Я работаю преподавателем немецкого языка, и меня задолбали гендерные стереотипы в учебниках.
В каждом втором учебнике обязательно есть отдельная глава, посвящённая различиям между мужчиной и женщиной. На любом уровне знания языка. И ведь нет чтобы позитивненькими фразами типа «женщины — хорошие хозяйки», «мужчины — мастера на все руки». Нет, ученикам предлагается обсудить такие важные стороны взаимоотношений, как:
женщины всегда болтают по телефону;
мужчины всегда смотрят футбол;
женщинам всегда нечего надеть;
мужчины не умеют слушать;
женщины не умеют парковаться;
мужчины не умеют готовить;
мужчина работает и устаёт;
женщина сидит дома и требует внимания.
И всё это — под юмористическим соусом а-ля «психологическое исследование неумения женщин парковаться», «опрос на тему „когда я в последний раз слушал свою жену“».
Я преподаю не в школе. Я учу немецкому людей, приехавших в немецкоговорящую страну и желающих остаться здесь работать и жить. И мне не смешно: я в ужасе от картины немецкого общества, которую рисуют авторы ведущих учебников известных издательств. Я лично знаю множество немногословных, всегда опрятно одетых женщин, выползающих на шопинг раз в год, и такое же множество внимательных, отзывчивых мужчин, не интересующихся футболом. И работающих женщин в Германии настолько много, что думать, что женщина тут сидит дома, просто абсурд, и любой иностранец это знает.
Зачем поддерживать эти идиотские, уже даже не смешные стереотипы? Если очень надо отработать словарный запас на тему различий, почему не поговорить о категориях «животные — люди» или, например, «дети — взрослые»? Можно найти кучу отличий, и никому не будет обидно: мои студенты (женщины-программисты и мужчины-повара) не всегда способны оценить шутку на тему безрукости мужчин и тупости женщин. Так же, как и счастливые отцы семейств из Бельгии не думают, что мужчины не способны поухаживать за ребёнком, как об этом сообщает учебник немецкого.
Зачем создавать эту искажённую картину мира в головах у учеников, которые хотят познакомиться с новой культурой и в результате видят лишь столетние стереотипы? Хотя все понимают, что стереотипы есть преувеличение и что всё это только наполовину правда, приятности уроку это никак не добавляет — кому приятно обсуждать это и оправдываться перед преподавателем, мол, твоя жена — не пустышка со шмотками, а ты — не неандерталец с пивом?
Мир кардинально поменялся, а учебники этого, видимо, не заметили и замечать не собираются. Выходят новые, красивые, яркие… со старыми клише. Причём над ними не предлагается работать: стереотипы представляются авторам чем-то вроде незыблемой основы мироздания, мол, ха-ха, столько недостатков у тех и у других, но так уж получилось, и поделать с этим ничего нельзя, будем ругаться дальше.
Видимо, придётся исключать из планы такие главы. Задолбалась «смеяться» над тем, что женщины — дуры, а мужчины — бездушные футболисты.
Офис у нас двухэтажный. Входная дверь на первом этаже, внутри лестница наверх — там я и сижу. По долгу службы приходится постоянно спускаться вниз, чтобы открыть дверь клиентам, благо они у нас бывают нечасто. Регулярно случаются ситуации простые и странные одновременно.
Звонок в дверь. Начинаю спускаться.
Снова звонок в дверь. Я уже на середине лестницы.
Снова звонок в дверь. Я уже иду по первому этажу. Про себя начинаю думать: уж не пожар ли там?
Шёл домой. Темно, а ещё фонари погасили, так что приходится вглядываться в темноту, освещённую только окнами домов. И вдруг — ослепительный, ярче солнечного, свет бьёт по глазам. Слёзы, резь в глазах, полная потеря ориентации. Что это? Атомный взрыв? Осветительная бомба, разорвавшаяся во дворе?
Напрягаю остатки зрения и понимаю: это был всего лишь фонарик. Всего лишь? Мощнейший сфокусированный луч, как у прожектора, упал на стену дома и, рассеявшись, осветил двор не хуже уличных фонарей. Да, теперь есть такие светодиодные фонари. Раньше они были доступны только спецназу, полиции и спецслужбам, а теперь их делают китайцы и продают за каких-нибудь несколько тысяч рублей всем желающим без всякого разрешения. Безопасность для здоровья, ограничения на интенсивность светового излучения? Плевать, главное, чтобы покупали. И покупают — в том числе и дети.
А зрение так до конца не восстановилось, пятна плавают. Записался к окулисту.
Говорят, древний человек не понимал связи между получением удовольствия и рождением ребёнка через девять месяцев после бурной ночи. Говорят, если ребёнку в возрасте 2,5–3 лет показать комикс, где мальчик бежит, спотыкается о камень и падает, ребёнок скажет, что виноват камень — подвернулся не вовремя под ногу. Мы вроде современные взрослые люди, а вот поди ж ты.
— Ой, прости, что опоздала — пока из дома вышла, уже такие пробки! Проклятый московский трафик, и куда только их всех несёт!..
А чего из дома-то поздно вышла? Что, надо было сумку собрать и сапоги почистить? А с вечера не судьба? Нет, конечно, виноваты пробки.
— Котик помер! Сволочи ветеринары — кучу денег содрали, а так ничего и не сделали!
Кота жаль, старик, да. Что ты говоришь? Он две недели назад стал грустный и начал от корма отказываться? Так чего же ты ждал две недели? А, работал… Понятно, сволочи ветеринары.
— Ты представляешь, опять пришлось весь день в налоговой провести! Они там у себя не могут из одного отдела в другой передать, что задолженность погашена! Чтоб им пусто было, этим бюрократам!
Подожди, тебе в прошлый раз инспектор разве не сказал, чтобы ты сам дозвонился во второй отдел и передал им все сведения, чтобы они сняли отметку о задолженности? Ах, сказал, но ты решил, что у них там «компьютерная система и всё должно быть связано»? Клятые бюрократы.
Я живу с твёрдой уверенностью, что 99% случающихся со мной мелких и крупных неприятностей — результаты моих косяков. Именно поэтому у меня этих неприятностей с каждым годом всё меньше. Друзья, я не пытаюсь вызвать у вас ненужное чувство вины. Я лишь хочу, чтобы вы научились видеть последовательность событий, различать истинные причины происходящего — и избавились от многих проблем, «почему-то» преследующих вас в этой жизни. Потому что, ребята, честное слово, пока в ваших бедах виноваты пробки, погода, начальство, президент и всё остальное, на что вы не можете повлиять, вы беззащитны. Берите уже свою жизнь в свои руки!
Когда меня попросили выйти на замену в магазин, где основной товар — лампочки, я сильно опасалась мужского шовинизма, памятуя, как ворчал дедок, не найдя в смену моей предшественницы лампочек по цене своего босоногого детства: «От чё бывает, когда баб работать понаберут!» Но просили очень, и я пошла. Вообще, я чертовски отзывчива, особенно когда мне денег обещают. Решила, ежели чё, глазки наивно таращить, ресничками хлопать и с придыханием тянуть: «Какой же вы у-у-умный! Касса у нас вон там».
Реальность оказалась, как обычно, непредсказуемой. Мужчины — вы же в своей стихии просто прелесть что такое! И сами всё объяснят, что им нужно, и подадут, ежели видят, что я до полки не допрыгну, и — «Девушка, вы говорите, говорите, я всё равно за ними пришёл и именно их куплю, просто смотреть на вас приятно». Спасибо вам, дорогие!
А теперь женщины. Вот тут то меня и настиг шовинизм в всей своей накрашенной сучности.
— Девушка, а что, мужчин здесь нет?
— А вам лампочки или замуж?
— Ну у вас же нет технического образования!
— Открою вам секрет: у наших продавцов-мужчин его тоже нет, а у одного так вообще — философский факультет, и, исходя из полученных там знаний, всё тлен, мы все умрём. Зачем вам лампочка?
Самый логичный аргумент: «Ну вот я же в лампочках не разбираюсь!» Блин, неужели способность отличить светодиоды от лампы накаливания напрямую зависит от наличия или отсутствия яиц в штанах?!
Едем дальше. Тётенька два часа (засекали) выбирала из десяти лампочек одну, послушала меня, директора, позадавала наводящие вопросы, совершала отвлекающие маневры в сторону других полок, отцарапывала несуществующие заусенцы с пластика, протирала всё тряпочкой, сравнивала по весу (честно)… «А чтой-та у вас в них диоды как-то не в ряд?» Короче, два часа тётенька у нас при деле, лишь бы не плакала. Взяла лампочку.
Пришла на следующий день. Думаю, сдавать — ага, щас! Ещё одну: та понравилась. И понеслось по новой. Я мужа себе так не выбирала, как она эти лампочки. (А зря: я вот уже разведённая, а тётенька при лампочках ещё долго будет.) Определилась, проверяю её избранницу, а аппарата у нас два: один — шайтан-машина, в которой нужно цоколем пошуровать, чтоб всё состыковалось и загорелось, в другую сунул — ничего не загорелось, но запищало. В целях скорейшего избавления сунула лампочку во второй агрегат — пищит, пакую. Тётенька всполошилась:
— А почему это вы мне вчера её так не проверили?
— Вчера проверила другим — рабочая же? Вы же сами сказали, что дома во все патроны её посовали для интереса и внутренней гармонии по фэн-шую.
— Нет! Проверьте щас этим! — и достаёт вчерашнюю лампочку.
Я слегка удивилась такой нежности и нежеланию расставаться с нашим товаром, но, вспомнив все муки её выбора и содержимое своей сумки, угомонилась. Сунула лампочку — молчит, зараза! У тётеньки паника:
— Почему она не пищит?!
Сую в другой аппарат — горит.
— Работает же?
— Работает, но не пищит же!
— Женщина, вам нужно, чтобы лампочка работала или у нас здесь пищала?
— Оформляйте возврат! Дайте мне ту, которая пищит!
Я никогда не любил журналистов. Прежде всего за то, что переврать они могут всё что угодно. И перевирают, как правило, постоянно. Не знаю, кому там в угоду — властям ли, деньгам ли. Из белого чёрное сделают запросто. И делают сплошь и рядом.
Товарищ рассказывал: приехали журналюги во двор дома снимать дворняг. Собаки ухоженные, играют с детьми, никого не трогают. Вечером он был в шоке, когда в новостях показали сюжет про озверевших диких животных, которые никому не дают прохода.
У меня давно сложилось стойкая жизненная позиция, что журналист — это синоним продажности и скандальности.
Мало того, вы обращали внимание, какой вой поднимается, если кого-то из их племени обидят или, не дай Бог, убьют? Это становится гвоздём всех новостей (и надолго), будто бы и других проблем в стране уже не существует. Мало ли кого там убивают, насилуют — журналюгу обидели!
До некоторых пор я не любил журналистов заочно. Всех сразу. Не было в моем близком окружении представителей этого племени. И не так давно в социальной сети я некоторое время общался с одним журналистом. Мне очень хотелось ошибиться, признать, что мои прежние взгляды на жизнь ошибочны. Однако не сложилось…
Мало того, что человек этот оказался скандальным, любителем копаться в чужом белье и оскорблять всех, кто ему перешёл дорогу. Человек, который профессионально должен соблюдать чистоту языка, пишет с ошибками. Я могу понять опечатки через слово — ладно, быстро печатает, бывает. Но можно хотя бы исправить сообщение, просмотрев его перед отправкой? Нет, не удосуживается. Отсюда вывод: глубоко наплевать на собеседника.
Человек, изучивший лингвистику, филологию, правописание, в конце концов, выдаёт фразу: «Вы пишите и рассказываете мне о том, что…»
Я бы совершенно не обратил на ошибки внимания, если бы их делал простой собеседник. Да ради Бога, все мы люди, к каждой мелочи придираться некрасиво (да и незачем). Не все из нас филологи и лингвисты. Но это пишет профессионал! Это как если бы я поставил розетку и оставил бы торчать из неё оголённые провода.
Когда-то я услышал фразу в интервью с Олегом Янковским: «Если бы выдавали лицензии на отстрел журналистов, я бы купил её первым». Фразу я эту буду помнить очень долго.
Здравствуй, продавец популярного радиотехнического магазина! Вот тебе инструкция, как задолбать себя и окружающих.
С самого утра нацепи на себя рожу «Я б–г, а вы все…» — и далее по тексту. Покупатели ведь не за товаром пришли, они пришли осознать свою никчёмность.
Увидев выбритого молодого человека с бледной кожей, лёгким красноглазием и при галстуке, реши, что это студент, не стоящий затраченных усилий. Информацию даже о наличии товара выдавай даже не байтами — битами, в односложных формулировках, дабы студент поскорее отвязался. То, что на деле этот человек вполне может оказаться опытным инженером одного из ведущих предприятий области, который не проснулся после двух часов сна в сутки и принял необходимое лекарство с побочным эффектом торможения ЦНС, тебя не должно волновать. Также тебя не должно волновать, что при следующем заказе (в том числе для предприятия) молодой человек предпочтёт другой магазин. Альтернативы есть, причём более дешёвые, пусть и менее удобно расположенные.
Лебези и пресмыкайся, заворачивайся ужом перед симпатичной блондиночкой, следующей в очереди. То, что она — инженер, не уступающий предыдущему, причём с того же предприятия, тебя тоже волновать совсем не должно. Ах да, дико огорчись, что даже улыбки не обломилось.
Огорчённый, подожди, пока дама-бухгалтер, держащая в руках хорошо различимые накладные, мирно простоит всю очередь к тебе. Работай нарочно медленно и лениво, дабы покупатели осознали-таки свою никчёмность, если этому не помогла рожа. Скажи даме, что ей не к тебе, а в буквально спрятанный при очередной перепланировке отдел выдачи заказов.
Долго думай, почему с утра люди ожидают от тебя зачатков телепатии. В самом деле, почему бы заранее не определиться с тем, что им надо? Вот только зачем тогда им ты, продавец-неконсультант?
Только так ты удовлетворишься тем, что плохое настроение не у одного тебя. Поздравляю, квест выполнен. Задолбал.
Ах да: огромное спасибо второму продавцу, который без заскоков выяснил, что от него надо, и быстро предоставил требуемое. Только благодаря таким ваш магазин ещё держится. С неуважением к первому и с уважением ко второму, тот самый инженер.
Тут была парочкаисторий от задолбавшихся работников света и музыки в театре, которых, в принципе, понять можно. Ну, а меня задолбали сами эти работники.
Я танцую, преподаю, и мы очень часто выезжаем на различные соревнования. Там участвует больше 50 коллективов, каждый с несколькими танцами. Понятное дело, что никто не будет для каждого номера готовить свой свет. И тут приходит госпожа креативность. Ребята никак не могут понять, что нет никакого смысла пытаться поймать в кружок света солистку, не зная ни одного перемещения по сцене — они просто бегают этим ярким пятном, выхватывая отдельных участников и полностью скрывая других от лиц судей. Могут внезапно включить дискотечный мигающий свет, при котором абсолютно не видно, ни какие движения делает коллектив, ни как они стоят. Особо одарённые вообще могут выключить свет посередине, нисколько не заботясь о том, что в танце сейчас сложное перемещение, и в полной темноте на незнакомой сцене найти своё место трудно даже профессионалу, не то что детскому коллективу, который, может, пятый раз в жизни видит сцену. Кстати, многим детишкам всего 4–5 лет — они ходить-то не так давно научились.
С музыкой тоже всегда проблемы. На последнем концерте ответственный за музыку решил, что сначала надо включить потише, а только потом постепенно нарастить громкость. К сожалению, сама музыка изначально играет тихо, и мы просто не услышали за рёвом зала, что она началась. Пришлось сидеть две минуты на сцене, пока там не поняли, что что-то не так, и надо включить сначала. Потому что начинать с середины, где уже сменился рисунок танца, просто невозможно. Кто-то считает, что точно запомнит, кому музыку надо включить, пока коллектив за кулисами, а кому — когда они вышли на сцену. Начинается музыка, пока мы выходим — отлично, впечатление у судей уже испорчено.
Отдельной песней идут ведущие, объявляющие выход. Путают имена, фамилии, название коллективов, названия песен. «Just Dance» с лёгкой руки безграмотной тёти превращается в «Jazz Dance», и судьи пытаются понять, каким боком попсовая современная композиция превратилась в джаз. А ведь за участие коллективы платят собственные деньги.
Прошу вас, креативные, выключите свою самодеятельность. Правило «чем проще, тем лучше» — это как раз для такой «потоковой» работы.
За всю жизнь наталкивалась на множество неадекватных продавцов. И на хамло в футболке с надписью «Всегда рады вам помочь», посылающее покупателей в пешее эротическое, и на торгашек, орущих на мою маму: «Это же не ваш размер!», когда мама выбирала мне, тогда ещё семилетней, цветные колготки, и на кассиршу в местном супермаркете, возвращающую деньги за тухлый сыр со словами: «Если в следующий раз чек не возьмёте, деньги не дадим», подразумевающую торговлю тухлыми продуктами абсолютной нормой.
Но одна девушка, которую мы с мамой встретили, когда мне было всего лишь пять лет, намертво въелась в мою память и до сих пор вызывает широкую улыбку.
Ходим с мамой по рынку. На уровне моих глаз прилавки, вешалки, пятые точки покупателей, прогуливающихся по торговым рядам. Ищем мне перчатки. Мама останавливается возле магазинчика, где сидит молодая светлая девушка и что-то вяжет. Мама спрашивает:
— Перчатки трикотажные на девочку есть?
Девушка с глубоким сожалением отвечает:
— Нет, перчаток нет, извините.
Не успеваем продолжить движение и на два метра, как слышим сзади крик:
— Стойте, стойте!
Возвращаемся, думая, что девушка нашла-таки какие-то перчатки. Но её заявление повергает нас в хохот:
— Перчаток нет, но вот, смотрите, есть носки с пальчиками!
Да, безусловно, нам неважно что — лишь бы на какие-нибудь пальцы натянуть!
Я студентка, проходящая практику в школе. И я задолбалась.
Нет, речь пойдет не об учениках или учителях-предметниках — с ними мне повезло. Даже групповые методисты, которые сами не знают, чего хотят, не задолбали. Казалось бы, полнейшая идиллия. Но неумолимо приближается необходимость сдавать отчёты. И тут появляются они — мои любимые однокурснички.
Нет, дорогая L., я не собираюсь игнорировать нашего общего методиста только потому, что твоего царского времени не хватает на то, чтобы несколько раз в неделю помелькать в стенах школы. Я хочу отработать практику сейчас, пока есть время и возможность, и позволить себе расслабиться (да, мне тоже это нужно, представляешь?).
Нет, М., я не поделюсь материалом, от которого ты презрительно отмахнулась месяц назад, когда я предлагала помощь. Что, сама не в состоянии найти? А я предупреждала, что контент непопулярен, искать проблематично. Но мы же самые умные… Так что сама, милая, сама. И передай то же самое N.
«1 новое сообщение». О. Вспомнила о моём существовании? С чего бы? А, до тебя к октябрю дошло, что началась практика… Кто твой методист и где найти требования? А что ты делала на конференции? Ах да, как же я забыла: твой гомерический смех аккомпанировал выступлению педагогов. Уж прости, в мои обязанности не входит помнить полный список методистов и прикреплённых к ним студентов. То же относится и к Р. Слушать надо было.
И дело не в том, что я зануда и педант с синдромом отличницы (скорее наоборот, редкий разгильдяй), жмот, эгоистка, неспособная думать о комфорте других. Просто в остальное время для вышеупомянутых людей я — та самая Света, которой нету. Тот факт, что с L. мы общались какое-то время вне университета, не отменяет её судорожных попыток избавиться от моего общества в присутствии однокашников (как же, ведь общение со мной — это потеря статуса!). Я уже молчу о систематически игнорируемых просьбах прикрыть меня и ответе «не знаю» на любой вопрос. Что касается M. и N., за предыдущие несколько лет их высочества не удостоили меня ничем, кроме презрительных взглядов. Общение со мной О. продолжалось ровно до тех пор, пока до неё не дошло, что самоутверждаться за счёт человека с более высоким интеллектом — не лучшая идея. Р. — отдельная тема. Упомянутое «Слушать надо было» использовалось в качестве ответа на каждый мой вопрос все предыдущие годы. И таких примеров предостаточно.
Ребят, я вас разочарую: от внимания ваших царственных особ я не описаюсь кипятком и не побегу на радостях исполнять все ваши прихоти и строчить за вас отчёты. Статус невидимки меня вполне устраивает. Оставьте пустое место в покое.
