Здравствуйте, онлайн-консультант магазина! Это я задалбываю вас тупыми вопросами о цене, написанной крупно в каталоге. Да, я знаю, что это выглядит глупо. Но я и сама задолбалась.

Покупать в интернет-магазинах приходится часто. Нахожу через поиск не особо распространённый товар. Скажем, шерстяные носки для моего ручного песца. Магазин, где это продают, я вижу впервые. Но цена указана, она меня устраивает. Цена за доставку тоже указана, впрочем, выше определенной суммы доставка бесплатна, а носки эту сумму стоят. Оформляю заказ, доставку. Откладываю нужную сумму на стол, чтобы дочь оплатила, и спокойно ухожу на работу. Будни ведь никто не отменял. В 11 приходит SMS от магазина, что заказ выполнен и цена на него такая-то.

Ой, что это? На 200 рублей больше отложенного?

Звоню. Спрашиваю, мол, как же так? Может, доставку по ошибке платную посчитали? А из магазина и отвечают: извините, инфляция, цена в каталоге старая. А как же они делают, если предоплата? А оформление через корзину с предоплатой отключено, только после подтверждения.

Покупаю штаны для любимой рыбки. Нашла их уже в другом магазине. Но я уже учёная, смотрю внимательно. Спрашиваю онлайн-консультанта про цену; она, видимо, удивляясь моей тупости, копирует ту же цену, что в каталоге. Спрашиваю о доставке… Ой, а вот тут сюрприз: штаны до бесплатной не дотягивают, а доставка на 100 рублей дороже, чем указано на сайте. Инфляция же, курьер тоже кушать хочет. А на сайте обновить девушки не умеют, это же уже не сама база данных!

И если первый случай, хоть я и сталкивалась с таким несоответствием реально, редок, то второй — уже не очень.

Да, большинство магазинов указывают точную информацию. Но, увы, не все, а я лучше спрошу консультанта заранее, чем узнаю об этом, уже оформив заказ. Так что, уважаемые онлайн-консультанты нормальных магазинов, не сердитесь! Просто подумайте: может быть, хотя бы часть спрашивающих вас раньше напарывались на устаревшие цены?

Я гитарист, располагаю электрогитарой и акустической. Само собой, на любом застолье, на любых посиделках просят сыграть.

То, что я делаю акцент на технику игры, импровизацию, мелодию и инструментальные композиции — фигня для девочек. То, что я не умею петь, у меня тихий голос и небольшой страх публичных выступлений — жалкие отмазки, я же вредина, просто выпендриваюсь.

Разумеется, я знаю все любимые песни 6743565-й военной части призыва 1986 года, которые играл какой-то лысый солдат, которого я просто обязан знать наравне со звёздами шансона (читай: блатняка) и поэтами-песенниками с самого края света. Вне всякого сомнения, я получил эти мозоли на пальцах, разучивая «Мурку» с «Батарейкой».

Ладно, уговорили вы меня порвать всем душу, раскачать эту ночь, я играю эти аккорды, стараюсь попадать в ноты, держаться достойно на публике, выразить чувства поэта: он же наверняка написал эти строки, чтобы люди прониклись, пережили то же самое. Для этого я вспоминаю всё, что когда-либо слышал о выразительности, даже немного об актёрской игре.

Во всех фильмах момент, когда музыкант берёт первые аккорды, такой волнительный. Право же, я, такая бездушная скотина, могу и прослезиться! Наверное, я такой лох или так искусно сливаюсь со стеной. А может, моя музыка сразу же попадает к вам в сердце на века? Просто я не знаю, как можно пить, есть и обсуждать рыбалку, машины, политику, детей, спорт, сериалы, образование, цены, кулинарию, садоводство и прочее, пока для вас кто-то играет. Кто-то, кого вы минуту назад просили это сделать. Вам ведь жуть как хотелось, откуда такие перемены? Радостные завывания от знакомых аккордов — максимум, на что я могу рассчитывать?

Не спорю, бывают слушатели, ради которых я репетирую каждый вечер: один мальчик, не отрывая взгляда, внимательно прослушал песню длиннее трёх минут, это было просто волшебно, энергия от исполнителя к зрителю и прочее… Но даже когда я рву душу перед ними, максимум, чего я удостаиваюсь, это: «О, ты уже всё? Ну, круто».

Грустно, когда твой труд не ценят.

Кстати, на это тоже жаловались друг другу, пока я гордо исполнял свою первую композицию.

А меня задолбал брат Капитана Очевидность — Майор Надо Было.

Поскользнулась на улице и рассадила локоть? Надо было под ноги смотреть!

Капнула соком на белую блузку? Надо было пить аккуратнее!

Не повезло со школой в детстве? Надо было честно сказать учителям! Надо было поговорить с одноклассниками! Надо было переводиться!

Милый майор, я верю в твои могучие коммуникативные навыки, но послушай сюда.

Когда учитель называет тебя «тупой колхозницей», причём только за то, что ты имела наглость приехать из своего города в другой, чуть побольше, говорить с этим учителем по душам отчего-то не тянет.

Когда учитель комментирует твою заслуженную пятёрку за централизованный тест словами: «Вот, учитесь у Петровой. Мозгов нет, зато везучая. Это ж надо было из ста вопросов девяносто пять угадать!», не знаешь, к кому идти за справедливостью, ведь этот учитель — завуч вашей школы.

Когда классная руководительница рвёт в клочья твою тетрадку, не объясняя причин, ты перестаёшь понимать, что происходит. Когда она же даёт тебе пощёчину твоим дневником за то, что он не заполнен на неделю вперёд, начинаешь сомневаться в адекватности происходящего.

Когда твои одноклассники радостно дразнят тебя «дебилкой», «тупорылой» и «имбецилом» — что с них взять, особенно если они повторяют это за учителями?

Когда родители, бывшие спортсмены, никогда не позволявшие себе слов «не могу», требуют от тебя быть борцом и не сдаваться, не знаешь, у кого и как вымаливать перевода в другую школу.

В шестом классе проблематично самостоятельно перевестись в другое учебное заведение. В седьмом, восьмом и девятом — тоже. Вот потом начинается техникум или колледж — там уже легче. Потом институт и работа, ты сам всё за себя решаешь.

Я не озлобилась на всех и вся. Я не ворочу нос, когда встречаю на улице одноклассников и учителей. Я не коплю злобу на родителей, которые когда-то не поверили моим жалобам и слезам. Я не считаю, что школа — это вселенское зло, которое следует искоренять. Но, пожалуйста, не рассказывайте мне, как «надо было» поступать тогда, пятнадцать лет назад.

Надо было искать выход? А я его видела. Единственным выходом был выпускной. До которого я таки добралась.

Морали не будет. Я сочувствую всем, кому не повезло со школой. Я рада за всех, кто вспоминает о школьных годах с умилением. Задолбал меня один только Майор Надо Было.

Некоторым начальникам быть начальниками не надо. Не надо потому, что у них напрочь отсутствуют способности к руководящей работе. К сожалению, это не всегда понимают даже неглупые люди. Меня это удивляет: ну ведь никто не ожидает, что на оперной сцене будет петь человек, лишённый музыкального слуха (хотя в нашей чудесной стране и такое может случиться). Конечно, музыкальный слух можно развить, но до определённого предела, позволяющего разве что спеть караоке. Так вот, о руководителях, которые совсем не руководители. Один из них — директор, он же собственник нашей небольшой фирмы. Точнее, директор он именно потому, что собственник. Человек неплохой сам по себе: демократичный, порядочный, прекрасный специалист. Но при этом просто ходячий пример того, каким не должен быть директор.

Во-первых, если тебе проще сделать работу самому, чем заставить сделать её рядового специалиста, которому, конечно же, нужно объяснять, которого надо контролировать и направлять на путь истинный — ты не руководитель. Есть у нас в фирме сисадмин Степан: специалист вроде как неплохой, но феерически ленивый (что не редкость у представителей этого племени). Периодически возникают проблемы, которые Стёпа решать не может (или не хочет). Приходит директор, какое-то время они спорят с применением малопонятных терминов, потом директор садится… и делает сисадминскую работу. Потом высказывается на тему, какой лентяй наш сисадмин. Предлагаем уволить — не-е-ет. Стёпу он знает давно, Стёпе он доверяет (относительно, но об этом потом). А вот наймём другого — он все наши секреты кому-нибудь сольёт. Блин, чтобы знать, насколько ценно содержимое наших серверов, надо разбираться в том, что мы делаем, а это довольно далеко от сисадминской деятельности.

Во-вторых, если из всех окружающих тебя людей ты считаешь достойными полного доверия только собственную жену — ты не руководитель. Потому что жену ты назначаешь главным бухгалтером, а она из всей бухгалтерской работы только первичные документы регистрирует да в налоговой и ФСС поскандалить может. Поэтому директор сам работает с банком, сам считает зарплату, сам делает бухгалтерскую отчётность. Предлагаем нанять нормального приходящего бухгалтера, который хотя бы отчётность сделает — не-е-ет, он ведь нас обязательно разорит. Как, интересно, если права подписи финансовых ни у кого, кроме директора, нет?

В-третьих, продуктивно работать как специалист и при этом качественно руководить невозможно. Если ты этого не понимаешь — ты не руководитель. Понятно, что не хочется терять навыки. Понятно, что прибыль у нас небольшая и основной доход — это работа на клиента. Но приоритеты-то надо расставлять. Если ты работаешь как специалист и не занимаешься развитием фирмы, то на большую прибыль вряд ли можно рассчитывать. Замкнутый круг получается.

В-четвёртых, если ты не можешь организовать работу команды — ты точно не руководитель. Был как-то у нас проект. Работать по нему нужно было за счёт собственных средств, потом эти затраты отбивались отчислениями от фирмы-вендора. Руководителем проекта директор назначил себя любимого. Казалось бы, в чём проблема? Что делать нужно — понятно: собери команду, распредели работу, назначь сроки и контролируй. Но не так всё просто: на протяжении примерно полугода директор подходил к моему столу (обязательно тогда, когда я была чем-то сильно занята), тяжко вздыхал и говорил что-то вроде: «Надо начинать работу по проекту». Я соглашалась: надо. Он какое-то время стоял над душой, потом ещё раз тяжко вздыхал и удалялся восвояси. Когда сроки стали поджимать, он наконец сподобился разделить работу. В конце концов мне пришлось делать и ту часть, которую он пообещал сделать сам. Ему ведь было совершенно некогда (см. «во-первых» и «во-вторых»). Новогодние каникулы в итоге я провела за компьютером. Впрочем, не в первый раз, привыкла уже.

В-пятых, если ты считаешь, что весь мир существует только для того, чтобы тебя обижать и обманывать — как вообще можно чем-то руководить? Нашего дорогого директора обижают все: клиенты — потому что скидку вечно просят, сволочи. Конкуренты — потому что цены сбивают. Специалисты — потому что хотят получать, а не зарабатывать. Впрочем, тут я с ним согласна: запросы у вчерашних студентов меня приводят в ступор, а уж если специалист что-то узнал — всё, туши свет: мы на него, драгоценного, молиться должны, а он будет сидеть в позе Будды и объяснять, как дорого он стоит. Да, у нас можно заработать нормальные деньги, но именно заработать. А для этого надо иметь высокую квалификацию и чугунную задницу. На подбор и развитие людей, согласных работать в подобных условиях, ушёл не один год. У нас чудесные ребята, но они тоже обижают директора: работают, видите ли, медленно. Ну и, наконец, главные его обидчицы — это две стервы: я и его заместитель. А обижаем мы его тем, что абсолютно не сочувствуем его нелёгкой жизни.

Каждый рабочий день его явление в офис происходит по одному и тому же сценарию: печальное «здравствуйте», а затем нытьё на тему, как он опять работал до двух часов ночи. Сначала я вечно чувствовала себя виноватой. Потом всё это задолбало: если ты хочешь работать за свою жену и сисадмина, если ты хочешь работать как специалист, и у тебя ни на что не хватает времени, то это твой выбор. Почему мы должны чувствовать себя виноватыми, почему должны сидеть с тобой после окончания рабочего дня из-за того, что тебе приспичило посовещаться? Поэтому вместо сочувствия он получает от меня в ответ что-то вроде: «Ну, это вы один у нас трудяга, а мы не делаем ни фига» — и обижается ещё больше. Вот так и живём. Заместитель ищет работу, ведёт всю переписку с потенциальными клиентами. Я помогаю клиентов уговорить. Не дай бог, наш дорогой директор вклинится в процесс раньше, чем нужно. Вполне возможно, что он успеет обидеться на клиента до того, как мы до чего-то договоримся. Но если мы договоримся без него, то обидится на нас. Но мы привыкли.

Почему работаем? Так ведь человек-то он неплохой. Не руководитель только.

Здесь много было историй о школьных буднях, чудесных и незабываемых. Можно и я поплачусь о своей первой школе?

Ну, разрешите начать. В провинциальном городе на южной окраине страны школы делятся на два типа. Первый тип — это гимназии и лицеи. Там ещё можно хоть как-нибудь учиться, и если постараться, то есть вероятность проложить себе путь в Москву, Санкт-Петербург или хотя бы какой-нибудь Екатеринбург. Есть просто школы, это второй тип. Все учебные заведения, в названиях которых стоит одно слово «школа», без «частной», «специальной» и «вечерней», нет нужды даже рассматривать, когда вы выбираете, где будет учиться ваш ребёнок. По крайней мере, мои родители думали так — и в чём-то они были правы. Если в той же Москве обычная школа с четырёхзначным номером может оказаться идеальной подготовкой к поступлению в МГУ, то в нашей глубинке там не то что в МГУ — даже в местное ПТУ с натяжкой и на платное примут.

Я была определена в гимназию. Тогда это была просто хорошая школа, потому и получившая отличительный знак, но в остальном обычная, куда определялись дети по месту жительства и где были старшеклассницы в джинсах.

Я получила хорошее начальное образование, у меня была возможность раскрыть свой умственный потенциал. Не буду вспоминать личность своей учительницы из начальной школы. Скажем так, не образец учителя младших классов, но и не срань господня; перетерпели.

Как только я своей юной ногой ступила за порог уютного кабинета на четвёртом этаже и стала зваться уже «средним звеном», моя школа внезапно решила, что не может быть просто хорошей школой без понтов. Что ей мало действительно неплохого уровня образования, который возвышает её над многими учреждениями нашего города. И школа начала выпендриваться. Мы это, конечно, называли другим словом, но мат на этом сайте всёравно цензурят.

Своевременно вышедшие некоторые указы о школьной форме стали своеобразным толчком для нашей директрисы, и она выбрала основное направление выпендрёжа: школьная форма. Началось все с тёмно-синих синтетических жилеток — 100% акрил, которые нужно носить всем, с 5-го по 11-й класс, в любую погоду. Ввели эту штуку, к слову, в апреле. У нас уже было душно на уроках, но все ходили в жилетках: директор же сказала. Были инакомыслящие и в пятых классах, я была среди них, но смысла — ноль. Все довольны. Все же гимназисты, вот и ходят в жилетках. Как эти чёртовы жилетки влияли на уровень знаний в школе — я до сих пор понять не могу.

Дальше — лучше. В шестом классе к жилеткам присобачился убогий значок с эмблемой гимназии. Если раньше мы могли халтурить и надевать нормальные, если не шерстяные, то хотя бы на ощупь приятные жилетки, то теперь всё, жилетка только одна, со значком. Последней каплей официального «формокреатива» стали платочки для девочек и галстуки для мальчиков. У всех одинаковые. Обязательно. Каждый день.

Ладно, я ходила в платочке и жилетке некоторое время, пусть это и было до чёртиков убого. Пусть этот мерзкий полосатый платок не вязался с моими представлениями о хорошем вкусе и о вкусе вообще. Пусть в жилетке было просто противно. Но потом начался «формокреатив» неофициальный. Выяснилось, что водолазки носить нельзя. Потому что платочек, беспорядочно болтающийся на шее — это «как у коровы колокольчик» и просто убого. Теперь всем надо носить блузки с воротничками, чтобы красивее было. Оказалось, что брюки девочкам надевать можно только в холод. Знаете, холод для меня, идущей пешком полтора километра, и для учительницы, которую привозят на далеко не дешёвой машине — это как бы немножко разные понятия. Далее выяснилось, что пиджаки и кардиганы в тот же самый холод даже, господи прости, поверх жилетки девочкам носить нельзя. Однажды во время очередного рейда по форме я стояла в юбке, кофте с воротником, платочке, жилетке, а поверх был кардиган, потому что реально был дубак. На меня орали так, как будто я была в мини… И тут настал конец моего терпения.

Я из принципа стала ходить в брюках, вместо платка надевала розовый мужской галстук в огурец, жилетку носила свою, однажды надела тёмную мужскую рубашку. Платочек так вообще отправился на заслуженный отпуск до конца года, если быть честным. Да, орали. Да, делали выговоры и вызывали мать. Но мне было дороже показать всем, что остался здесь человек, который готов бороться за свои права.

Только это, опять же, было бессмысленно. Из этой школы я убежала, придерживая свои приличные брюки со стрелками и тёплую жилетку.

Знаете, мне многое обидно до сих пор. Например, то, что некоторые люди, со мной воевавшие против мерзкой, ограничивающей наши человеческие права формы, теперь с гордостью делают — как это называется? — селфи в этих платках. Система оказалась сильнее их; школа научила их, в первую очередь, терпеть и примиряться. Полезный навык в жизни, ничего не скажешь!

Обидно то, что уровень образования был стабильно высоким и до платочков, и после. Мозгов у меня или кого-то ещё после запрета на брюки больше не стало. Нравственности у некоторых выпускниц — тоже.

Обидно, что многие адекватные и хорошие учителя превратились в повёрнутых истеричек. Я их понимаю. На них давят сверху, их заставляют проводить эти унизительные для всех рейды по форме. И пусть многие и разделяют мою точку зрения, что такая форма не нужна, что они могут сделать? Бороться и пререкаться для них — лишиться работы. Да и не они в −20 идут в школу в юбке, потому что, как тут уже писали, либо раздевалка одна, либо же просто нет сил переть на себе ещё и сменную одежду.

Обидно, правда, что хорошее, в принципе, заведение с многолетними традициями преподавания английского превратилось чёрт-те во что из-за жажды статуса и понтов.

Кто меня задолбал? Да никто. Я доучиваюсь в другой школе, и здесь мне счастливо и спокойно. А как к этому отнеслись окружающие — это совсем другая история…

Я никак не пойму, это что, мода такая — внаглую врать в телефонных разговорах перед собеседованием?

---

Довольно солидная компания. Стопятьсот раз уточняю по телефону, какие документы нужны, чтобы устроиться к ним на работу. Мне уверенно отвечают: паспорт, регистрация в Москве, и всё.

— Точно только регистрация?

— Точно.

Приезжаю. И узнаю, что брать меня не будут из-за отсутствия московской прописки, которой у меня отродясь не было.

---

Другое место. Частичная занятость. Обещают определённую сумму денег, говорят, что у них восьмичасовой рабочий день.

Приезжаю на собеседование. Узнаю, что в компании совершенно издевательский двенадцатичасовой рабочий день — причём «по решению старшего менеджера» он может увеличиваться и до четырнадцати часов. За те же самые деньги, которые по телефону обещали за восемь.

---

Временная подработка. Так как деньги нужны срочно, привлекло объявление с еженедельными выплатами. По телефону подтвердили: да, выплаты будут происходить еженедельно.

На собеседовании выясняется, что выплаты ежемесячные. Причём первая зарплата может быть получена не ранее чем через два месяца после начала работы.

---

Ещё одна временная подработка — по выходным. Надо обходить квартиры и собирать у жильцов подписи насчёт благоустройства подъездов. Уточняю по телефону, как я должен попадать в подъезды. Отвечают, что дают сотрудникам универсальные ключи от всех дверей. Уточняю ещё раз, подтверждают: ключи будут.

Соглашаюсь. Приезжаю по традиции на собеседование — и узнаю, что никаких универсальных ключей никто давать не собирается. Мало того, сотрудник компании нагло заявляет: «Вы должны уметь и так, позвонив через домофон, попадать в подъезд».

Отвечаю ему, что на этом я уже обжёгся, что большинство людей сейчас ни за что не пускает в дом чужаков. Если ключей от подъезда нет, можно по двадцать минут простоять под дверью дома, трезвоня во все квартиры подряд… Натянув на лицо идиотскую улыбку, сотрудник сообщает: «Вынужден сообщить, что вы не сможете у нас работать». Я не спорю.

---

Аллё, люди! На что вы вообще рассчитываете? Вы что, не понимаете, что если человек несколько раз уточняет у вас по телефону какое-то условие будущей работы, то он ни за что не станет у вас работать, если это условие не будет выполнено? Какой смысл врать, заставлять приезжать на собеседование, тратить моё (сильно) и ваше (немного, но всё же) время на вакансию, которая всё равно будет отвергнута, когда выяснится вся правда?

Наши власти любят принимать законы. Приняли бы, что ли, закон, в открытую штрафующий за подобные фокусы…

По настоянию мамы поступила на педагогический. Училась отлично (знала, что 4 придется пересдавать, а с 3 вообще домой лучше не возвращаться). На 3-м курсе сорвалась, пыталась бросить — у мамы истерика, шантаж, угрозы. Закончила все-таки, позвали в аспирантуру на бюджет. Поступила по настоянию мамы, да и куда мне еще было идти. Все меня хвалят, гордятся. Спрашивают, когда защита. А я ненавижу свою профессию, с каждым днем все больше. Учиться не особо сложно, а просто отвратительно, не вижу никакого смысла в том, что делаю. На кафедре одна показуха и имитация бурной деятельности под видом науки. Словоблудие. Работать если только за копейки с моей специальностью и насиловать себя каждый день. Второе образование платное, денег на него нет.

Думала, что смирилась уже, притерпелась. А сегодня сорвалась из-за мелкой ссоры с родственниками, расплакалась и вот уже час не могу остановиться. Вылезла вся боль, скопившаяся за много лет. Понимаю, что жить не хочу совершенно, не вижу ничего хорошего в будущем. КМП.

Меня задолбали господа медведи с их услугами. И всё потому, что природа распорядилась, чтобы я родилась девушкой. Была бы я мужиком — описанное ниже вряд ли вообще имело бы место в моей жизни.

По долгу службы часто приходится заниматься монтажом и демонтажом стендов, носить тяжести — коробки, мебель и так далее. По факту на мероприятия никогда не едет что-то совсем уж тяжёлое, отдельные предметы редко бывают больше десяти кило весом. Ерунда, правильно же? К тому же, все эти перетаскивания нестрашных как бы тяжестей — это мой фитнес, за который мне ещё и деньги платят. Помимо всего прочего, я — не хрупкая феечка, на которую чихнуть страшно, во мне 178 см роста и 75 кило живого мяса, и да, по мне видно, что это именно мясо, а не жирки, особенно когда на мне открытая или обтягивающая одежда. Коллеги давно привыкли не лезть под руку, хотя поначалу тоже удивлялись: так сложилось, что все женщины, которые работали в этой конторе до меня, не могли или не хотели таскать тяжести. Но мы договорились. Казалось бы, живи и радуйся.

Как бы не так.

На большинстве мероприятий обязательно найдётся кто-то, кто попытается полезть помочь. И ладно бы это было просто на словах — спросил, не нужна ли помощь, а если получил отказ — спокойно ушёл и перестал мешать. Нет же. Обязательно надо попытаться вырвать из рук переносимый предмет, пристроиться сзади, особенно тихо подкравшись, неудобно сместив центр тяжести, особенно если переносимое такой формы, что за него не очень-то удобно держаться, с риском всё уронить, в том числе на себя, или пихнуть проходящего мимо человека.

Эти люди не слушают объяснений, что нет, мне не тяжело, правда-правда не тяжело, а эту длинную хрень я тащу волоком, чтобы на весу случайно никого не задеть где-то сзади, ведь на спине у меня нету глаз, а многие люди и теми глазами, что на лице, не пользуются по прямому назначению и прут куда попало. Нет, мне правда не надо помогать: я не инвалид, к счастью, руки-ноги целы и на месте. Да, я так поддерживаю себя в форме — или ты, милсдарь, готов мне проплатить мой альтернативный метод фитнеса, отнюдь не дешёвый? Давай, арендуй мне лошадку, м? И таскай себе на здоровье мои «тяжести».

Отдельный луч нелюбви предназначается адептам «тебежерожать». Во-первых, не всем рожать, но в эту полемику я уже устала вступать — это тема для отдельной задолбательной истории. Но если и рожать — например, среднестатистический годовалый ребёнок весит больше, чем этот несчастный длинный и неудобный, но лёгкий стол из ДСП, который ты сейчас пытаешься вырвать у меня из рук. Или вон ту коробочку, которая едва ли весит три килограмма, но кажется тяжёлой, потому что большая. И да, у женщин вроде меня будет куда меньше проблем со спиной во время беременности и после родов, потому что такие нагрузки, набранные постепенно с юных лет (дитя деревни, что с меня взять) и не сказать, что зверские, как раз разрабатывают нужные группы мышц. Да я из магазина продуктов на неделю больше по массе приношу, чем эти грешные столы-коробочки!

Медведей не напрягает, что мои коллеги спокойно заняты своими делами и не подрываются помогать. Они не слушают вопли о потенциальной опасности тихих незаметных подкрадываний сзади (а опасность эта блуждает где-то между законами физики и возможной реакцией психики на что-то внезапное), не реагируют на адекватные вежливые просьбы не лезть под руку, ровно как и на чёткие посылы свалить к чертям и не мешаться, когда по-хорошему не получилось. Не слушают предложений помочь вон той малюсенькой девочке-тростинке метр с кепкой ростом. Им не важно, что единственный случай, когда я попрошу помощи — это когда надо сэкономить время, а с места на место надо перенести много единиц одного и того же, стульев, например. Это тоже не тяжело, просто долго.

Мне не лень все вышесказанное каждый раз объяснять — благо я умею говорить быстро и понятно. Только вот беда в том, что чьё-то показное джентльменство отказывается слушать доводы разума. Так что шли бы вы, господа, самоутверждаться, причинять добро и наносить пользу куда-то подальше от меня, особенно если вас уже послали в простой и доступной форме. Пока что — задолбали.

Прочитал тут истории за последнюю пару месяцев и наконец-то понял, кто меня задолбал. Писала девушка, которую оштрафовали за то, что проехала в «бесплатном» автобусе, не воспользовавшись льготной картой. И возмущалась: как же так, ведь бесплатно!

Вроде бы взрослый человек, а не понимает, что в этом мире бесплатно только солнце светит и птички поют. За всё, что делают одни люди для других, надо платить просто потому, что этим людям тоже кушать хочется. Всякие благотворительные мероприятия и разные формы волонтёрства сейчас не рассматриваем, не о них речь.

То, что в счастливой европейской стране проезд в автобусе ничего не стоит гражданину, не значит, что он бесплатный. Просто за гражданина платит государство, предварительно отрезав у гражданина половину его доходов в виде налогов. Но государство не хочет платить не одного лишнего евроцента, поэтому оно точно хочет знать, кто и когда ездит. Точно так же автобусная компания не хочет никого возить на халяву — ей тоже нужны деньги на зарплату, солярку и новые автобусы. Поэтому она требует с каждого пассажира считывать карточку при каждой поездке, чтобы потом предъявить счёт государству.

Всё вроде понятно и объяснимо, только хомячок с однобитным интеллектом видит только результат работы этой системы, и ему кажется «бесплатно».

Однобитники задолбали.

И ещё, раз пошёл разговор про бесплатность, хочется упомянуть нашу «бесплатную» медицину. Тут ещё одна задолбайка. Да с какого лешего она бесплатная-то? Со средней офисно-белой зарплаты в 20 тысяч каждый хомячок платит более 10 тысяч в год в фонд ОМС. Сколько мы там за год болеем — пару раз? Нормальная плата, за такую можно уже претендовать на отсутствие кислых рож за белыми дверями с табличками. Конечно, хроники тратят больше, чем зарабатывают; я, например, инсулина тыщ на тридцать в год потребляю, но на то он и страховой фонд, чтобы компенсировать редкие большие расходы частыми маленькими. Исходя из этого и тарифы рассчитываются.

Про эффективный менеджмент в фондах ОМС не надо рассказывать, сам всё знаю. Речь не об этом. Задолбали, опять же, однобитники, которые считают медицину бесплатной и поэтому ничего от неё не требуют. Типа, «да что с них взять, это ж бесплатно». И врачи такие же: «Мы вам бесплатно помогаем, что вы от нас хотите?» Понятно, что врачи понимают, как система работает, и просто нашли отмазку, чтоб не напрягаться. Но сами-то хомячки — сколько уже можно тупить?!