Я держалась, правда. Честно и долго. Я отлично понимаю, что никому не интересно слушать чужое нытьё и что это всё можно легко поменять, и мне сейчас расскажут, как именно.

Но увы, сейчас я действительно не могу ничего изменить, и остаётся лишь бессильно беситься и строчить постики сюда, чтобы выплеснуться хоть в пустоту.

Так вот. Меня задолбал подход и принципы работы в социальной сфере. Когда я искала работу, со мной связались из одной благотворительной организации, и пригласили на место соцработника. Эта сфера мне нравится, я умею и люблю работать со сложными подростками, я трезво оцениваю трудности и минусы этой работы, поэтому согласилась, особо не размышляя. Но дьявол, как всегда, кроется в деталях.

Хорошая работа, с моей точки зрения, это когда у тебя хорошая (или сносная хотя бы) зарплата, нормальные условия и адекватный коллектив. Мне все это пообещали прямым текстом, не предполагающим иных трактовок.

Ага, разбежалась. Зарплата сносная, да. Я три раза переспросила, эта ли сумма на руки и фиксированная ли это ставка. Меня уверяли, что все так. По факту, когда я получила почти на треть меньше, чем рассчитывала — большие глаза и «ну из суммы ещё же налоги вычли, и у вас там по часам сумма такая получилась».

Условия работы норм, конечно. Дети (определённое количество, не меньше, потому что это влияет на ставку), с которыми мы работаем, есть. У моих коллег. А свои группы я должна набрать сама. Как — мои проблемы. Ходить по школам, по домам, приставать на улице. Нет детей — ты не выполняешь свою работу. Меньше пяти детей на занятии — оно не засчитывается. Даже если я его провела. Но тех, кто пришли, отправить нельзя, это же дети! Работай, но тебе за это не заплатят.

Коллектив. Неплохой, да. Никто тебе не гадит и не мешает. И не помогает. Делаешь по заданию ивент для организации — делай, мне этого не надо, это твоё задание. Посоветовать, что и как, потому что я новый человек и не знаю, как оно все именно у вас — мне этого не надо. Тегать себя в отчётах и на фотках в соцсетях и орать, что вот какая мы команда, как мы все круто делаем — за милую душу.

Первый месяц я просто летала, приходила раньше, работала дома, придумала и сделала кучу всего, дети за мной хвостами ходят и сами (это подростки, на которых все жалуются) просят сделать и то, и другое, и ещё. Но потом оно начало вот так капать одно за другим, и сейчас я понимаю, что всё. Запал ушёл, мотивация исчезла, да и жить на что-то надо.

Вот так вот желание нести вечное и доброе, помогать людям, разбивается о жестокую реальность. Не знаю, это везде так, или я просто в особое дерьмо вляпалась, но грустно. Я смотрю на коллег, которые либо затюканные тётки, которые боятся что-то менять в своей жизни, либо модные чики, которых содержит муж, а они радуют себя осознанием, что вот, работают же, причём в такой благородной сфере. И да, именно они реально хоть что-нибудь пытаются и делают, тратя при этом чуть ли не больше, чем получают. А потом, стоит детям привыкнуть, они наиграются и уходят. Они реально примерно каждые полгода меняются, и я понимаю, что это будет происходить и дальше.

Я умею и хочу работать, но не могу себе позволить такое дорогое удовольствие. А кто может — не умеет, уже давно не хочет или «им этого не надо».

И это безумно печально и безумно задолбало.

Дорогой автор «Сказок для самых маленьких», вы поистине из тех, которых «начинают во здравие, а заканчивают за упокой».

Знаете, я тоже жил при СССР. На эту эпоху пришлись детство, юность и часть молодости. Так что могу рассуждать со знанием дела, опираясь на собственный опыт, а не на чьи-то рассказы.

Вы пишете, что утверждения автора той истории, которая задела вас за живое, про работу школьников в колхозе — чушь. Точнее (цитирую вас): «…вообще какая-то дичайшая чушь. Тоже училась в 80-е годы. В колхоз отправили один раз летом между 7 и 8 классом (кстати, за месяц заплатили 11 рублей — на то время гигантская сумма), и один раз уже в музучилище, после первого курса. Ни разу не слышала, чтобы кто-то ездил в колхоз в учебное время (кроме студентов, которых, в самом деле, отправляли туда в сентябре)».

Так вот, мой класс (правда, я учился с 71-го по 80-й годы) в сентябре-октябре в подшефные колхозы ездил РЕГУЛЯРНО. При том, что школа была одной из лучших в Союзе и имела право обучать по индивидуальным программам, подчиняясь напрямую Академии педагогических наук. Но от тяжёлого физического труда «на полях Родины» это не освобождало.

Собирали картошку, морковь, капусту, турнепс (кормовую репу, если не знаете, что это такое). И в хорошую погоду, и в холод, и под дождём. Работа порой была очень тяжёлая, особенно в грязь на «морковке», вот её выковыривать из глины — ещё то «удовольствие». Или капусту и турнепс под дождём — через несколько минут уже рукава насквозь мокрые, а если ещё дует холодный ветер…

Само собой, нам за эту работу не заплатили ни копейки.

Ничего, не роптали. Организмы были молодые, здоровые. Хотя и радости не было ни у кого, врать не стану.

И в студенчестве ездили на картошку дважды — после первого курса и после третьего. В первом случае был жуткий холод, а нас заселили в домики с тонкими фанерными стенками, построенными по принципу: «Чтобы пионерам летом жарко не было». О такой «роскоши», как горячий душ или сушилка для одежды, можно было только мечтать. Для умывания — пожарный кран (по утрам с него приходилось скалывать лёд, чтобы шла вода, естественно, тоже ледяная).

В результате, через неделю половина наших девчонок слегла — кто с бронхитом, кто с пневмонией, кто со специфическими женскими болячками. Только после этого примчавшиеся из столицы сотрудники деканата устроили скандал руководству колхоза и нам предоставили хоть какие-то мало-мальски человеческие условия.

Каким чудом вы ухитрились «ни разу не слышать, чтобы кто-то (из школьников) ездил в колхоз в учебное время» — одному богу известно.

Я, как и вы, тоже терпеть не могу, когда СССР и его порядки мажут одной чёрной краской. Тогда было и много хорошего. Но отрицать очевидное, уподобившись тому самому пресловутому страусу — задалбывает, знаете ли…

Когда взрослый человек убаюкивает сам себя сладкой сказочкой, это просто глупо.

Задолбал таргетинг в Инстаграме. Точнее, его отсутствие.

Всем пользователям этой социальной сети знакомы рекламные страницы, которые подписываются на других пользователей для продвижения своего продукта/услуги. Но по каким принципам они отбирают целевую аудиторию?

Вот моя страница. Что обо мне можно узнать, пролистав аккаунт? Что я девушка 20−30 лет, живу в Санкт-Петербурге, род занятий не определён, детей нет, увлекаюсь флористикой, периодически путешествую по России, иногда хожу по барам-ресторанам. В подписках, кроме лично знакомых мне людей, флористы мирового уровня, пара блогов врачей-эндокринологов, пара блогов с рецептами для определённой системы питания. Итак, кто подписывается на меня в Инстаграме?

Доставка цветов в Москве. Не, ну цветы я люблю, это вы поняли, но в Москве мне зачем? Фотограф из Пензы. Ага, это я геотег поставила, когда летом гостила там у родственников. Студия танцев в Великом Новгороде. Тоже геотег, мимо на машине проезжала. Врач-остеопат из Череповца? Внезапно. Центр раннего развития детей в Твери? Пансионат для пожилых в Тамбове? Оборудование для томографии в Рязани? Штооо? Как вы меня вообще нашли?

Некоторые из этих персонажей ещё любят подписаться, потом, увидев, что на них не подписались в ответ, отписаться и потом снова подписаться, чтобы опять всплыть в уведомлениях. Неужели непонятно с первого раза, что промахнулись с целевой аудиторией?

А есть ещё люди, которые комментируют фото для привлечения внимания. И обязательно надо оставить коммент типа «Супер фото!» или «Есть что-то особенное в ваших фотографиях» к самому тёмному и мутному кадру с заваленным горизонтом, который не имеет никакой художественной ценности и выложен ради геотега. Заглядываешь в профиль к комментирующему — ну да, очередное «продвижение страницы» или вовсе, прости Господи, какая-нибудь гадалка.

Не то что бы все эти подписчики вызывают какие-то сильные неприятные эмоции, но недоумение моё растёт и крепнет.

Зачем всё это?

У меня приятный голос. «Журчание ручейка», «звон серебряного колокольчика» или любая другая банальная метафора, которая пришла вам в голову, скорее всего, подойдёт.

Просьбы «позвать кого-нибудь взрослого» при звонке на городской телефон, а то и на личный мобильный, не задалбывают — веселят и служат своеобразным фильтром от спамеров.

Уверенных, что с таким голосом недопустимо материться, можно послать куда подальше.

От «тебе бы в сексе по телефону работать» легко отшутиться.

А вот когда меня представляют новым людям словами: «А это Настя, я о ней рассказывал, у неё просто отпадный голос. Настя, скажи что-нибудь!» — мне нечего сказать. Кроме как…

Вы в своём уме вообще?

Я хожу на pole-dance уже шестой год. Кто не в курсе — это акробатика на пилоне (шесте по-нашему).

И да, я не распутная молодая девица, а мать семейства и ответственный работник. И я вас уверяю, что со мной на занятия ходят такие же женщины, сотрудники налоговой, администрации, банков, магазинов, некоторые ещё и многодетные мамы. И мы ходим не за развратом, не для того чтобы удачно выйти замуж, а потому что это весело. В нашей простой и будничной жизни серьезных тёть так круто повиснуть «в птичке», сделать «супремена» или хотя бы просто впервые в жизни попытаться стоять на руках.

Да, в нашем городе есть йога, аэробика и другие, более благопристойные и подходящие нашему возрасту занятия, но это скучно и с теми тренерами, которые их ведут, абсолютно неэффективно. Мы никому не мешаем, честно пытаемся стать гибкими и набираем свои синяки, но меня задолбало отношение остальных. Я свои занятия не афиширую, но стоит кому-то узнать и первый вопрос о том, зачем мне это надо. Могут просто коситься и говорить, что их мужья этого не понимают.

Чего не понимают их мужья, и зачем мне их понимание почему-то не уточняется. Да что говорить, если мой папа предпринимал несколько попыток меня отговорить от «этих танцев», и даже предпринимал несколько попыток меня туда не пустить. А мне, минуточку, давно за 30, я замужем и живу отдельно. А мой папа чудесный и образованный человек. Что говорить о необременённых интеллектом людях. Мне, может, и ничего, но обидно за наших молодых девчонок, победителей соревнований, в том числе международных.

Да, pole-dance — это воздушная акробатика, и по нему есть соревнования. Девушки много работают для победы. Им негде показать свои умения, только на соревнованиях, они достойны уважения. И задолбали кривиться и ухмыляться те, кто ничего об этом не знает.

Попробуйте сами, раз это так просто!

Мне 40 лет, и всю свою жизнь я прожил "не для себя". Делал добро всем, кому мог, любая просьба - встаю и иду помогать. Ни у кого никогда ничего не просил, хотя трижды в жизни жил впроголодь. Всегда относился к чужим просьбам так: "Если просит человек - значит, ему жизненно необходимо." Всегда подавал нищим, ещё и потому, что понимал, что из сотни дармоедов там может оказаться один, кому реально нужно, и ему нельзя отказать. Всегда помнил, что есть другие люди, которым хуже, чем мне. Чужие интересы и дела я всегда ставил выше своих. За деньгами никогда не гнался, одеяло на себя не тянул.
И вот меня по-настоящему прижало. Так, что пришлось попросить помощи, впервые в жизни. Попросить помощи у всех.
И вот тут выяснилось - на всём свете есть ровно три человека, кому я нужен (моя жена, моя дочь и мой брат). И ни один из них мне помочь, по разным причинам, не может. Всё остальное деланное всю мою жизнь добро или породило паразитов-потребителей, или рассеялось. Помочь мне некому. Совсем.
Пристрелите меня, пожалуйста.

Бросил парень, когда узнал о моей беременности. Аборт делать не стала.
На четвертом месяце беременности встретила молодого человека. Такой любви и заботы я не получала никогда и ни от кого! Подарки, внимание, поездки, даже помощь по дому! Таяла и млела, думала, что мне его послал не иначе как сам Бог. Много раз его спрашивала, не смущает ли его моё положение, на что он спокойно отвечал, что всё это ерунда и всё преодолимо. От этого любила его ещё больше.
Мне рожать через месяц, и тут он, как ни в чём не бывало, спрашивает, не узнавала ли я, сколько надо в месяц платить за ребёнка. Я сначала не поняла, о чём он, думала, он с моего бывшего алименты стрясти хочет. Но нет! Оказалось, он думал, что я оформлю отказ от ребёнка! И пытался узнать, сколько по закону надо за него платить государству, пока малыша не усыновят.
Я в шоке!!! Когда через истерику я донесла ему, что ребёнок останется со мной, он начал орать, что чужого ублюдка воспитывать не собирается, что "ты ж нормальная баба, не дури, мне ещё нарожаешь", а если нет "то вали на все четыре стороны".
Сижу и плачу, не понимаю, за что так со мной судьба. КМП.

В тему «Как натянутый платок, гладко залитый каток».

Прочёл. Узнал. Задумался. Автор, вам пишет человек, попадавший в разные времена под все ваши категории.

Помните такие слова: «У этого человека было непреодолимое стремление создать себе оболочку, за которой он бы спрятался от реальности. Даже самое малое нарушение или отклонение от правил заставляли его волноваться»? Из рассказов Антона Павловича Чехова…

Так вот. Не преувеличиваете ли вы? Или люди не вписываются в картину идеального мира, и тем уже не правы, а остальное — мелкие подробности?

Знаете, наверное каждый раз, когда на катке было 10+ человек, я видел всех перечисленных вами. Правда, описал бы их иначе. В мире, в котором посчастливилось жить мне, люди, стараясь не мешать окружающим, как умеют, получают удовольствие на празднике жизни. Для многих поход на каток — нечастое и радостное событие.

Ваш рассказ навевает грустную картину… Вокруг носятся подростки. Кричат дети. Вон там, накатавшись, устав и сбившись в кучку, болтают друзья. Учатся новички, выбирая места, где не страшно. Кто-то хвастается новыми умениями. Парни выпендриваются перед девчонками. Кто-то умеет получать кайф от катания спиной и перебежек. Кто-то, насмотревшись на предыдущих, попробовал первый раз сам и упал. А вот слишком быстрый парень вернулся за отставшей компанией и в шутку возмутился: «Чо все навстречу то едут?!» Кто-то нарезает круги под музыку. Кто-то просто смотрит, ему тоже хорошо этим зимним вечером. Кто-то едет быстрее, кто-то медленней. Что странно, люди улыбаются. А посередине всего этого безобразия стоите вы. Вы задолбались. Стоите и всё запоминаете, особенно то, о чём там болтают.

Есть ещё такая не названная категория — дебилы и хамы. Например, человек едет спиной и даже не задумывается, есть ли там кто сзади. Или выскакивает на сногсшибательной скорости из-за поворота. Или подолгу в составе группы по предварительному сговору стоит посреди узкой, но оживлённой дороги. Или постоянно, громко и матом возмущается на ровном месте. Такие встречаются… к счастью их немного.

Хотя я за 30 лет ещё просто не успел ни в Питере, ни в Москве найти аналога того парка — филиала ада на Земле, где люди норовят друг друга подрезать; ощущение, что тебя сейчас собьют, не отпускает всю дорогу; дебилы и хамы — каждый первый; ехать навстречу при круговом движении — суровая норма жизни.

Если этот ад существует, бегите оттуда, есть нормальные места!

Ну здравствуй, дитя телевизора, задолбанное маршрутками!

Почему дитя телевизора? Да вот потому, что это как раз телевизор так активно насаждает упомянутые штампы типа «маршрутки это плохо», «в автобусе нужны ремни безопасности» — знакомые слова, усвоенные тобой с детства. И хотя в чём-то всё верно — и про убитый транспорт, и про шансон, и про многое другое, но некоторые вещи хотелось бы всё-таки отметить особо:

Во-первых, про сами маршрутки: в принципе в них нет ничего плохого ни в городе, ни в качестве междугороднего транспорта. Плохо, что убитые и замызганные, ещё наверняка и куча сломанных деталей, скрученных проволочкой или изолентой — это да, но это называется «бедность», а не «маршрутки».

Хотите «богатости», кондиционеров и чистых новых сидений? Да легко: стоимость билета поднимаем в несколько раз, и покупаем новый микроавтобус раз в год. Ах да, это же вам придется за билет платить, не 200 рублей, а 1000. Нет, не хотите?

Может быть, вы ждёте, что это государство вам даст новый, большой, комфортабельный автобус? Если хорошо попросите — может и даст. Но не три раза в день из райцентра в вашу глухомань, а один рейс утром и один рейс вечером. Ну или не утром, а как получится — потому что один автобус на десяток таких же глухоманей. Через год он начнет разваливаться, но на новый пока выделят бюджет, согласуют размещение и обслуживание — в общем, вы раньше оттуда свалите навсегда.

Были бы вы чуть постарше, помнили бы, как это было раньше. Маршрутки как раз и появились для того, чтобы заполнить собой потребность в транспорте: сделать перевозки почаще и подешевле, чтобы люди были готовы платить и платили. Не хотите, требуете убрать? Это запросто, запрещать у нас умеют, убрать несложно, но вот как вы потом ездить будете…

Второй интересный вопрос — про ремни в автобусе. Вы пробовали когда-нибудь ехать в автобусе, пристегнувшись как положено? Не 15 минут — а часами? Ну вот в следующий раз сядьте в маршрутке неподвижно и так и сидите всю дорогу, а потом расскажете, как оно. У водителя хотя бы мышцы работают — руль крути, педали жми, хоть немного, но тело движется всё время. Пассажиру хуже.

Но дело даже не в этом, ради безопасности и потерпеть можно. Вы видели серьёзные аварии с автобусами? Если коротко — «они не успели выбежать»: когда автобус загорелся, перевернулся в кювет и загорелся, застрял на переезде и был сбит поездом, слетел с серпантина в пропасть и т. д.

Автобус большой и тяжёлый, получить травму из-за того, что вылетел с сидения сложнее чем на Матизе, а вот не успеть выскочить из него, хотя бы в разбитое стекло, когда после серьезной аварии что-то загорелось — это запросто. Будет как в анекдоте: «А те, кто пристегнулся — сидели как живые». Спасибо, как-нибудь без меня, я лучше ногу сломаю, выбивая окно.

Ну и наконец, «водители все — фуфуфу». Извиняйте, какие есть, других не завезли. Когда завозят — вам тоже не нравится: внешность не такая, говорят непонятно, вместо шансона какой-то «балалай-лалай-лалай» слушают. Зато не пьют, нельзя им. А если местные — то это же ваши соседи! Да, вот такие, какие они есть. Не нра?

Ну попросите того кто нравится, пусть идет водителем работать. На хорошую зарплату. Которую будет получать за счёт продажи дорогих билетов на новый, качественный автобус… Хотя это мы сейчас возвращаемся к теме бедности населения.

Если вам всё это не нравится, ни машины, ни люди — остаётся один вариант: купить себе автомобиль и ездить, как хотите. Пусть он у вас будет новым, чистым, с кондиционером, возможно даже с личным водителем… Не можете? Нет денег? Да что ж такое, снова про деньги приходится вспоминать…

Вот только почему это я всё время на вопрос с деньгами выхожу, а вам всё просто так кто-то должен дать? Кто-то починит маршрутки, кто-то заменит их на новые комфортабельные автобусы, да рейсов побольше, кто-то посадит за руль молодых, симпатичных, вежливых водителей, слушающих исключительно Бетховена (не собаку)? Кто? Дед Мороз?

Никто, кроме вас! Либо прямо за ваш счет, когда лично вы заплатите за машину или за билеты, либо косвенно — когда вы заплатите налоги, а с ваших налогов вам купят автобус и наймут водителей.

А больше некому…

Меня задолбали москвичи. Нет, я им не завидую, нет, я не считаю, что «они деньги гребут, а мы работаем». Дело в другом.

Моя деятельность не требует непосредственного присутствия на рабочем месте. Поэтому я выполняю заказы, приходящие из самых разных городов и стран.

Так как проблем с деньгами нет, беру заказы по принципу «мне это интересно», а не «чтоб платили больше». Но всё-таки.

Когда приходит заказ из Нью-Йорка — я получаю за него ровно столько же, сколько получает за такой же заказ мой коллега из Нью-Йорка, Дели или Гаваны.

Когда приходит заказ из Киева — я получаю, конечно, намного меньше, чем за заказ из Нью-Йорка, но столько же, сколько мои киевские коллеги.

И так почти всегда: в Минске или Кито платят скромнее, чем в Токио или Тель-Авиве, но потому, что в этих городах эта работа стоит именно столько.

Но есть одно исключение: Москва. То, что там предлагают оплату ниже, чем, скажем, в Петербурге — я бы мог объяснить бедностью заказчиков (не все москвичи богаты), если бы не одно «но». Стоит мне утаить своё место жительства, назвав себя не воронежцем, а москвичом — цена моей работы внезапно возрастает. На мои недоумённые вопросы о невысоком гонораре мне несколько раз прямо заявляли: «Для регионов это неплохая оплата».

Так вот, дорогие мои маааасквичи. Оплата труда — она не «для регионов», она за работу. То, что человек не живёт с вами в одном городе не значит, что он готов хуже одеваться, хуже питаться или меньше ездить ради вашей экономии.

И экономия-то получается, на самом деле, липовая. Специалистов в моей области не так много, мы более-менее друг с другом знакомы. И я вижу, кто работает с Москвой. Да, эти люди, действительно стоят тех денег, а вернее — того отношения, которое вы предлагаете.

И не удивляйтесь, что, скажем, за заказы из Узбекистана или ЮАР за куда меньшие деньги берутся специалисты более высокого уровня, чем те, кто работает с вами. Хотите человека на половину гонорара — получите полуспециалиста.