могилу близкого человека, а чаще просто бухает в депрессии. И ругаться в такой ситуации, конечно, неудобно. Но тебе-то что теперь делать со своей репутацией и связями? Ты же натуральным образом позоришься, и больше твоим рекомендациям никто не поверит.

А друг надуется и будет рассказывать, какая ты чёрствая скотина: у него такие беды, а ты смеешь звонить и спрашивать, дочитал ли он нужную книгу и выполнил ли тестовое задание. Более того, даже если выполнил, скрепя сердце, у тебя хватает духу указывать на многочисленные ошибки и требовать исправления! Ну не сволочь ли? В итоге и дружбе конец.

Почему-то считается, что просить просто денег — стыдно, а работы — похвально и достойно. Но, друзья, вникните в ситуацию. С деньгами попроще будет, честное слово.

Была у нас когда-то городская газета. Нормальная, информативная, насущная. И есть у неё сайт. Хороший сайт, с разделами, ссылками, рекламой (куда уж без неё), «джинсой», блогами, погодой и всем прочим. И огромная ложка дёгтя во всём этом — бесконечные уточнения старых новостей.

Произошло событие: мужчина избил своего соседа во дворе дома, под камерой наблюдения, в результате один в больнице, второй под следствием. Ролик показали, сами действия описали, фото из больницы выложили. И понеслось…

Утро следующего дня: статья в два абзаца. Пострадавший может остаться инвалидом.

Через час: жена пострадавшего ищет свидетелей.

Ещё час: виновник может выйти уже завтра.

После обеда: виновнику грозит десять лет.

Через два часа: жена потерпевшего благодарит всех, кто её поддерживает.

К вечеру: семья пострадавшего должна определиться с адвокатом.

Ребята, ну вот вы цедите эти два абзаца, один из которых пересказывает предыдущую новость, и это ни фига не интересно. Наберите материала и выложите всю информацию сразу: кто и что сказал, кто и что сделал, кто и что об этом думает. А то такое ощущение, что вы боитесь, будто соседнее издание раньше вас доложит обществу про состояние больного или что мы, обыватели, забудем эту историю.

Событие для нашего города, конечно, из ряда вон, но ведь то же самое происходит и с другими новостями.

Выпал снег, город на летней резине. Каждые час-полтора в ленте: сколько аварий уже произошло на данный час, мэр так-то прокомментировал ситуацию, машин у уборщиков улиц нет, кого обвиняют жители.

Построили садик. Садик построили. Сколько денег ушло. Кто присутствовал на открытии. Счастливые мамочки.

Блин, ребята, это что, нельзя забить в одну хорошую полноценную статью? Хочешь узнать последние городские новости, а с сайта уходишь с ощущением, что ничего нового не узнал. Хватит уже давить из себя по капле!

Вопрос, что могут годами сверлить соседи по утрам в выходные дни, из разряда вечных. Но я могу слегка приоткрыть завесу тайны. Возможно, вам повезло, и вам достался в соседи человек с синдромом жопорукости. Такой, как мой папаня. Как проявляется этот синдром? Сейчас расскажу.

Допустим, в комнате сделан ремонт, осталась самая малость — прибить плинтус. Так как папаня работает, прибивать плинтус он будет, естественно, в выходные, потому что после работы лень. Кроме того, что папаня лентяй, он ещё и жаворонок. Это значит, что примерно в полседьмого утра воскресенья позавтракавший и посмотревший новости папаня начнёт потихоньку выгребать из кладовки материалы и инструменты, с нетерпением поглядывая на часы. Не сомневайтесь: ровно в девять он врубит дрель.

Процесс прибивания плинтуса выглядит так: прикладываем один плинтус, размечаем, сверлим, вбиваем дюбели, вкручиваем саморезы. Берём следующий плинтус. Повторяем. Разметить сразу всё, за час просверлить тридцать дырок и дальше тихо работать? Не-не, всё должно идти по порядку.

Итак, просверлили дырки под первый плинтус, вбили дюбели — опа, саморезы не подходят (не тот диаметр, длина, рисунок шляпки — нужное подчеркнуть). Идём искать подходящие. Папаня, как белка, тащит в дом всякий строительный хлам. Самые разные винтики, болтики и гаечки распиханы в баночках, коробочках и пакетиках по разным углам квартиры. Все это добро хранится на всякий случай, но когда приходит этот случай, нужного артефакта всё равно не находится. Перетряхнув неспешно все свои богатства, папаня убеждается, что саморезы надо всё-таки покупать. Но нынче уже поздно: скоро обед, да и вообще сегодня футбол. Работа откладывается до следующих выходных.

В следующие выходные (или не в следующие — как настроение будет) процесс продолжается. Размечаем, сверлим, вбиваем, прикручиваем. Папаня прокладывает плинтус по одной стене и утыкается в угол. Плинтус деревянный (мы ж за экологию, ага), поэтому нужно запиливать стык под углом. Для этого нужно стусло. Стусла, естественно, нет. Идём в ближайший магазин, покупаем самое дешёвое. Полдня корячимся, пытаясь отрезать ровно. Убеждаемся, что нужно покупать или брать у знакомых дорогое. Опять всё убираем до следующего раза.

В следующий раз работа идёт без запинки. Размечаем, сверлим, вбиваем, прикручиваем. Плинтус утыкается в трубу отопления. Чтобы высверлить дырку, нужна коронка. Коронки нужного диаметра нет. Или есть, но тупая. Или… ну, вы поняли.

В очередной выходной уже виден конец пути. Размечаем, сверлим, вбиваем, прикручиваем. Плинтус кончается. За новым надо ехать на строительный рынок, а делать это нужно с утра.

Процесс может длиться месяцами. Да что там — годами. Пять дверных коробок папаня доделывал двенадцать лет. Там уже новые пора ставить, а у старых ещё порожки не прибиты. При этом попросить сделать работу кого-то, у кого руки растут из нужного места, или нанять специалиста за деньги папаня считает ниже своего достоинства. Он же мужик, он всё должен сделать сам. От этих его самоделок ни дома, ни на даче некуда деться. Всё разваливается и трещит по швам. Но у человека с синдромом жопорукости всегда есть масса идей, куда применить свои таланты. И в выходной папаня снова достаёт дрель. Доброе утро, страна…

Прочитала я намедни запись «Пять лет пустой голове». Не согласиться с автором сложно — так действительно выглядит большинство выпускников. Видимо, поэтому преподаватели даже не стараются рассмотреть в общей массе нормальных студентов или хотя бы нормальный диплом (да, он бывает даже у посредственного студента). Предзащита и защита проходят по принципу «хрен с ним, прокатит, защищайтесь, вот ваша корочка — и валите». Взаимный пофигизм всех устраивает. Ну, или почти всех. Тех, кого не устраивает, подгоняем под общие рамки, а потом за чаями на кафедре вещаем о тупости студентов.

Итак, пятый курс, предпоследний (я вечерник). Топаем на кафедру узнавать, что там с дипломами, что готовить. Так, тему формулируем сами, лишь бы была по специальности. Хвала Аллаху, это замечательно!

Ага, начали насильно распределять студентов по научным руководителям: всё равно всем пофиг, у кого писать. Та-ак, стоп-стоп, мне не пофиг. Я знаю, о чём будет мой диплом. Да, уже сейчас знаю, за полтора года. По этой тематике я готова работать только с одним преподавателем. Нет, то, что он нештатный, меня не волнует. Зато волнует то, что у меня диплом о другой культуре и другом языке, и язык этот из моих преподавателей знает только он. Просто общая теория о культуре (читай: сведения из Википедии и школьных учебников) мне не подойдёт. Нужны материалы в оригинале, специальные знания, помощь в переводе. Можно писать у того, у кого хочу? Спасибо.

Ну что ж, а вот и сам диплом. Впереди ещё три семестра, но работы до фига, так как тема объёмная и интересная. Топаю к преподавателю с наработками за четыре года, предыдущими курсовыми, идеями по теме. С лёгкостью находим общий язык — такой общий, что потом от преподавателя хрен отделаешься, потому что ты шаришь в его и смежных предметах, и в кои-то веки можно поговорить на интересные темы. Пишем диплом общими усилиями (это когда студент ищет материалы, пишет страниц эдак сто, присылает на проверку, корректирует вместе с преподавателем, выкидывает лишнее, ищет ещё что-то нужное, спит в обнимку с шестью словарями в ворохе газет из разных стран и статистических данных, находит полезную информацию даже на стене ларька и судорожно записывает её на обороте пятитысячной купюры). В общем, процесс долгий, интересный и захватывающий. Ты с головой окунаешься в выбранную тему, тебе очень интересно, ты стараешься.

Итак, шестой курс. Сто страниц донельзя выверенного диплома, визжащий от восторга научник и его огроменная рецензия, изобилующая хвалебными эпитетами.

Предзащита. Студент радостно тянет диплом на проверку. Радость усиливается ещё и от осознания того, что он примерно знает, что принесли одногруппники. Принесли они ничего и сбоку бантик.

Реакция комиссии:

— Это что ещё за тема такая? Вы не способны написать по ней диплом, вы не можете, она слишком большая.

— Так вы же тему эту сами утвердили больше года назад. И почему не могу? Вот перед вами готовый диплом, всё выверено, есть рецензия.

— Так ваш преподаватель даже на кафедре не работает. Он многого не знает.

Чего, мать вашу за ногу, он не знает? Диплом оформлен по ГОСТу, все формальности соблюдены.

— Вы не в состоянии написать такой обширный диплом. Вот, выберите одну его часть и пишите об этом.

— Эм, первая часть — это моя курсовая за первый курс. И как не могу? Вы же меня выучили на специалиста в этой области.

— Ой, да что вы там выучили! Написали тут воды на сто страниц. Переписывайте.

В итоге на защите все несут полную ахинею, комиссия просит побольше картинок, поменьше болтовни. Все ставят 4–5 на «отвалите». И все вроде бы довольны.

Задолбали вы, дорогие преподаватели и заведующие кафедрами. Вы сами закладываете установку «не учись и не старайся», вы сами подписываетесь под тем, что ничему не учите, сами пропускаете на защите откровенный бред — даже не пропускаете, а просите диплом в таком виде.

Так что вы жалуетесь на студентов?

Задолбала закупочная мутотень. Да-да, все эти ОКДП и ОКВЭДы. Скажите, в каком эпилептическом припадке составлялись эти классификаторы?

Вот, например, шпалы. Требуются вполне себе типовые пропитанные деревянные шпалы для трамвайных путей. Открываю сайт закупок, начинаю оформлять заявку. Подходит дело к забиванию лотов. Обязательные поля: ОКДП и ОКВЭД.

Так-так. Поиск. «Шпалы пропитанные»… Ничего. Просто «шпалы»? Выдаётся: «Шпалы и брусья из дерева без пропитки» и «Конструкции и детали сборные железобетонные», среди которых два вида шпал из железобетона. А где, @#$, пропитанные шпалы? Ладно, выбираем обтекаемое: «Шпалы деревянные из лиственных и хвойных пород». Но не забываем, что это подпункт непропитанных шпал.

Приступаем к ОКВЭДу. Здесь уже есть «Производство железнодорожных и трамвайных шпал из древесины». Ладно, принимается.

Квест завершён. И это ещё не самый сложный ребус.

Кстати, из моей же практики: некоторые узкоспециализированные товары и услуги по этим классификаторам не проходят вообще. И резонный вопрос: как с ними быть?

А чинушам требование: приведите уже классификаторы в удобоваримое состояние, чтобы можно было выбрать действительно соответствующий код и чтобы ОКДП в полной мере соответствовал ОКВЭДу.

Ранне утро. Выезжаю на работу. Двор сквозной, потому еду через него — и время экономлю, и пробку на своей улице не создаю. Пешеходов пропускаю, не гоняю. Еду аккуратненько, слушаю музыку, настроение отличное. Проезжаю по самому узкому участку (справа — мусорка, слева — припаркованные автомобили), собираюсь свернуть налево, чтобы наконец-то выбраться на бульвар и поехать себе по делам.

Прямо перед поворотом дорогу пересекает мужик. Я сбрасываю скорость до минимума, жду, пока пройдёт. Он явно направляется в сторону бульвара, по той же дороге, которая нужна мне. Я поворачиваю, стараясь проехать максимально далеко от него, чтобы ему не мешать. Мужик явно меня не замечает и идёт посередине. Я мигаю фарами, чтобы он немного посторонился — места хватало вполне, чтобы и ему не вжиматься в газон, и мне спокойно проехать, не создавая за собой пробку. Мужик немного отходит, я равняюсь с ним. И тут он начинает возмущаться. Поскольку у меня играет музыка, закрыто окно и на всю мощь работает климат-контроль, слова я разобрать не могу. Я торможу, делаю музыку тише, собираюсь открыть окно — мужик уже подходит к заднему левому крылу моей машины, бьёт по нему кулаком, обходит машину и валит на тропинку, которая уходит правее наискосок. Я выхожу. Мужик стремительно исчезает. Спрашиваю:

— Чем я вам помешала?

— Вы мешаете нормально выкинуть мусор.

Я не мешала ему выносить мусор. И всегда стараюсь пропустить людей, которые там его выкидывают, потому что понимаю, что стоять в мусорке, ожидая, пока машина проедет, неприятно.

До дрожи задолбали люди, которые выплёскивают свой гнев на тех, кто не виноват в их плохом настроении. Не нравится тебе, что тебя кто-то передо мной не пропустил — я-то тут при чём? Моя совесть перед тобой чиста: я не хамлю, старательно объезжаю тебя, предупреждаю о том, что я еду сзади, чтобы мы оба не создавали заторов. А ты орёшь на меня и стараешься помять мне крыло, хотя у тебя нет никакого права портить чужое имущество.

Господа невыспавшиеся, вставшие не с той ноги, обозлившиеся на весь мир! Не надо портить настроение другим людям, если они ничего плохого вам не делали. Поберегите нервы.

Читал здесь несколько дурных заметок о том, кто и как учился. Выскажу свою точку зрения и историю. Весьма нестандартную — или нет?

В школе учился хорошо. Делал все домашние задания. Классы в школе были «с уклоном», по спецпредмету задавали столько же, сколько по всем остальным предметам вместе. То, что некоторые из вас познали на своей шкуре только в институтах, учась на различного рода экономистов и менеджеров, реже — технарей, никого не волновало. Спецпредмет или нет — должен знать и отвечать сам.

За редчайшим исключением у каждого был свой вариант на контрольной по любому предмету. Зато почти всегда были интересные уроки. И да — вышли мы из школы умными. Гораздо умнее любого среза по городу.

После этого я пришёл в институт. Специальность называть не буду, скажу только — глубоко техническая. И выпускник с дипломом берёт на себя реальную сиюминутную ответственность за жизнь людей.

Сказать вам, что творили мои однокурсники на парах? Закинуть ногу на стол, снять футболку и бегать по аудитории, придти пьяным или под спидами — в порядке вещей. Средний уровень знаний в группе был такой, что первые три семестра я мог бы пропустить вообще и все равно знал бы больше. Большая часть однокурсников попала на бюджет путём целевого набора. Мне повезло с бюджетом, а ещё двое человек, которые, в отличие от этих дебилов, хотели получать знания, «попали» на коммерческое обучение.

Предметы на такую красоту — физика, математика, русский язык. Проходной уровень везде одинаковый: двойка.

Преподаватели вели себя соответственно — плевать они хотели на свою работу. Вскоре я понял, что их не парит, что ты там выучил. По умолчанию — все дебилы. И можешь не пыжиться. Сессия стоит денег. И заведение — государственное.

Это был финиш. Что я сделал? Плюнул и ушёл. Заодно немного изменил профиль и стал специалистом в совершенно другой области. Сам. Дома. Благо моя школа учиться меня научила. Проработав достаточно лет, я открыл своё предприятие и на работу теперь принимаю по результатам собеседования с тестовым заданием и испытательным сроком.

Я не буду требовать опыта, однако не буду вас отдельно учить. Если я решил, что принимаю на работу — я дам в зубы документацию и неделю испытательного. Справитесь — что ж, вперёд за деньгами и реальным профессиональным ростом. Гарантирую: при желании будет и то, и другое. И групповые занятия, и лекции от лидеров отрасли по новым технологиям — тоже. Вон, полный офис спецов, спросите любого, как он живёт и сколько получает.

И поэтому задолбали вы меня, господа хорошие, приходить после института с четырьмя-пятью нулями в мечтах и чёткой уверенностью, что вам кто-то что-то должен. Вы — даже более страшное зло, чем «походники» по офисам с кредитными предложениями и SMS-спам. Я уже убедился, что свежий диплом ничего не стоит в этой стране.

Сколько я помню, всегда жила с матерью. Мы пару раз переезжали, мама искала чистую любовь, а на меня времени как-то не хватало. Всё свое детство я помню лишь указания из списка: во сколько встать, как одеться, что поесть и во сколько быть дома. Меня часто избивали, а отца выставляли чудовищем в моих глазах. Все 20 лет своей жизни я считала, что мать любит меня, да, своей извращенной, но любовью.

Но не так давно она наконец-то вышла замуж за состоятельного человека, а мне как раз стукнуло 18. Сначала она просто отдалилась от меня, что было приемлемо, семья, любимый муж. Но не так давно, когда она была на праздновании у бабули, куда я приехала, честно, скорее чтобы ее увидеть, у нас на кухне состоялся разговор. Пока все пили в большой комнате и веселились, моя мать рассказывала мне, как же она ненавидела меня всю свою жизнь и о том, что аборт не сделала только из-за отца.

Уже два года не могу смириться с этим. Материнской любви нет и не было.

ПМП, за то что верила столько лет и до сих пор тешу надежду.