А я ношу шляпу. Обычную такую шляпу, чёрную, без цветочков и ленточек, с не самыми широкими полями, не сомбреро, не цилиндр и не что-нибудь ещё, что могло бы выглядеть слишком уж непривычно. Ну, просто от шапок у меня дико чешется голова, а береты на мне выглядят, как на корове балетная пачка.

Товарищи, вы знаете слово «шляпа»? Да? Тогда почему-то, что у меня на голове, постоянно обзывается «шапкой», «кепкой», «беретиком» — да чем угодно, только не шляпой?

А, и ещё: я не мушкетёр, не ковбой, не мафиози, не еврейский мальчик и не какая-нибудь ещё ваша безумная ассоциация. И советовать мне вставить в шляпу несколько перьев — это тоже не вы первыми придумали.

У меня всё, спасибо за внимание.

Я человек нервный и вспыльчивый. Об особенностях своего характера я прекрасно осведомлён и стараюсь людям неприятностей не доставлять. До недавнего времени я жил в довольно крупном городе с развитой инфраструктурой. Однако на работе и дома мне было тяжело концентрироваться из-за постоянного шума города, меня раздражал любой случайный гудок автомобиля, и я срывал злость на окружающих. В один прекрасный момент я просто продал свою квартиру, на работе перешёл на удалёнку и купил домик в глухой деревушке. С тех пор я каждый день от всех подряд слышу одни и те же вопросы: «Ты что, дурак? Променять миллионник на глухомань?», «Тут же нет развлечений! Ты явно ненормальный!» Конечно, я уже привык, но меня задолбало отвечать одно и то же.

Да, я действительно переехал в деревню. В городе меня ничего не держало, по кафе-кинотеатрам я и так редко ходил, так что не особо-то и жалко.

Я вполне прилично зарабатываю и разницы не ощутил никакой. Зарплата осталась прежней, а свободного времени больше.

Нет, мне не тяжело. Здесь нет каторжного труда. Хозяйственные вопросы я вполне способен решить сам, а если я чего-то не знаю, то всегда могу спросить в интернете.

У меня есть автомобиль. В любое время я могу поехать в город и купить там себе всё необходимое или сходить в кинотеатр. Тридцать километров — это не критическое расстояние.

Мне здесь нравится. Я стал более спокойным и уравновешенным. Я не бросаюсь с кулаками на прохожего, который мне нахамил, не огрызаюсь коллегам. Ещё годик — и, думаю, я вполне спокойно научусь контролировать свой гнев. У меня здесь даже друзья появились. Настоящие и бескорыстные.

Те, кто гонится за городскими удобствами — на здоровье, живите и радуйтесь. Но не стоит указывать мне, где жить и как. Задолбали со своими советами.

Когда я была маленькой, мой папа часто избивал мою маму, постоянно оскорблял, да и всегда был человеком жестоким. Моя мама всегда была семейным человеком, хотела от него тепла (взамен на то что в свое время вытянула его, дала ему все: машину, квартиру).

Я стала постарше и воплотила свою мечту, развела родителей. Мой папа счастлив, живет теперь с молодой девушкой в ее квартире, имеет хорошую зарплату. А у моей мамы, как бы я ни молилась, ничего не складывается, на работе проблемы, никакие подработки не приносят прибыль, и мужчина у нее до сих пор не появился (хотя она симпатичная моложавая женщина с массой возможностей, которые могут привлечь мужчину). Все эти обстоятельства были бы сносны, если бы недавно я не узнала, что моя мама больна раком. И теперь я ненавижу себя, я могла и потерпеть и пожить с нелюбимым отцом, моей маме осталось несколько лет, а глупая маленькая сестра по-прежнему трепет ей нервы, а я к сожалению ничем ей не могу помочь. Я думала ее освободить, но разрушила ей жизнь ПМП

На лестничной клетке моего этажа регулярно перегорает лампочка. Может, её убивают перепады напряжения, а может, соседи втихую подменяют своей перегоревшей — не знаю, но раз в месяц можно и потратиться на новую. Проблема не в этом. Днём лампочки на лестничных клетках горят лишь на чётных этажах, и свет с четвёртого до моего второго, не говоря уже о первом, попросту не доходит. Таким образом, пока кто-нибудь (не будем показывать пальцем) не вкрутит новую лампочку, на лестнице царит тьма кромешная. Задолбало то, что в темноте некоторые люди, видимо, не могут найти свою совесть и загаживают несчастный подъезд в прямом и переносном смыслах.

За те дни, что лестница пребывала в темноте, люди успевали:

• наблевать;
• навалить кучу;
• побить бутылки;
• оставить на ступеньках мешок с мусором (в доме есть мусоропровод, а в двух шагах от подъезда стоит несколько мусорных баков — можно дойти до них и обратно, прежде чем автоматический доводчик закроет подъездную дверь);
• намалевать на всю стену огромный уродливый тег (конечно, в темноте это всяко удобнее делать — глаза не вытекают от лицезрения художества).

А сегодня оказалось, что стоило погаснуть очередной лампочке, как в ведущих на подъездную лоджию дверях какая-то скотина разбила стёкла, причём осколки так и остались валяться на тёмной лестнице. Это, да ещё то, что пострадали двери на двух этажах сразу, скорее всего, свидетельствует о вандализме, а не чьей-то досадной небрежности. При этом в подъезде стоял подозрительно туалетный запах.

Мы с мужем — единственные, кто, тихо матерясь под нос, моет пол, заливает его хлоркой, закрашивает каляки-маляки и доносит до мусорки то, чему там самое место. До зубовного скрежета противно осознавать, что убираем-то мы, по сути, за своими соседями. Бомжей в округе не водится, на подъездной двери домофон, а возле неё несёт вахту отряд Бдительных Бабушек. Значит, кто-то из тех людей, кто здоровается со мной по утрам, склонен гадить там, где живёт, в темноте, пока… стены не видят?

Наша мотивация проста: мы убираем, потому что не хотим вступить на лестнице во что-нибудь анекдотическое — нет, не в партию. Мы не ищем уродов, которые это делают, потому что не любим и не умеем ругаться. Да и как искать? Ставить в подъезде камеру? Дежурить посменно?

Люди, которые считают, что если никто не видит, то можно гадить — всё равно ведь кто-то уберёт, правда? — вы мерзкие.

В этом году я в первый раз после пяти лет постоянных нервных срывов и бессонных ночей, проведённых за зубрёжкой, наконец-то отдыхаю в новогодние праздники, а не накачиваюсь успокоительным.

Нет, я вовсе не ленивая и не люблю откладывать всё на последний день перед экзаменом, просто учебный процесс у нас выглядел так.

В начале семестра, отстояв очередь в библиотеке, получаешь на руки пять-десять учебников. Из них пригодятся в лучшем случае три. Преподаватели называют совершенно другие учебники. Из них в библиотеке есть один-два, в магазинах продаётся ещё три-четыре. Остальные последний раз издавались в 1970 году и находятся только в списках литературы чьих-то диссертаций и библиотеке где-то в Сибири. В итоге кто-то один криво и вверх ногами сканирует учебник и выкладывает его во «Вконтакте» для всей группы.

Билеты появляются где-то через месяц после начала учёбы. Лекции преподавателя с билетами по содержимому не совпадают. Преподаватель вообще любит потратить половину первой пары в субботу утром на рассказы о том, как студенты безграмотны, а вторую половину — на историю о том, как ехала в трамвае с женой начальника. И вроде бы можно готовиться самостоятельно, но за месяц до экзамена, когда начинаются зачёты по всем предметам, внезапно обнаруживается новый список билетов — в одном экземпляре и запертый в деканате под ключ. Кто-то всё же умудряется похитить и распространить засекреченную информацию. В новом списке билетов восемьдесят, а не шестьдесят, и совпадают с предыдущим только двадцать. На лекциях читали три темы. Ещё пятнадцать можно найти в учебнике. Ещё двадцать предыдущие поколения студентов уже расписали в шпаргалках и выслали вам на электронную почту, при этом половину из билетов невозможно понять, потому что автор сам не понял, про что прочитал.

Дальше (разумеется, уже во время зачётов) начинаются пляски с Гуглом. Если 60 из 80 вопросов — вполне конкретные вещи и ещё несколько обобщают пройденное, то как минимум пять или шесть билетов — абстрактный бред, на который непонятно, как отвечать. Даже интересный и нравившийся весь семестр предмет начинает раздражать и доводит до отчаяния, потому что максимум, что получается найти про некоторые из вопросов — что такой автор и такая концепция существуют и какой-то мужчина из Иркутска написал про них диплом в 1968 году. На консультацию перед экзаменом преподаватель не является (зачем они вообще указаны в расписании?), а в ответ на вопрос начинает ругаться, что учиться надо было весь семестр (и ничего не отвечает). Когда информация кое-как найдена, надо ещё попытаться сформулировать внятный ответ на вопрос, а потом его заучить наизусть. При этом предметов сдавать надо десять-пятнадцать.

После того как экзамен перенесли три раза и наконец поставили рано утром в субботу, а принимающий опоздал на него на четыре часа и отправил всех на другой конец города в другой корпус, начинается лотерея. Кто-то в течение всего семестра сдаёт контрольные. Кто-то пишет тесты. И те и другие люди получают адекватную оценку общего уровня своих знаний. Мы тянем билеты и гадаем, кого из нас больше любит Господь. Кому-то повезло, и он вытащил свою тему. Кто-то умный, он вытащил смартфон и гуглит ответ. Эти два человека сейчас сдадут на отлично. Тебе, которая про бо́льшую часть вопросов может говорить часами, попался один из абстрактных вопросов ни о чём; мужик из Польши, который написал одну статью на польском языке в 1803 году, был признан невменяемым и тут же отвергнут наукой; ну, и на десерт самая нелюбимая из тем.

Есть преподаватели, которые начинают задавать вопросы по другим темам, чтобы определить общий уровень знаний. Есть преподаватели, которые помнят активных студентов и ставят им «автомат». А есть пожилая женщина в маразме, которая уже третью студентку перед ней называет Марией (хотя ни одну из них так не зовут) и даже не вела у нас этот предмет, а просто пришла его принимать. Список билетов она в первый раз увидела двадцать минут назад.

Сосредоточиться и пытаться формулировать ответ на свой билет не представляется возможным, потому что вы все сидите в одной аудитории и громкий бредовый ответ псевдо-Марии полностью перетягивает на себя внимание.

Когда ты тоже соглашаешься отзываться на Марию и уже пять минут мямлишь свой ответ на первый вопрос, внезапно врывается второй преподаватель (экзамен ведь должны принимать двое, вспоминает деканат на втором часу экзамена). У неё плохое настроение, и она сперва проходится по аудитории и вырывает шпаргалки у студентов. Затем она садится рядом с коллегой и начинает перемывать кости кому-то с кафедры и на кого-то жаловаться. Ты в это время продолжаешь что-то мямлить. Тут она замечает, что перед ней сидит студентка. Тебя заставляют всё это промямлить во второй раз. Во время прослушивания ответа преподаватель почему-то начинает отпускать коллеге язвительные комментарии и что-то презрительно бурчать про рязанские рожи, провинцию и бездарностей. Вместо дополнительных вопросов начинает спрашивать, откуда ты такая вылезла. Очевидно, Господу ты не нравишься, потому что тебе ставят «уд.» и начинают орать на следующую жертву. В сентябре тебе этот предмет очень понравился, и ты по нему прочитала кучу дополнительной литературы для удовольствия.

Жаловаться в деканат на поведение преподавателя довольно бессмысленно: та, которая в маразме, заслуженная и удостоена всяких наград, хотя вряд ли сама уже об этом помнит, а та, которая страдает от ненависти ко всему живому — просто прекрасный и талантливый человек. Что с вами, пятьюдесятью баранами, вообще не так?

Можно многое припомнить. И предметы и темы, высосанные из пальца, потому что кому-то при Брежневе не хватило нормальной темы для диссертации, а потом им пришло в голову написать учебник. И устные экзамены, которые у некоторых преподавателей длятся по девять часов, потому что им хочется придраться к манере речи, манере одеваться, личной жизни студента и вообще чему угодно, кроме содержания ответа. И вечно опаздывающих и исчезающих преподавателей. И того, что на работе мне пригодились два предмета, сама корка и умение выносить стресс.

Это не какая-то там шарага, а один из лучших столичных вузов. Мне повезло там учиться, повезло встретить множество уникальных, влюблённых в свой предмет людей, но он мне будет сниться в кошмарах ещё много лет. Возможно, так относятся только к гуманитариям. Но что-то мне подсказывает, что мой опыт не уникален, и он у меня отбил желание обучаться чему-то ещё напрочь. Если только не поставите в конце семестра тест с тридцатью вопросами, как грозились.

Влюбился в американку. В интернете с друзьями на нее попали, она мне понравилась, потом еще год общались по вебке, тепло и весьма откровенно, я ее голой не раз видел. Она звала в гости, да и я чувствовал, что нравлюсь ей, поэтому получил визу, скопил денег, полетел в США. Она меня не встретила. ОК, остановился в отеле, утром наконец встретились. Я был счастлив, но сразу почуял неладное, она нервная, в глаза мне не смотрела, и свалила через 15 минут. Я ошалел, ну что делать, поехал смотреть город, пару дней от нее не слышно. И вот сейчас звонит. Короче, я хоть и знал, что она с семьей ходит в церковь, они там все католики, но блин, она оказалась мормонкой. Рассказала про свои религиозные установки, включая никакой близости до замужества. Рыдала, что грешница, что ее это все задолбало, что она хочет «секс наркотики рок-н-ролл», с колледжа свалила, а семья не поймет, а вообще она любит Иисуса, и он ее не поймет. В голове у нее полный бардак. Улетай, говорит. Я в шоке, чувствую себя идиотом, как я ей доверял? КМП.

Здравствуйте. Меня задолбали наглость и конкуренция, шитые белыми нитками.

Несколько лет назад в нашем городе было два аквапарка. Первый — весьма качественный и продуманный, второй был проще и скромнее. Но прогресс идёт вперёд, ничто не стоит на месте, и был отстроен аквапарк номер три. С красивым названием, чудным внешним видом и современными горками.

Хорош собой новый парк, пригож. Да только вот горок всего пять, две из них одинаковые и рассчитаны на пару секунд спуска, а на оставшиеся огромные очереди. Из саун выход не продуман, да и в целом косячков многовато. Так что не ломанулся народ в новый парк, турникеты сметая, а захаживал помаленьку, старый парк предпочитая.

Здесь сказочке настаёт конец, её вытесняет реальность.

В старом парке оперативно начали находить нарушения. То вода там плохая, то утоп ребёнок, и виноват в этом персонал, а не поленившаяся следить за дитём мамаша. Закрыть страшное место, с глаз долой убрать! Ату его!

Чтоб их проект был прибыльным и не ходили «налево», власть имущие старательно уничтожают прекрасный аквапарк, и с этом ничего не сделать. Моё поколение выросло с фильмами, где дети ходили в Диснейленд и катались на странных горках с водой. Узнать, что подобное счастье доступно нам (и даже не за баснословные деньги), было прекрасно. А теперь это прекрасное убирают, меняют на убогую подделку. Потому что её старательно строили и даже город упомянули в названии.

Молодцы. Спасибо. Мечта из детства и отрада жизни сознательной исчезла, ибо помешала делать бизнес.

Бывший парень, которого любила безумно и от которого ушла по причине его измены, скинул смс следующего содержания: «давай поиграем в игру. если успеешь приехать ко мне до 12 ночи — женюсь не тебе». Человек просто хочет потра… ся, и бьет по самому больному. Любви на этом свете нет.

КМП