Не люблю жаловаться, но бывают дни, когда одна капля переполняет чашу терпения, и хочется либо вдарить по ушам, либо спустить пар на таком вот сайте.

Снимаем с другом квартиру на двоих. Друг — очень хороший парень, надёжный, с ним всегда можно посмеяться и поговорить на разные темы. Мы живём вместе уже пару лет, за это время практически никогда не ругались. Научились договариваться обо всём — например, если один из нас приводит девушку, другой без вопросов уходит ночевать к друзьям.

Но есть один момент, который меня уже просто выбешивает до белого каления. Друг у меня не отличается запасливостью. У него попеременно заканчиваются бритвы, носки, шампунь, зубная паста, вечно теряются зонты, шапки, перчатки, проездные и прочее. Естественно, всё это одалживается у меня. А ещё есть расходы на квартиру, помимо оплаты, и все эти два года именно я покупаю веники, швабры, лампочки, батарейки в пульт, тряпки и моющие средства, оплачиваю интернет. Согласитесь, это тоже выливается в приличную сумму за год, которую хотелось бы разделить с другом, тем более что в квартире живу не я один. Поверьте, мне всего этого не жалко, действительно — можно одолжить бритву или зонтик один или два раза, но когда это происходит постоянно на протяжении двух лет, согласитесь, напрягает.

Сегодня друг сказал, что он истратил все свои деньги и ему нечем заплатить за квартиру. Не соглашусь ли я заплатить пока за него, а он, мол, с зарплаты отдаст?

Это стало последней каплей. Я сказал ему, что лишних денег у меня нет (что чистая правда), и спросил, зачем он истратил всё, зная, что предстоит платить за квартиру. В результате он на меня обиделся, хотя, на мой взгляд, это разумно — планировать сначала обязательные расходы, а потом все остальные.

Вот теперь сижу и думаю, что делать. Друг и правда хороший, да и сосед ненапряжный — такого ещё поискать. Но всё больше меня привлекает мысль о том, что если подсчитать все мои расходы на него, то, может, стоить добавить ещё немного и снять квартиру одному?

Начало двухтысячных. В городе появились несколько новых троллейбусов. Первое, что бросилось в глаза — довольно футуристичный дизайн салона, отдалённо напоминающий самолёт. А первое, что бросилось в уши — почти полная бесшумность.

Прошло две недели. От бесшумности не осталось ни следа. Троллейбусы проработали ещё лет десять.

Тогда же куплена электробритва. С ней та же история. На прилавке магазина при проверке она работала очень тихо. Прошло две недели — орёт как резаная. Так и проработала ещё лет восемь. Безупречно.

Потом куплена другая. И с ней всё повторилось. На прилавке — еле урчит, через две недели — орёт. Но пока работает.

Полностью аналогичные истории произошли с дрелью, парочкой фенов и пылесосов.

Производители, я не знаю, как вы это делаете. Но предупреждать хотя бы надо!

Сижу. Переписываюсь с лучшим другом и лучшей подругой. Параллельно они общаются между собой.

Я ревную их обоих. Они должны общаться только со мной!

Печатаю, что все отлично, смайлики, а по лицу слёзы текут и от ревности удавиться хочется…

КМП.

Я написала реферат по атомной бомбардировке Хиросимы и Нагасаки. В реферате подробно, со ссылками на документы, обосновала оправданность этих акций, потому что высадка на Японские острова и взятие их с боями стоили бы в сотни раз больше жертв.

Преподаватель слушала меня с каменным лицом, а когда я закончила, отчитала меня перед всей группой. Оказывается, я должна была доказывать, что это было преступление против человечества. Не оспорив ни одного из аргументов, она прямо визжала, какая я тварь, что оправдываю убийство, особенно детей, что мне бог вообще детей давать за это не должен, что таким как я не место в университете и много других гадостей. Наконец я не выдержала, вся в слезах убежала домой.

На следующий день староста группы мне сказала, что группа решила: я должна попросить у преподавательницы прощения, а на следующем занятии перед всей группой признать, что мой реферат был ложью и провокацией.

Послала их, теперь я в группе изгой, со мной не общаются. Как экзамен ей сдавать буду — не знаю. ПМП.

А меня задолбали платные тролли в Интернете.

Как их вычислить? А очень просто.

В государственных СМИ появляется неофициальное мнение какого-либо деятеля на тему «что такое хорошо и что такое плохо». На пресс-конференции высказался, например, по дополнительному вопросу.

В интернете начинают появляться истории или цитаты как бы из жизни, которые заканчиваются выводом, поддерживающим мнение этого деятеля.

Историй становится всё больше, и вот как бы уже почти все согласны с деятелем. Причём согласны настойчиво, даже агрессивно по отношению к инакомыслящим.

Ну вот, к примеру, Хэллоуин. Казалось бы — праздник как праздник, не хотите — не празднуйте, никто никого не заставляет, никто у нас в стране, в общем, особо и не отмечает — так, на уровне заставки Гугла.

Но случилось страшное: кое-кому этот праздник не понравился, в нём узрели угрозу для особости, духовности, своепутности и ещё чего-то там такого. И началось: то какой-то власть имущий чиновник выскажется: «А не запретить ли нам Хэллоуин?», то телеведущие взволнованным голосом расскажут какую-нибудь гадость, то обеспокоенная общественность в виде неких активистов выступит. А в интернете появляются «истории из жизни», в которых простые люди чуть ли не с ненавистью отзываются об этом празднике. Можно подумать, будто их насильно заставляют съесть крысу без сахара.

Ладно чиновники и функционеры: им положено вылизывать начальству, работа такая. Ладно телеведущие: кто определяет политику канала, тот и прав. Городских сумасшедших понять тоже можно: у них то синие лучи, то вредное излучение, то адские праздники. Но вот интернет-тролли бесят: их-то никто не обязывал идти в распространители этого бреда, они специально, сознательно пришли на работу, которая требует писать всякую унылую заказуху и формировать общественное мнение.

Деньги платят? Понимаю. А слово «западло» вам знакомо? За проституцию тоже деньги платят — и женщинам, и мужчинам. Или торговать своей попкой вам всё-таки западло, а писать УГ на форумах — ничё так, нормально?

Случайно обнаружила, что муж имеет в тайне от меня в другом банке счет, на котором лежит — внимание! — почти два миллиона рублей. Я, честно, шоке. Во-первых, почему этот счет содержится от меня в секрете? Во-вторых, откуда ?! Зарплата его мне известна, сколько он тратит на себя — тоже, с этого такую сумму и близко не накопить. Папа с мамой подарить их тоже не могли.

Скоро возвращается домой, а я даже не знаю, с какой стороны у него начать выяснять, что за хрень. ПМП.

Здесь было много историй от читателей, от авторов, от критиков, от пиратов и поборников копирайта, и все друг друга перекрёстно задолбали. Так вот, я автор, и я тоже задолбалась.

Нет, задолбали меня не пираты. Я вообще ничего против них не имею. Критики, конечно, задалбывают время от времени, но к этому постепенно привыкаешь. Собратья-авторы порой преподносят сюрпризы, но в той среде тоже можно освоиться и свести морально-материальные потери к минимуму.

Увы, задолбали читатели, а точнее, одна категория: читатели-собственники. По их мнению, автор, вышедший в люди, становится должен им по гроб жизни. Он должен писать то, что они хотят, и в следующей книге непременно свести Джона с Мэри, хотя Джон десять лет назад отметил тридцатилетие свадьбы с Джейн, а Мэри вообще десять лет от рождения. Автор должен написать столько томов в цикле, сколько захочет такой читатель.

Автор должен писать. Только писать. Если автор напишет в блоге, что вчера посещал с детьми цирк — обязательно появится такой собственник, который недовольно заметит, что это был день, потерянный для писательства. У автора недельный отпуск, проведённый именно как отпуск, и автор имел неосторожность упомянуть об этом в бложике? Автору полагается гильотина по меньшей мере. У автора, помимо писательства, есть ещё работа? Читатель всё понимает, но нельзя ли писать прямо на работе, во время обеденного перерыва, а ведь есть ещё и ночь, тогда тоже можно писать. Когда спать? Это собственника не волнует. Какие приземлённые мелочи, когда речь идёт о высоких материях!

Порой собственник пытается облечь это в шутку, но выглядят такие шуточки с каждым новым разом всё менее смешными. Порой это вообще говорится безо всяких шуток, прямым недовольным текстом.

Сегодня мне сообщили, что хороший автор, если он любит своих читателей, не будет тратить новогодние праздники на безделье. Как бы в шутку. Наверное, с чувством юмора у меня что-то не то, но мне почему-то не смешно, и это стало последней каплей.

Читатели, просто интересующиеся ходом дела, процессом написания, сроками выхода следующей книги, отправляющие комментарии «ждём продолжения», пришедшие обсудить дальнейшую судьбу героев, пофантазировать на тему приквелов и вбоквелов — это здорово. Многие авторы, и я в том числе, во многом благодаря им и держат себя в тонусе. Приятно знать, что всё ещё ждут, ценят и интересуются, это поддерживает и стимулирует. Спасибо им, таким читателям. А собственники… Идите-ка лесом. Задолбали.

Здравствуйте! Я секретарь у главного на предприятии численностью шесть тысяч человек. Через мою уютную светлую приёмную проходит до ста человек в день. Я люблю людей. Улыбка и доброе слово у меня есть для всех (во всяком случае, я стремлюсь к этому).

Я не буду жаловаться на «быдло» с производства — не все рабочие неадекватны, и, в общем-то, мало кто добирается до нашей башни, то есть на самый верх.

Меня не задолбали курьеры — я с ними не работаю, для этого есть другой отдел.

Коллектив в основной своей массе вменяемый. Работа нервная только изредка, если не воспринимать каждый телефонный звонок за границу как конец света. Собственно, тут бы поставить точку и порадоваться за себя, но есть одно «но».

Процентов шестьдесят моей работы — это телефонные звонки. Иногда я на телефоне по четыре-пять часов практически без перерыва. Соответственно, это в среднем десятка два звонков в час. Иногда я пропускаю звонки параллельной линии, забываю перезвонить. Бывает, что и игнорирую звонки, но крайне редко и только от тех людей, которые, как правило, звонят по пустякам. В любом случае, звонок любой срочности может быть продублирован письмом по корпоративной почте.

Большинство относится с пониманием к тому, что иногда я не могу говорить. Но есть две категории, которые меня… расстраивают.

К первой относятся те, кто начинает свой разговор со слов: «Никак не могу до вас дозвониться». Дражайшие, какую смысловую нагрузку несёт этот ваш, так сказать, месседж? За четыре года работы на этой должности я так и не смогла понять, как на это реагировать.

Обычно выдерживаю паузу, если это телефонный разговор, или улыбаюсь и киваю, если личный. Ещё веселее, когда люди пытаются дозвониться, когда я в отпуске (к сожалению, система автоответа предусмотрена у нас только в почте). Через неделю звонков они всё-таки пишут мне гневное письмо и… получают информацию, что я в отпуске до такого-то числа, а замещает меня Маша Иванова. И понимают, что сами себе злобные буратины и уже давно могли решить все свои вопросы.

Тут принято отвечать на истории. Может, кто объяснит, чего же всё-таки ожидает человек, произнёсший волшебную фразу?

Кстати, когда я отвечаю, что, мол, вы знаете, я перезванивала, но тоже не дозвонилась, люди почему-то начинают злиться. Все такие непогрешимые и в то же время доступные, что аж завидно. Одна вполне себе серьёзная дама устроила форменную истерику. Было неприятно и некрасиво.

Но если с этими негодующими ещё можно мириться, то людей из второй категории я не понимаю вообще. Это коллеги, которые пытаются что-то мне сказать, когда я говорю по телефону. Причём видя, что я занята, они начинают шептать, делать большие глаза и размахивать руками, видимо, для того, чтобы я лучше поняла, что им от меня надобно.

Нет, ребята, вы серьёзно?

Во-первых, влезать со своим супернеотложным делом, когда человек уже говорит по телефону — это не очень вежливо. Это простительно только моему непосредственному шефу, но он — вот чудеса! — как правило, ждёт, когда я закончу разговор. Кстати, это может быть разговор с секретарём его руководства за границей.

Во-вторых, когда вы начинаете шипеть и отвлекать меня, я в итоге не слышу ни вас, ни человека на том конце провода. Я вынуждена затыкать одно ухо и просить говорящего повторить всё, что он сказал. Иногда несколько раз. Особенно неловко, когда собеседник до этого произнёс монолог минуты на три. А что же вы? Вы психуете, обижаетесь, фыркаете и хлопаете дверью? Делайте, что хотите, но после такого вы в приёмную директора уже не войдёте. Нам здесь нетерпеливые психи не нужны.

И в-третьих, люди, что такого у вас важного, что вы не можете подождать две-три минуты? У меня есть красивые креслица кожаные, можно посидеть, отдохнуть и почувствовать себя большим боссом.

Иногда я делаю исключение и всё-таки отрываюсь от телефонной трубки, делая соответствующее лицо. Что же я слышу? Что мы горим? Кто-то умер? Началась Третья мировая? Вовсе нет.

— А где тут копию сделать можно?

— Документы подписаны?

— Где здесь туалет?

— А как пройти в отдел кадров?

— Мне факс отправить! Срочно!

Зараза… Задолбали!