Мы с мужем усыновили младенца. Его родители хорошие люди, но у них было тяжелое финансовое положение. Правду скрывать не собирались, чтобы в будущем не травмировать ребенка. Сейчас сыну 14 лет, он рос в любви и понимании, но, как и любой другой приемный ребенок, заинтересовался своими биологическими родителями. Мы опять же решили избегать лжи, поэтому честно рассказали ему об этих людях. Сейчас они при деньгах, но без детей. И они видятся. Мы были не против, но последнее время сын стал вести себя агрессивно. Ведь мы плохие, кормим его домашней едой, одеваем не лучше других, решаем его проблемы, но ругаем, поучаем и заставляем помогать, а они балуют его деликатесами и позволяют шалости. Во время очередного «наезда» со стороны сына муж не выдержал и сказал, чтобы он валил к хорошим родителям, раз мы такие сволочи. И он ушел. Вот только у них он тоже не появлялся, уже несколько дней. Пристрелите нас, плохих родителей.

Недавно осознала, что моя подруга (пусть будет Ира) явно страдает синдромом, как я его называю, соучастника. Поясню: это стремление быть полезным всегда и во всём, а если получится, то и лично посодействовать решению твоей проблемы. Казалось бы, что в этом может быть плохого? С таким человеком не пропадёшь. Однако всё не так радужно.

Стоит тебе заикнуться, что неплохо бы в отпуск съездить в Прибалтику, как глаза Иры загораются, и она с бешеным энтузиазмом начинает рассказывать, что её муж как раз работает в турагентстве (к слову, не очень успешно) и занимается как раз именно этим направлением. И чтобы я обязательно воспользовалась его услугами, и что он устроит всё в наилучшем виде (ага, не ты ли рассказывала, как он пару недель назад из-за похмелья опоздал на отправку автобуса с туристами). Я только открываю рот, чтобы возразить, а Ира уже вовсю набирает номер своего суженого.

Я всего лишь обмолвилась в разговоре, как неплохо было бы прикупить тёплые лосины с начёсиком на зиму, как Ира начинает заливаться соловьём, что буквально через недельку собирается заказывать подобные на китайском сайте, и мы обязательно должны заказать их вместе, правда, идти посылка будет месяц. Спасибо, конечно, но мне проще доехать до ближайшего магазина одежды и купить их там, а не ждать чудо-дольчики к весне, да ещё и штрипки к ним пришивать, потому что у китаянок ноги явно короче.

Появилась мысль, что неплохо бы купить в квартиру велотренажёр и заниматься в комфортной остановке. Тут же личные сообщения заваливаются ссылками на замечательный фитнес-центр в Ирином районе, где цены смешные, а инструкторы не иначе как небожители. Да-да, конечно, в зимнюю стужу я только и мечтаю о том, чтобы после работы ехать в этот чудо-центр у чёрта на рогах.

И так во всём: свою свадьбу я должна справлять именно в кафе Ириной сестры, несмотря на грязные туалеты и убогое меню; выбрать новый принтер мне поможет её племянник, а уж лучше визажиста, чем её подружка, и во всём городе не сыскать.

Сначала я думала, что это забота такая. Потом меня это искренне забавляло. На данном этапе уже неиллюзорно бесит. Ира, уймись, ради всего святого! В мои 28 лет я вполне самостоятельно могу и с отпуском определиться, и унитаз купить, и парикмахер у меня тоже отличный. Попробуй направить свою кипучую энергию куда-нибудь ещё.

Мои родители развелись, когда мне было 5 лет. Мать вышла замуж еще раз, у меня родились сестренка и братик. Этот брак тоже развалился. Причина в моей матери. Она никогда не заботилась ни о ком, кроме себя. Детей спихнула на бабушек. Недавно вышла замуж за стремного инвалида, пьет с ним, не работает, ничего в жизни сама не добилась, все за счет других.

В 14 лет она выгнала меня из дома, я стала жить с папой и его семьей. Сейчас закончила престижный вуз, работаю по специальности, неплохо зарабатываю.

Полгода назад моя сестра покончила с собой. Ей было 15 лет, были проблемы с психикой из-за обстановки дома. Поводом послужила неразделенная любовь к мальчику.

Все бы отдала, лишь бы вернуться в тот вечер и не дать ей этого сделать.

Тяжелее всего было на похоронах, когда обвинили интернет, мальчика, всех, кроме истинного ее убийцу. Еле сдержалась, чтобы не двинуть ей, изображающей большое горе и не припомнить ей все «хорошее», что она для своих деток сделала.

Можете стрелять, ведь какой грех может быть хуже, чем желать смерти своей матери?

В детстве я была, по мнению окружающих, привередливым ребёнком. Мне объяснили, что в гостях желательно есть, что дают, и я так и делала, несмотря на рвотные позывы. И, кстати, фразу «Я не хочу (не голодна)» я произносила регулярно, за что получала: «Ты что, не уважаешь хозяев?! Ешь!»

Чуть позже я то ли прочитала, то ли услышала примерно такую цитату: «Хороший гость в гостях у медведя ест тухлятину», и после этого стала молча пережёвывать всё, что мне дают. И, что характерно, перестала получать за то, что не ем чего-либо.

Я научилась беззвучно блевать в туалете, так как родители любили ходить по гостям, а не есть то, что поставили на стол, было невозможно: вежливость, мать её. Я не могла есть селёдку под шубой, оливье, утопленные в масле свиные котлеты и холодец. Благо обычно на столе было пюре и та же колбаса, которую хозяйки нарезали по кусочку для взрослых, не учитывая детей. Зачем тогда приглашали всю семью, зная, что ребёнка было не с кем оставить?

А вот сладкого я не ела с детства и к отрезанному куску торта даже не притрагивалась, видимо, обижая этим хозяек приёма, так как торт «слишком сладкий», но бисквитное тесто я ела. С другой стороны, обычно на столе был только отвратный «Киевский» торт. (Я из Киева, если что.)

Потом были годы голода, и я, научившись готовить перловку, овсянку, пшёнку, рис и остальные каши исключительно на воде без масла и соли, стала есть абсолютно всё (жареный лук — отличнейшая приправа к пустой каше), но «есть» не значит «любить». В гостях я всё так же буду есть только пюре и колбасу, а дома буду готовить овощи на пару; салат заправлять лимоном, а не майонезом; из сладкого — только собственноручно приготовленную шарлотку. Я всё это с удовольствием принесу к вам на стол — даже на тридцать человек. Я ведь всегда спрашиваю, что будет на столе, и предлагаю помощь — вам же меньше нужно будет готовить.

Однажды в гостях я четыре дня питалась отвратительно сваренным (на все четыре дня) рисом и полупрожаренной печёнкой. Помогало только наличие солёных огурцов, которые я жрала, чтобы заглушить этот отвратительный вкус.

Сейчас у меня поджелудочная и печень посажены практически в ноль, но для меня нет ничего вкуснее, чем суп на первое и цветная капуста на пару с нежирной сметаной на второе. Десерта не нужно. А запью через час после еды несколькими глотками негазированной минералки. Бесят те, кто вроде бы готовят для гостей, но не учитывают их вкусов. Уж скажите откровенно: «Приходите похвалить моё кулинарное мастерство, но не вздумайте его критиковать, иначе я обзову ваших детей свиньями прилюдно, не отзывая вас в другую комнату, унижу вас при всех, потому что мне-то нравится то, что я приготовила, значит, и всем должно нравиться». Неважно, что четырёх-пятилетние дети, несмотря на объяснения, все ещё могут высказать напрямую, что им не нравится. И, кстати, если вы позволяете себе за столом при всех сравнить ребёнка со свиньёй, не отозвав родителя в другую комнату и не высказав это ему, то свинья здесь только вы.

Остались со старшим братом одни, летом на даче. Он колол дрова. Я подставила палец, говорю смог бы отрубить? Он даже не подумал. Взял и топором по пальцу. Пальца больше нет, боль адская. КМП. Еще и брата прикрываю, сказала что сама по нелепой случайности.

На протяжении всего первого курса я ездил в универ на метро вместе с девочкой, которая живёт неподалёку. В один прекрасный день выходим мы с ней на нужной станции, подходим к эскалатору, она паникует, говорит «Я поеду дальше» и бежит обратно к поездам.

Пару дней я её раскалывал на тему «Что это было», и она призналась: на станции три эскалатора, на подъём может работать либо правый, либо средний. Так вот правый — это «счастливый» эскалатор, если ехать на нём, день будет удачным. А средний — «несчастливый», и если подниматься на нем, день не задастся — это она установила, ещё когда в универ на подготовительные курсы ездила. В тот день как раз работал «несчастливый», и она проехала ещё 2 станции, чтоб оттуда вернуться на троллейбусе.

Прошёл год, эта чуднАя перевелась в другой универ, я теперь езжу сам. И подъём на этом чёртовом среднем эскалаторе РЕАЛЬНО ПРЕВРАЩАЕТ МОЙ ДЕНЬ В ДЕРЬМО! Я материалист, я не верю в приметы и понимаю, что это полнейшая чушь, наваждение, но…

КМП

Здравия желаю! Разрешите представиться: будущая жена офицера. Звание, я вам скажу, ещё то, и с ним поводов задолбаться — хоть отбавляй. И я сейчас не о бесконечных нарядах и караулах, в связи с которыми приходится уже третий раз за неделю запирать дверь на три замка и ложиться спать в одиночестве — к этому я уже привыкла. И не об отсутствии выходных в то время, когда у нормальных людей есть и отпуска, и праздники, а тут — хоть бы на обед отпустили. Человек так устроен, что привыкает ко всему — с той только разницей, что к хорошему гораздо быстрее.

Что же могло задолбать в таком случае нас, 22-летних, пороху не нюхавших товарищей?

Во-первых, конечно, «забота о моём будущем». Ещё в бытность моего любимого курсантом многие из моих подружек (в основном одинокие девчонки — соседки по общежитию) меня стращали: «Вот распределится он в какую-нибудь Мухосрань — и что ты тогда будешь делать?» Что я буду делать? Ждать год до окончания собственного обучения, а потом собирать манатки и рвать навстречу своему счастью в Мухосрань. Так я отвечала — и именно так бы и поступила, если бы моего новоиспечённого лейтенанта не распределили в столицу. Теперь уже моя очередь спрашивать у подруженций, что же будут делать они, если их распределят в пресловутую Мухосрань, только не хочется мне как-то это знать.

Во-вторых, это стереотипы. Военный — это громкие гуляния, красивая жизнь, высокое жалованье, каждый первый спивается. Дома ходить тише воды, ниже травы. Везде, разумеется, идеальный порядок, стрелки на брюках выглажены, лампасы и погоны пришиты стежок к стежочку, завтрак-обед-ужин — как в итальянском ресторане, каждое 23 февраля — приёмы в стиле Бурбонов. Всё это, конечно, очень похоже на правду, разве что с небольшими поправками: гуляния — только и исключительно в моей компании (что поделать, мы не научились веселиться раздельно), зарплата — не выше и не ниже, чем у любого более или менее опытного в своей области специалиста, алкоголь — только по праздникам (23 февраля по умолчанию сюда не входит, мы его отмечаем, только если я самолично пожелаю устроить любимому сюрприз). Готовлю я объективно вкусно, но сочные жирные стейки, паэлью и «Графские развалины» каждый день я преподносить милому просто не в силах физически. Ну и касательно подшивочек — я никогда дома ничего не пришиваю, не зашиваю, не чиню, поскольку знаю, что более опытные руки сделают это гораздо лучше.

Третий пункт, хоть и относится к тем же стереотипам, вынесу всё же отдельно. Военные — поголовно бл#&уны. Зачем так рано женитесь? Он же быстро убежит! Вокруг них же столько девок крутится! Мужчины в форме же так привлекательны! Вот с последним не поспорю, а над остальными аргументами просто в очередной раз поржу. Девки рядом с ним не крутятся, рядом с ним кручусь только я. Что мне делать, если он видит только меня рядом с собой? Устраивать ему слежку? Добавляться от имени левых страниц? Увольте, такой болезнью не страдаю.

Что там дальше? Рано женимся? На минуточку, как я уже упоминала, нам по 22 года. Это не 16, не 19 и уже даже не 20. Вполне прекрасный возраст, и наши родители тоже так считают. Из его выпуска, между прочим, мы одни из последних вступаем в брак — и это ещё года не прошло! А насчёт того, что убежит — не убежит… Вы знаете, мужчина, вопреки чьим-либо избитым феминистическим предположениям, не собачка и не котик. Он вовсе не слабовольное создание без силы воли и здравого смысла. Поэтому выражение «увести мужчину» я вообще не могу воспринимать адекватно. Увести можно ручную псинку — отвязать, помахать перед мордочкой куском колбасы и умыкнуть. И то — если собачка умная, то и сама такого не допустит. А мужчина? Поверьте: сам не захочет — не уйдёт. И наоборот. Захочет уйти — назад ничем не заманишь. Я помню, не так давно мы с женихом ходили в ресторан на юбилей части. Узрев на приёме некоторых ещё вовсе не старых полковничих, майорш да генеральш, всех с глубоким декольте, с пальцами, унизанными перстнями, с приподнятыми бровями, с надменным взглядом и поджатыми губами, я подумала, что от таких жён сама бы сбежала вприпрыжку. А их супруги были рядом, держали их за ручку, улыбались им. Выводы делайте сами.

Так что не надо меня пытаться разубедить в моем жизненном выборе. Поверьте, я бесконечно счастлива. Сейчас уже не надо мчаться по два часа с тремя пересадками ради получасика с любимым, не надо подолгу болтать по телефону, нет томительных недельных, а то и месячных ожиданий с полигона. Но наша любовь жива по-прежнему, и она всё крепче и крепче. Это его жизненный путь, его решение, и я его только поддерживаю, бесконечно им горжусь, нарадоваться не могу. Когда он заступает в караул, я могу спать спокойно: я совершенно точно знаю, где он. Желаю и каждой девушке, засыпающей в одиночку, быть абсолютно уверенной в том, что её любимый на работе.