Я родилась и выросла в Казахстане, но учусь в России и дома бываю редко. И в каждый из этих приездов мне приходится встречаться с горячо любимыми родственниками, большую часть из которых, будь моя воля, я бы вообще никогда в глаза не видела, но надо.
Я не буду жаловаться на бесконечные «О-о-ой, ка-а-ак ты похудела!», «Ну что, нашла там себе жениха? Как нет? А ну-ка признавайся, хватит врать!» и прочее, прочее, прочее… Нет, задолбало меня совсем другое. Моя специальность связана с довольно сложным иностранным языком. И каждый из родственников просто считает своим долгом воскликнуть: «А скажи что-нибудь!» или «А как будет [слово]?» Приходится отвечать. Так вот, меня задолбало то, что эти вопросы задаются исключительно чтобы поржать над тем, как звучит слово, повторить его, нещадно исковеркав, поржать ещё раз и потом ещё раз десять повторить исковерканный вариант.
Ещё есть категория тех, кто начинает возмущаться: «Зачем оно тебе надо, от этих китайцев нет никакого прока, делают одно говно, их же даже понять нельзя, чирикают свои „сяо-мао“, пишут не по-человечески…» — и дальше в таком же духе.
Грешит этим не только родня, но и почти все, кто узнаёт, что я учу язык. Но проблема в том, что постороннего человека можно легко и непринуждённо послать в далёкое надолго, а с родственниками это не прокатит: они оскорбятся на меня и на моих родителей за компанию, и виновата буду именно я.
Я не понимаю, почему именно такое отношение. Ну, учу я китайский, хочу поехать в Китай. Я люблю эту страну, люблю этот язык, и от ваших «остроумных» издевательств над ним у меня скоро кровь из ушей пойдёт. Давайте будем уважать другие языки и культуры, а?
Неделю назад, часов этак в семь вечера, курю на балконе. Смотрю на птичек, на людей внизу, думаю о вечном. Подъезжает машина, из машины вылезают отец, мать и их дочь лет четырёх-пяти. Мать отдаёт отцу сумки, берет за руку дочь, ведёт её аккурат к заборчику перед детской площадкой.
Замечу, заборчик этот условный: он, конечно, достаточно высокий, чтобы не перелетел мяч и не перескочила собака, но с достаточно мелкими прутиками, чтобы площадка не выглядела как режимный объект. Находится площадка внутри двора, то есть видна со всех окон П-образного дома и внутреннего проезда, по которому жильцы выезжают на трассу.
Так вот, подводит мамаша свою дочь к заборчику и снимает с неё штаны. Девочка делает свои дела, мать надевает на неё штаны, и они идут к подъезду того же дома.
Шесть часов, люди идут с работы, мамы гуляют с детьми, парочки бродят. Смотрю — прямо у подъезда пацан лет восьми стоит спиной к тротуару и справляет нужду. Я с мрачным видом прохожу мимо, преодолевая в себе желание подойти тихонько сзади и хлопнуть по плечу, чтобы он обоссал себе штаны. Думаю, может, бегает, гуляет, далеко до дома, не дотерпит. Захожу в подъезд. Следом заходит этот пацан и едет на верхний этаж.
Жёваный крот! Что за общественный туалет на улицах города?! Ладно, когда я была маленькой, я тоже бегала за гаражи. Но за гаражи! Там, где не видно ни сверху, ни сбоку! Я понимаю, когда припёрло в лесу, в парке. Но, блин, ты домой идёшь! У тебя в восемь лет недержание? Или ты, мамаша, думаешь, что твоя доча слишком мала, чтобы дотерпеть минуту в лифте и поссать в туалете?! Какого чёрта вы ссыте у всех на глазах? Вы в городе живёте, в столице, или в глухой таёжной деревне?
И потом вы, мамаши, возмущаетесь, когда у метро воняет мочой или когда изрядно датый мужик справляет нужду за остановкой. А чего вы возмущаетесь? Вы ведь своих детей так же воспитываете: пусть лучше лопнет моя совесть, чем мой мочевой пузырь.
Забирала сегодня пятилетнюю племянницу из детского сада. На мой вопрос о том, как прошёл день, племянница вдруг спросила, почему её так не любят воспитатели. Я, немало удивлённая, осторожно уточнила, в чём именно проявляется нелюбовь. Внятного ответа от ребёнка я добиться не смогла; пришлось обратиться за объяснениями к сестре, матери племянницы. Я не знаю, что в голове у воспитателей этого садика, но там явно не мозг. Причина нелюбви звучит так: «Мы не знаем, как с ней справляться».
Нет, моя племянница не хулиганка, не драчунья и не грубиянка. Она тихий воспитанный ребёнок с одним-единственным недостатком (по мнению воспитателей): она не спит днём. Во время тихого часа племяшка спокойно лежит в кровати, никому не мешает, не шумит, не будит других детей. Но тамошнюю воспитательницу вид неспящего ребёнка жутко раздражает, а потому детей, имеющих наглость бодрствовать, наказывают, не позволяя им играть после тихого часа с другими детьми. Этакая беспроигрышная схема: или спи, или слёзно вымаливай прощения у воспитателей (за что — непонятно). И тут у племянницы начинаются проблемы.
Дело в том, что для неё запрет играть — это не наказание. Нельзя к другим детям? Не страшно, она возьмёт «Заниматику» (книгу с кучей интересных задачек, загадок и головоломок), специально взятую из дома, и будет читать — и через 15 минут вокруг неё соберётся стайка ребят, желающих тоже порешать прикольные задания. Воспитатели в ярости. Пробовали отбирать книжку. Ребёнок начинал рисовать, что-то вырезать из бумаги. Ставили в угол. Племяшка спокойно простояла там до прихода матери и прямо в раздевалке ей это сообщила. После серьёзного разговора сестры с воспитателем племянницу в угол не ставили. Короче, девочка не кричит, не плачет, не вымаливает прощения — она находит чем заняться. Она не чувствует себя виноватой, а потому извиняться не станет. После фразы: «Я не могу заставить себя просто отключиться, я же не робот», сказанной во время тихого часа, ребёнка просто возненавидели. Её никогда не похвалят за рисунок или поделку, не помогут заправить постель, зато с радостью отругают за малейший проступок. Причём ребёнок искренне не понимает причину такого отношения.
Люди, называющие себя педагогами и ненавидящие детей, как же вы задолбали! Почему я должна объяснять пятилетней девочке, что она не сделала ничего дурного, просто воспитатели у неё — идиоты, что спать днём она не обязана, достаточно просто тихо лежать, что книжка — это не плохо, а очень и очень хорошо, что она нормальная, в конце-то концов!
Здравствуйте! А меня задолбали люди, советующие всем, кто не соответствует их стандартам красоты, умереть (исчезнуть, убить себя об стену).
Куда ни пойди, за тобой следят сотни глаз, для которых твой пресс недостаточно рельефен, грудь слишком тяжёлая, а бёдра — толстые. Не смей выходить на улицу без тонны макияжа на лице: это оскорбляет их чувство прекрасного, а проявившиеся после этого в огромных количествах прыщи как-нибудь залечишь. Не смей появляться на людях, не побывав предварительно в солярии. Рак кожи? И хуже болезни бывают. Весишь больше пятидесяти килограммов? Хватит есть, питайся только обезжиренным творожком — ну и пусть пропадают месячные и лезут волосы. В сорокаградусную жару можно ходить, только закутавшись с головы до пят, а то вдруг ты присядешь где-нибудь в шортах, а на попе останутся некрасивые пятна — как после такого твой зад разглядывать?
Казалось бы, не нравится что-то — не смотри. Но почему-то считается нормальным упрекать малознакомых (или незнакомых) людей в несовершенстве. Мне-то плевать на мнение других, со своими недостатками я борюсь настолько, насколько сама считаю нужным. Но вот когда моя младшая сестрёнка, наслушавшись таких вот умников, в очередной раз перестанет есть, лечить её от анорексии придётся не им, а мне и родителям, и тогда мне будет уже плевать на то, насколько «обществу сегодня нужны подтянутые спортивные тела».
С неуважением, девушка, которую привлекают исключительно пухленькие пареньки.
Привет! Ты теперь журналист? С очень красным дипломом? Ну, поздравляю. Позволь по-отечески приобнять тебя за плечо и поделиться кое-каким опытом.
Определился уже, где работать будешь? «На телике»? Отлично! Теперь все твои знакомые, друзья и даже члены семьи станут воспринимать тебя как истеричного идиота с разноцветным микрофоном в окружении таких же идиотов, пытающихся на бегу допросить какого-нибудь важного дядьку в дорогом костюме. Да-да, вот это «Имярек Имярекович, ответьте нам быстро, как нам всем дальше жить» — это теперь вы и есть. И пофиг, что с вами подобный типаж ничего общего не имеет — в сериалах врать не станут, все тележурналисты именно такие.
Если пристроишься на государственное или муниципальное ТВ, будь готов, что тобой будет талантливо руководить какой-нибудь старикан из советского прошлого, которому пара-тройка лет до пенсии. В журналистике он ни бум-бум, зато каждый твой сюжет обязательно будет засмотрен до дыр в поисках крамолы и десять раз согласован с куратором из администрации. И не вздумай пропихнуть в эфир отсебятину — старикану до пенсии три года, пожалей его.
Если грезишь свободой слова и мысли, попробуй отыскать недобитый независимый канал. Вот там уже можешь развернуться на полную — и про убитые дороги, и про здравоохранение, и про что хочешь. Но если посмел вякнуть, что есть ещё отдельные недостатки, что Родина пока не идеальна — всё, ты агент Госдепа, продался жидомасонам и ЦРУ, Обама каждый вечер лично приезжает на студию кормить тебя пельменями, а тексты к сюжетам за тебя пишет Псаки.
А может, ну его, это телевидение? Ещё живы кое-какие газеты — в стране остались люди, способные читать и даже понимать прочитанное. Обрастай бородой, клади ноги на стол и каждые полчаса запихивай в карманы очередную пачку благодарности за свою продажность. Снова говорю тебе: не смей спорить с сериалами, им там виднее.
Попробуй поработать в районной газете с каким-нибудь олдскульным названием типа «За высокие удои!». С утра до вечера к тебе не зарастёт народная тропа. Будешь чинить крыши и канализацию, бороться за справедливость и достойные пенсии. Не огорчайся, среди людей будут попадаться и те, кому ты действительно захочешь помочь. Потратишь две недели на общение с чиновниками, но всё-таки добьёшься жилплощади для несчастной многодетной семьи. Не обольщайся: не получишь от них никакой благодарности — ни «спасибо», ни в конверте. Хотя конверт с твоей зарплатой в 6 тысяч тебе точно не помешает. Но не судьба. А если провернёшь дело спокойно и тактично, не осыпая местную администрацию оскорблениями, ещё приобретёшь славу продажного подонка, лижущего разные органы власти.
Да, ещё ты станешь любимцем всех городских сумасшедших с их длинными письмами о спасении России от инопланетных захватчиков; тонко чувствующих поэтов, чьи стихи с рифмами «любовь — кровь» ты обязан опубликовать на первой полосе, иначе «до встречи в суде!»; бабушек, которым хочется просто поговорить, и плевать, что тебе срочно сдавать текст, — рискуешь прослыть невоспитанным хамом, не уважающим старость.
Ладно, бросай это дело, езжай в областной центр, там наверняка есть большой новостной портал. Будешь сидеть в офисе, гуглить информповоды, обзванивать постоянных информаторов и стучать короткие новости на главную страницу. Мой тебе дружеский совет: если после предыдущих мест работы у тебя осталось немного здоровья, побереги его — не читай комментарии к своим новостям и колонкам. Иначе узнаешь, что написал «пасквиль», «опус», «высер» — это любимые слова несогласных с твоей позицией. Если словарный запас комментатора ограничен, смысл твоей публикации непонятен, а высказаться ему сильно хочется, значит, ты написал «бред». Какое-то безграмотное чудо, не способное выразить мысль без мата, обязательно обвинит тебя в непрофессионализме. Будь готов, что под новостью об открытии детского сада начнётся срач на сто страниц про Украину и Великую Рассею, — не ищи логики и здравомыслия в головах этих существ.
Удачи тебе, мой юный коллега! Надеюсь, у тебя получится сделать этот мир чуточку лучше. С уважением, задолбавшийся «журналюга», «журнашлюшка», «продажная тварь», «придатель родины и пятая калона» и «представитель второй древнейшей».
Привет, друзья! Не могу сказать, что сильно достало, но захотелось высказаться.
Речь пойдёт о попрошайках сигарет. Да, именно так, о попрошайках. Мне не то чтобы жалко дать сигарету, но сама постановка вопроса порой вызывает желание дать не сигарету, а в морду. Мне за сорок, сто кило веса, борода, пузо, недобрый взгляд. Подходит какой-нибудь скубент лет двадцати: «Сигаретой не угостишь?»
Ну вот что такому сказать? Нет, не угощу. Для начала: к человеку в два раза старше желательно обращаться на «вы». Когда просишь, говоришь «пожалуйста». Сигареты вон там продаются. Заработай и купи. Кури дешёвые, если не хватает степендии на месяц. Не кури, в конце концов!
Простая математика: мои сигареты стоят сейчас 114 российских рублей. Отдавая попрошайкам ежедневно две сигареты, я дарю им 4161 рубль в год. Каждый может прикинуть подобную сумму для себя. Лучше женщине своей цветы купите или собачьему приюту пару тысяч подкиньте.
В заключение расскажу, как у меня стрельнули сигарету в славном городе Нью-Йорк. Чёрный парень сидел на ступеньках дома в Бруклине, мимо я с сигаретой иду. «Послушай, ты куришь, я тоже. Вот у меня есть 75 центов, выручи, дай сигарету!» — и, улыбаясь, протягивает три четвертака. Я ему сигарет отсыпал, денег не взял. Потом, когда кончились привезённые из дома сигареты и пришлось покупать местные, я понял, почему они так стреляют, предлагая мелочь: пачка стоит 13–16 баксов.
Вернулся на родину. Хочется послушать аргументы попрошаек.
На перекрёстке для пешеходов загорается красный свет, но не все успели дойти. Водитель машины, стоящей первой, пропускает идущих людей, одновременно слушая требовательное «бип! би-ип!» сзади.
Поворачиваю во двор. Слева и справа припаркованы машины, вдвоём не разъехаться, навстречу из двора уже кто-то едет. Пропускаю, а в это время кто-то подъезжает ко мне сзади, и сразу же раздаётся «би-ип!».
Возле дома в жилой зоне проходят люди, обходя занятый тротуар, сильно мешая очень занятому и торопящемуся водителю. «Бип!», конечно.
Трогаясь, заглохла машина с буковкой «У». Ну как тут не сделать «би-ип!бип-бип!», пусть понервничает ученик. Особенно весело, если он перед вами, и едете вы в подъём. Может, даже откатится — прикольно же.
Ладно, я знаю, что на правила забили. Не тратить время впустую — это, конечно, круто, но мне всегда казалось, что прежде чем быстро ездить и резво бибикать, хорошо бы научиться быстро думать. Так спокойнее. И тише.
Пока других задалбывает мировая несправедливость, расскажу о своём наболевшем.
Я высокого роста, с длинными ногами, хожу широким шагом. Думаю, я в этом далеко не уникальна. Часто бываю в магазинах, особенно крупных продуктовых. И в каждом, в абсолютно каждом из них повторяется эта история.
У входа я беру тележку — в магазине я бываю редко, но метко — и бодро двигаюсь в сторону нужных товаров. Некоторое время всё идёт нормально. И тут наступает ой. Ой-ой-ой, прям капец. Это моя нога опять встретилась с тележкой, точнее, с тем железным прутом, который соединяет её колеса.
Небольшое лирическое отступление. Вот у меня есть детская коляска, я об неё тоже регулярно бьюсь ногой, потому что в ней тоже есть такая деталь. Только в случае детской коляски это называется «ось», и она соединяет левое колесо с правым. Это логично, и биться об коляску не так обидно, хотя тоже больно. Но, уважаемые конструкторы магазинных тележек, на фига припаивать железную палку, которая просто соединяет две стойки с колёсами? Ваши колеса не сидят на одной оси! Они даже поворачиваться могут в разные стороны! А палка, тем не менее, есть в конструкции 99% этих самых тележек, включая даже самодельные (есть у нас такой магазин, где тележки вида «мы взяли обычную корзинку и сами спаяли к ней подставку с колёсами»). Я точно знаю, что не одинока в своей печали — эти палки, в отличие от остальной тележки, часто бывают погнутыми, с характерными вмятинами, да и среди знакомых есть пострадавшие от внезапно напрыгнувшей тележки.
Кстати, даже если предположить, что эта деталь — важный элемент, и тележка без неё далеко не уедет, ну почему, почему нельзя сделать, например, на неё толстую мягкую резиновую накладку? Чтоб покупатели не расслаблялись? Объясните мне, пожалуйста.
В общем, буду верить в лучшее, а пока оно не наступило, начну учиться семенить, как гейша.
С уважением, девушка с двумя непроходящими синяками посередине голени.
«Мир непрост», — гласит ретро-песня. Но так уж вышло, что сразу после рождения человек начинает адаптироваться к окружающей среде и внутреннему состоянию согласно гендерному признаку. Если у тебя яички — будь добр бриться ежедневно, уметь постоять за себя, зарабатывать деньги, и да — у тебя ещё кадык будет. А если у тебя вагина — будь добра содержать её в чистоте и здоровье, варить щи-борщи, рожать детей и наносить макияж. Утрированно, конечно. Но дико задолбали посты о том, что критические дни — это конец. Конец всем окружающим, а особенно бесчувственному сожителю.
У меня эти самые критические дни начались в 12 лет и сразу же стали сопровождаться дикими болями, рвотой, потерей сознания и прочими прелестями. В 14 лет я посетила гинеколога, который рассказал мне, что есть средства для уменьшения (а то и совсем для блокирования) болевых ощущений. За пару дней до часа Икс ставим свечки (в попу, да-да), не бухаем, не посещаем тренажёрный зал и всегда с собой носим но-шпу. За 20 лет выработалась чёткая привычка. Мне в голову не придёт ныть и лежать на диване в эти дни. Медицина шагнула далеко вперёд! А если вам удобно и выгодно пить травяной чай и лежать на диване и проклинать всех и вся — ваше право.
Или вот гневная тирада знакомой, что она родила ребёнка, а муж ей за это квартиру не покупает. Это же таинство, чудо, и второе по болезненности событие после сгорания заживо. Это, простите, кто такую хню придумал? Во время своих родов я, конечно, покрикивала. Да, больно. Да, очень больно! Но пафосно сравнивать с сожжением — это уж, простите, перебор. И так уж устроен женский организм, что боль после родов забывается быстрее любой другой, чтобы женщины снова и снова шли в роддом. Так что глупо сваливать свои капризы на то, что ещё не отошла от родов, особенно когда ребёнок уже ходит в школу.
Третья гражданка, сомнительной внешности и сварливого характера, обижается на мужчину, что он не дарит ей ежедневно цветы и айфоны, ведь она с ним спит — да спит так, что ни одному мужику не снилось! Любая дешёвая проститутка заткнёт тебя за пояс, возьмёт за это в разы меньше и не будет насиловать мозг.
К чему я это всё… У мужчин ведь тоже есть проблемы с их агрегатом, но они их крайне редко озвучивают. Умейте тоже сами бороться со своими недугами и лишний раз их не выдумывайте. Всем здоровья и добра!
Когда-то в СССР была одна из лучших систем образования в мире. Образование это получить было трудно, поступить в вуз очень сложно. Учиться нужно было, что говорится, по-настоящему. Писать контрольные, курсовые, делать чертежи, расчёты и лабораторные от руки, не имея ни интернета, ни специализированных компьютерных программ, ни вообще самого компьютера. Учёба занимала наибольшее количество времени, требовала огромных затрат энергии и сил. Не все могли позволить себе получить это пресловутое высшее образование. Кому-то не хватало умственных способностей, кому-то целеустремлённости, напористости, дисциплинированности. Кому-то было просто лень — проще было окончить десять классов и ни о чём не думать. Знания были вымучены, получены кровью и потом, а кадры, имеющие образование (а тем более высшее), ценились высоко. Специалист — это звучало! Интеллигенция!
Но закончилось то золотое время, рухнул Советский Союз, рухнул столь налаженный быт советской интеллигенции с дипломами о высшем образовании, рухнуло и само образование. Мы оказались в стране с купленными дипломами, с нерадивыми студентами, скачавшими очередную работу с просторов мировой сети, и преподавателями, берущими взятки и, как следствие, закрывающими глаза на всё это. Естественно, все эти «специалисты» вмиг оказались отбросами, которым действительно не время ставить условия. Теперь диплом ничего не значит, его может получить любой, особо не напрягаясь. Выпускники вузов встали в один ряд с выпускниками средне-специальных учебных заведений, училищ и даже с людьми, и вовсе не имеющими никакого специального образования. Теперь они перекладывают разные бумажки, делают звонки и прочую «работу» из серии «подай-принеси». Не студенты-практиканты, не студенты последних курсов, а люди, уже имеющее полное высшее образование. Что самое страшное — это не начальные этапы работы, а вполне себе самодостаточная должность «носителя кофе».
Не будем касаться проблемы образования как проблемы государственного масштаба. Всех этих студентов, учившихся абы как, а, по сути, просто проплативших своё обучение и не вынесших из альма-матер абсолютно ничего, действительно огромное количество, а возможно, и большинство. И негодование работодателей по поводу требований новоиспечённых выпускников понятно и даже оправдано. Но что делать специалисту, действительно специалисту, который учился? Учился по-настоящему, корпел над учебниками, самостоятельно выполнял задания, лабораторные, курсовые? Учился с большой буквы «У»? Сначала он негодует: «Как же, чёрт возьми, так? Я же так много времени потратил на своё обучение! Я так много знаю, а чего не знаю, тому легко научусь, и научусь самостоятельно!» Затем обижается: вот, мол, все сволочи и гады, не верят мне, что я специалист, не хотят брать без опыта. А затем и вовсе сдаются и просятся на работу хоть куда-нибудь, да хоть на какие условия, и работают на должностях «принести начальнику кофе и позвонить по поводу сегодняшней встречи». А все кругом и рады, да ещё попрекают: радуйся, что хоть такую работу имеешь, конкуренция-де вон какая высокая на рынке труда! И что делать, эти несчастные студенты и не знают…
В своей жизни я был человеком, который и нанимался на работу, и нанимал. Когда-то, после института, я тоже долго ходил по собеседованиям и тоскливо просил принять меня на работу по специальности хоть за какую зарплату, хоть на первое время за бесплатно. И меня не брали. Нужен был человек с опытом, или с красным дипломом, или с папой в Кремле, или с зелёными человечками на Луне… В общем, что-нибудь, да не то. Да ещё повсюду находились «доброжелатели», которые подтрунивали: мол, какой из тебя работник, ты ж ни черта не умеешь! И я поверил в это и совсем приуныл.
Но однажды на пути мне встретился один человек, профессионал в своей работе и гений в своей жизни. И он сказал:
— Запомни: ты — Дипломированный Специалист, ты потратил на это своё время, часть своей жизни, здоровье, нервы, силы и чего уж там — деньги. Ты — Специалист, не смей никому дать усомниться в твоих деловых качествах и профессиональных способностях. Ты — Специалист, ты продаёшь свои знания, интеллект, смекалку, умение выкручиваться из трудных форс-мажорных ситуаций, находить решения сложных задач. Ты — Специалист, ты такой же субъект рабочих и деловых отношений, как и все в этой организации, и вообще все вокруг. Ты — Специалист, не смей позволять никому давать тебе указания, не касающиеся твоей непосредственной работы. Не смей никому позволять усомниться в тебе, проявить недоверие, скепсис или иронию. Ты — Специалист, ты потратил немалую часть жизни на это, ты не платил, не списывал, не выпрашивал, ты сам выучился, сам получил это звание, так держи же свою голову высоко! Неси это звание гордо! Нет, не проси себе должность. Требуй! Должность, зарплату и условия, которые тебя устроят. И не должность «перекладывателя бумажек», а настоящую, ответственную, достойную тебя. Покажи, докажи, на что ты способен!
Побывав работодателем, могу сказать точно: из двух претендентов на должность я выберу того, кто, возможно, чуть меньше знает, но ведёт себя уверенно, заявляет о себе громко, знает себе цену и не боится озвучивать её, чем того, кто грустно бубнит себе под нос и печально смотрит в пол, хотя знает и понимает больше, а, возможно, и гораздо больше.
Специалисты! Именно так — с большой буквы «С»! Не просите! Требуйте себе хорошие условия и высокую оплату вашего, без сомнения, тяжёлого труда. Требуйте, не снижайте планку на рынке труда: это совершенно ни к чему нашей стране (это я как экономист говорю), в которой уровень жизни и так, мягко говоря, невысок.
А задолбало меня, в общем-то, только государство, которое, чёрт возьми, никак не может вывести наше образование на прежний уровень, не говоря уже об уровне международном.
