Задолбали носители офигенно важного и ценного, но ничем не подкреплённого мнения. Проблема в том, что эти прекрасные люди не могут держать своё мнение при себе, а жаждут им во что бы то ни стало поделиться, и убедить их пожадничать практически невозможно.

Старший брат моего мужа вопреки всем социальным и гендерным стереотипам ведёт себя как классическая фольклорная свекровь. При этом если у свекрови какой-никакой опыт семейной жизни, как правило, в наличии, то представления сорокапятилетнего убеждённого холостяка, который не уживается даже с мелкой домашней живностью, о том, как надо строить супружеские отношения вообще и лично нам в частности, берутся напрямую из космоса. Представления очень подробны и полны взаимоисключающих пунктов. В частности, жена должна одеваться исключительно в одежду люксовых марок (потому что иначе зачем нужна такая зачуханная баба?), при этом не работать в офисе (главная цель женщины — ухаживать за мужем!) и не тратить много денег из семейного бюджета (халявщиц Вова презирает), а в идеале их ещё и вносить (по-прежнему не тратя время на работу). «Понимаешь ли ты, что идеальная жена в таком случае — разве что элитная проститутка на полставки?» На такие вопросы Вова обижается, но ненадолго, и уже через неделю снова готов рассказывать мне и мужу, как неправильно мы живём и как надо, чтобы было правильно. Первые двадцать раз это воспринималось как анекдот, потом быть смешно перестало, а жить с этим приходится по-прежнему, ибо Вова, к несчастью, не слишком обидчив.

У коллеги нет ни собственных детей, ни особого желания ими обзаводиться, но зато есть масса идей, как надо воспитывать чужих. Отношения в коллективе неформальные, коллеги, у которых дети-ровесники, могут поделиться опытом, куда, например, с ними ходить и какое кино смотреть. Если при этом присутствует Оля (а она в силу своей должности вездесуща), она тут же вклинится в беседу и делится своим офигительно ценным мнением. Так мы с коллегой (родители младших школьников) узнали, что книжки про Гарри Поттера — кошмар, ужас и плохому учат, а дети должны читать роман Фадеева «Разгром», вот там — правда и настоящие ценности (возможно, настолько настоящие, что должны писаться с большой буквы). Иногда мечтаю познакомить эту Олю с вышеупомянутым Вовой и посмотреть, кто кого.

Соседка, с которой у меня давние приятельские отношения, мечтает презреть закон сохранения вещества и сделать из маленьких сбережений большие. С середины 90-х (она тогда была студенткой с копеечной, но все же стипендией) она успела поучаствовать во всех крупных финансовых пирамидах и огромном количестве более мелких. В самом удачном случае удалось после десятка лет судов и митингов вернуть то, что вложено (правда, сумма за это время заметно обесценилась; если раньше это была месячная зарплата подрабатывающего студента, то сейчас — один поход вдвоём в ресторан средней ценовой категории), в неудачных деньги просто канули в никуда. Про суммы я не спрашивала, но, судя по количеству попыток, этих денег точно хватило бы на однушку в спальном районе. Угадайте, кто регулярно с горящими глазами убеждает меня поучаствовать в очередной авантюре и убеждает, что у меня просто косное мышление и я зря не верю в чудо: дело-то верное!

Мой дядя совершенно уверен, что советское образование было самым лучшим в мире, а потом пришёл американский миллиардер Джордж Сорос, всё разрушил и насадил везде проклятое ЕГЭ. Спорить с ним практически нереально, поскольку человек сочетает потрясающую безграмотность почти во всех областях жизни со столь же потрясающей уверенностью в своих словах. Он точно знает, что с Наполеоном воевал Пётр Первый, Бразилия находится в Африке, «Что делать?» написал Гоголь, при трёх попытках перемножить в столбик два двухзначных числа получает три разных результата и с интересом смотрит передачи телеканала «Хрен-ТВ» об инопланетянах среди нас, при этом столь же точно знает, что все, кому сейчас меньше тридцати пяти, — необразованное быдло, потому что у него образование советское, а у них — нет.

Я счастливая обладательница алопеции. Лет пять назад обследовалась у настоящего трихолога, минуя лохотрон косметологических клиник и самолечение по интернету. Вернуть прежний объём волос невозможно, восстановить выпавшее тоже; можно только замедлить дальнейший ход болезни ежедневным применением дорогих препаратов. До состояния коленки я, конечно, не дойду, но оставшееся нельзя будет назвать волосами.

Я смирилась, приняла себя такой, поняла, что друзьям и дорогим мне людям плевать, какая у меня причёска. В худшую сторону ничего не изменилось, наоборот, я встретила за это время мужа. Работу выбрала такую, где ценятся знания, а не товарный вид. Жить можно. В конце концов, у меня ничего не болит, со здоровьем в целом это не связано, я действительно могу хоть в космос. Да, тяжело бывает узнавать себя в отражении, фотографии нравятся всё реже, бывает завидно, когда какая-нибудь девица начинает при мне трясти гривой. Но могло быть и хуже.

Меня не задолбали с советами лечить волосы крапивой, собранной в лунную ночь, мазать голову луком, чесноком и другими специями или прибегать к уринотерапии. У меня нет таких в окружении. Не задолбали рассказами про соседку, которая вылечилась. Ни своими гипотезами. Ни рекомендациями снимать стресс (все же болезни от него, угу).

Проблема в другом. Рано или поздно, несмотря на приём корректирующих препаратов, мне придётся встать перед выбором… Выбором парика. Я почти даже к этому готова и стараюсь не унывать. Куплю себе разные и буду менять под настроение и цвет туфель. Или буду представлять, что я героиня фильма в бегах. Чёрт бы с ним. Но мне нет ещё и тридцати. Я хочу плавать, кататься на велосипеде, путешествовать по другим городам, ходить в походы и лазать по верёвочным городкам. Делать это в парике, да с моей ловкостью? Исключено. Отказаться от привычной жизни и ходить с прямой спиной, беспокоясь, не сполз ли он? А дома? Выходить из душа сразу в парике? Спать в нём же, чтобы муж, не дай бог, не увидел солнечные блики на моей голове? Никогда больше не ездить вместе в отпуск к морю?

Нет, я согласна ходить с приличной головой на работу, в гости, в театр, на праздники и прогулки. Но не 24 часа в сутки всю оставшуюся жизнь! Когда я говорю шутливым тоном своим домашним, что побреюсь налысо и сделаю себе красивую татуировку, когда придёт время, у них начинается истерика. Я становлюсь для них сектанткой, кришнаиткой, психически больной, алкоголичкой, неудачницей… Ау? Я просто не хочу сдаваться! Не хочу прятать проблему под онкоплаточек, не хочу вызывать жалость. Не хочу прикрываться измочаленным париком, лишь бы посторонние «не догадались». Не хочу чувствовать себя увечной. Я же не изменилась, когда у меня началась тотальная «линька», так почему же не принять меня ещё в одном новом облике?

В каждой фирме, на каждом производстве есть люди, неугодные начальству и зачастую не шибко любимые подчинёнными и коллегами, которые, однако, жизненно необходимы для нормального функционирования компании. Начальству они портят красивые отчёты высокому руководству, постоянно чего-то требуют, да ещё и спорить осмеливаются. С коллегами не гоняют всё время чаи: у них, видите ли, работа! От подчинённых требуют исполнения — вот сволочи, не понимают, что ли, что и чаёк попить надо, и перекурить дело сперва?..

Это и бухгалтер, отказывающийся «по дружбе» подогнать цифры и уменьшить налоги, потому что это незаконно. И юрист, объясняющий начальству, что закон работает вот так, обойти его в данном случае нельзя и может быть очень плохо для компании. И пожарная служба, дающая по шее за курение в кабинете или запертый на цепь и амбарный замок аварийный выход. И начальник отдела, который отказывается принять на отдел дополнительные обязательства, потому что выполнить их в данный момент невозможно чисто физически и придётся потом платить неустойку.

Их много, неудобных людей. Некоторые не слишком одарённые руководители стараются от таких «принципиальных» избавиться. А чё, пока налоговая не наезжала, и клиенты не добивались через суд возмещения убытков, и пожара не случалось, и кое-как делали, не ломались — подумаешь, два месяца пахали сверхурочно и по выходным без дополнительной оплаты, а тут эти выкобениваются, чего-то требуют, спорят.

«Принципиальные» уходят. И почему-то через некоторое время после их ухода все начинает разваливаться. «Сглазили», «прокляли», «наверняка подгадил, сволочь, уходя!».

А я всего лишь скромный специалист по кризисным ситуациям. И меня очень задолбало приходить и видеть, что причиной кризиса стабильной некогда компании стало такое отношение к незаменимым, по сути, людям. Неудобным, да. Не всегда приятным, тоже верно. Но, увы, незаменимым.

Год назад женился на любимой девушке. У нас все отлично, недавно родился сын, почти не ругаемся. Но есть одно большое НО — при абсолютной адекватности во всех вопросах моя девушка имеет большой бзик — ей очень нужно, чтобы я называл свою тещу мамой. А я не могу. Моя мама умерла 5 лет назад после долгой болезни, она была единственным близким для меня человеком, одна поднимала меня после предательства отца и родственников. Я не могу называть чужую для меня женщину (хоть и очень хорошую) тем же словом, которым называл маму. А жена после каждой встречи с ее мамой устраивает скандал, объяснений не понимает, ни моих, ни тещи, которую вполне устраивает обращение по имени-отчеству. На все просьбы объяснить, почему для нее так важно, чтобы я звал тещу мамой, ответ один: «Тебе что, сложно выполнить мою просьбу?» Не знаю уже, что делать, ведь разводиться из-за этого глупо, жену и малыша очень люблю. Но и терпеть скандалы уже не могу. КМП.

Мне 17. Последние три года моя мама тяжело болеет. Врачи лишь руками разводят.Отец ушёл, вымотав нам все нервы. Первый год у неё были сильные головные боли, а сейчас отекают ноги и болит сердце (оно может внезапно остановиться и почти сразу же начать биться снова).

Я сама ухаживала за ней все эти три года и по мере возможностей, старалась не волновать. Недавно ходила с друзьями в клуб, там поругалась с подругой, пришла домой заплаканная. Как следствие — у мамы опять болит сердце. Я даже не пила там, она просто очень волновалась за меня. Рассказала, как плохо себя чувствует. И мне стало страшно. Страшно, что я однажды приду домой, и найду её без сознания (такое уже было).

— Я брошу университет и буду сидеть с тобой.

— Не смей! Ты должна доучиться, пока я у тебя есть. Иначе тебе придётся остаться одной.

Уже который день плачу после этих слов.

Сегодня проснулась в три часа ночи, вся в слезах. Снилось, что мама ослепла. Час отпаивала себя валерьянкой. Не могу так больше, боюсь её потерять. Ей всего 45. КМП.

Из любопытства залезла в раздел лучших историй сайта «Задолба! ли». В подборке за 2010 год натолкнулась на историю про ВС РФ. Автор спрашивает, не совестно ли командирам будет посылать «запасников» под пули, фактически на смерть, если вдруг случится война. Пусть и запоздало, но я хочу ответить автору: нет, им не будет стыдно. И я сейчас расскажу, почему я так считаю.

Некогда я работала волонтёром в фонде, который оказывает бесплатную юридическую помощь семьям погибших в армии солдат. Так вот, за время работы (а я сидела на телефоне и принимала звонки) я услышала столько историй про нашу армию, что, если у меня в будущем родится сын, я никогда не отпущу его служить. Долг Родине? Как говорится, что должна — прощаю. Мне ребёнок в цинковом гробу не нужен. И да, таких историй одна на сотню, но кто знает, кто может стать этой единицей?

Так вот, командирам не будет стыдно, потому что они сами губят детей, не дожидаясь войны. Знаете, сколько мальчишек погибло в армии от так называемых «неуставных отношений»? Сотни, а может быть, и тысячи. В мирное время. А как красиво сформулировано: «неуставные отношения». А знаете, что на деле в этом зашифровано? Изнасилование, вымогательство денег «дедами», доведение до самоубийства. И всё это происходит потому, что командирам наплевать на то, что творится в казарме. Новобранцу не имеет смысла жаловаться на сослуживцев. На жалобы просто закроют глаза: «Терпи, сынок, это школа жизни. Вот когда убьют, приходи».

Мне стыдно признаться, но до работы в фонде я и понятия не имела, какой ужас творится в нашей армии. Я, конечно, не была совсем наивной девочкой в розовых очках, но не думала, что всё настолько запущено.

Хотите ещё более точных примеров? Пожалуйста.

Однажды позвонила мама призывника и сказала, что вчера ей сообщили, что её сын покончил жизнь самоубийством. Часть очень сожалеет и приносит свои соболезнования. Мать была в шоке. Буквально пару дней назад она общалась с сыном. Он не был в депрессии или подавлен. Дома его ждала невеста, с которой у них были большие планы на будущее. Когда в части узнали, что мать хочет вместе с фондом узнать подробности, потому что не может поверить в случившееся, гроб с телом вскрыли и в таком виде привезли матери. Кто довёл парня до самоубийства — сейчас выясняет следствие.

А вот ещё пример. Парень умер от рефлекторной остановки сердца. Как заверял мать командир части, утром, когда взвод шёл на завтрак, солдат натолкнулся на впереди идущего сослуживца и умер. На деле же произошла драка, которая привела к смерти парня.

В другой истории родителям молодого человека сообщили, что их сын покончил с собой. Как выяснилось позже, над парнем несколько месяцев издевались трое сослуживцев — избивали, унижали, отбирали телефон и деньги. Закончилось всё изнасилованием. После этого парня нашли висящим на дереве в петле.

Таких историй за десятилетия существования фонда накопилось огромное количество. Если хотите, найдите их сайт — там есть подборка новостей по делам в судах, которые ведёт фонд.

И что тут говорить про готовность к войне? Нам и войны никакой не надо — сами друг друга переубиваем.

Да, командиры будут спать спокойно, делая парней пушечным мясом. Это же не их сыновья побегут на врага со штыком и одним заряженным автоматом на взвод. Сейчас командирам ничего не мешает спать спокойно — что же изменится?

Вышел покурить на балкон, увидел как два отморозка избивают пожилого мужчину. Позвонил в полицию, потом письменно давал показания следователю. Вызвали на суд как свидетеля. Суд переносил рассмотрение дела 4(!) раза. А на 5 я просто не приехал, поскольку был очень важный и срочный заказ на работе. Влепили достаточно приличный штраф за неуважение к суду. Позвоню ли я еще когда-нибудь в полицию, если увижу преступление против незнакомого мне человека? Нет, меня это не касается. Пойду ли я когда-нибудь свидетелем на суд? Нет, ничего не видел, ничего не слышал, ничего не знаю. И да, я равнодушная сволочь. ПМП.

Казалось бы, какая разница людям, как я сплю? А вот же!

Нет, муж любимый меня по этому поводу не достаёт, но спонтанных ночёвок у друзей никто не отменял, да и все родственники в других городах — приходится кататься в гости.

Я сплю без подушки. Правда. Правда-правда. Не надо ждать, когда я отрублюсь, и подсовывать её мне под голову, аргументируя, что «так удобнее». Мне не удобнее! И хорошо, если я успею проснуться и убрать её до того, как мою несчастную шею скрутит потянутая мышца. Плюс три дня растирания мазями шеи — спасибо. На фиг подушку.

Людей ещё смущает то, что я сплю неестественно. Я похожа на поломанного богомола, труп и инопланетянина одновременно (это самое запомнившееся, с чем меня сравнивали). Да, мне удобно спать, обернув руку «шарфиком» вокруг шеи (так высок шанс, что не подсунете подушку). Да, мои руки так сгибаются — мы пятнадцать лет с тобой знакомы, и ты в курсе о гипермобильных суставах. Да, моя рука отдыхает в положении выкрученного сустава, у меня локоть в две стороны гнётся, если что, ага. Нет, я сама себя не задушу ночью, не надо пытаться меня «распутывать». Какого чёрта ты меня вообще ночью трогаешь?

Ладно, согласна, это смущает друзей и родителей мужа, но ты, мама! Ты 28 лет в курсе моей «гуттаперчевости»! Сейчас-то что случилось, почему вы вдруг стали замечать, что я «странно» сплю?

Не могу сказать, что сильно, но задолбали.