Я работаю вместе с хозяином. У него полиграфическая мастерская, сервисный центр, магазин подарков, транспортная контора, но он предпочитает располагаться здесь, в пункте выдачи заказов, а по совместительству — выставочном зале фототехники и магазине фотомелочей. Его право, конечно. Да, хамить клиенту и тормозить мне нет резона никакого: прощай, премия, сразу же. Опять же, под его чутким руководством в кратчайшие сроки я изучаю фотодело, потому как приходят, смотрят и консультируются.

Наше знакомство с ним состоялось два года назад.

— Иди сюда. Стой здесь.

Я в недоумении встал за стойку кассы.

— Вот если к тебе подошла женщина и её голова ниже верхнего края вымпела «Рэйлаб», можешь сразу звать меня. Улыбайся и не пытайся спорить.

Чезаре Ломброзо — итальянский тюремный врач-психиатр, родоначальник антропологического направления в криминологии и уголовном праве.

Википедия

От пола до края вымпела — 160 см, я мерил. Вымпела «Рэйлаб» уже больше нет, его заменил вымпел «Кенко», но суть осталась прежней. Такая вот теория Ломброзо для проблемных покупателей.

Можно возмущаться, можно смеяться, но за два года было четыре крупных скандала, и все четыре устроили дамы упомянутой ростовой категории.

---

Зрачки сузились в точку. Взгляд зеленоватых глаз готов убить на месте.

— Я не буду это брать, верните мне предоплату! Я это не заказывала!

Бесполезно говорить, бесполезно доказывать. Бесполезно указывать на подписи в документе, на совпадение артикула и наименования объектива, в котором совпадают все характеристики. Да, девушка думала, что у нас — аттракцион неслыханной щедрости: объектив с диафрагмой f/2,8 продаётся по цене объектива с диафрагмой f/4. С чего бы вдруг, а? Нет вопросов, мы вернём предоплату за вычетом стоимости доставки, которая равна у нас двум тысячам рублей. А как вы думали? Для того чтобы соблюсти сроки доставки, специально гнали легковушку. Было в багажнике всего три товара, отсюда и цена. Всё, кстати, прописано.

Зашла через месяц. Заявила, что нашла прямые поставки со склада и всем будет рекламировать. А объектив загнала «много дороже» такому же лоху, как и мы.

---

Сальные волосы свисают слипшимися прядями. Грязная клетчатая рубашка, затёртые джинсы. О принадлежности к женскому полу можно догадываться только по тембру голоса.

— Я — профессионал, что вы мне доказываете! Модель D5000 является водонепроницаемой, мой экземпляр воду пропустил, требую возврата денег по гарантии!

Зашибись профессионал. Может, ей на рубашку одолжить или на шампунь? Профессионал, кстати, позвонила в представительство «Никон», Роспотребнадзор и прокуратуру. Пробовала ли она читать инструкцию? Не знаю, но вряд ли, она же — профессионал!

Будучи посылаема везде, ходила и воняла недели две.

---

Иронично улыбаясь, дама стреляет глазками.

— Я же не виновата, что вы законов не читаете. Если вы согласитесь уладить всё без скандала, я не буду требовать возмещения материального ущерба!

Девушка пытается сдать нам объектив, купленный якобы неделю назад. Чек, гарантийка, коробка — отсутствуют. Присутствует свидетель — такое же низкорослое существо, только размера этак 60-го. У нас нет о ней никаких данных, последний раз объектив такой модели был продан три месяца назад — заказ на мужское имя.

После отказа, выходит из зала и куда-то звонит. Вскоре возвращается вместе с крепким парнем.

— Проблемы нужны? Не заплатишь сейчас сорок косарей — будешь платить за каждый день просрочки ещё десятку! — берёт быка за рога парень.

Ненавязчиво демонстрируется какое-то удостоверение, начинают появляться вопросы о лицензии, согласованиях, использовании ККМ, лицензионности ПО…

С этими бодались долго. «Дело принципа», — сказал хозяин. В итоге парень лишился своей «корочной» работы.

---

Дыхание остановилось где-то на подступах к горлу, заблокированное напрочь слюной. Взгляд надо бы отвести, но он возвращается в ту же точку. Легко взлетев на барный стул, миниатюрное создание нагловато смотрит на меня. Грудь третьего размера фактически выставлена мне на обозрение через вырез немыслимого размера и конфигурации. Сквозь прозрачное стекло стойки видна стройная загорелая ножка, обнажённая много выше колена. На пальчиках узкой ступни повисла и уже готова упасть кремовая босоножка…

— Ты же понимаешь, что я права, — голос посетительницы фактически мурчит. — Кредита без переплат не бывает, вы включили в стоимость товара банковский процент. Я плачу наличными, ты — делаешь мне скидку. Ты мне — скидку, я тебе — номерок телефона. Или тебе только смотреть нравится?

Чуть позже она заявит хозяину, что я ее домогался, делая неприличные намёки. Будет угрожать скандалом в прессе и вызовом сотрудников правоохранительных органов. Достанется и моему сменщику на следующий день.

---

Конечно, это чушь, но всё-таки. Я не опасаюсь клиентов-мужчин, но когда подходит женщина, я непроизвольно смотрю на край вымпела. И мне становится не по себе, когда над вымпелом я не вижу макушки клиента.

Идёшь ты себе вдоль дома, думая о прекрасном, как вдруг — бах! — что-то мокрое прилетает на голову или плечо. Инстинктивно отскакиваешь — вдруг чего сверху свалится? Поднимаешь глаза, ищешь взглядом источник опасности — и вот он! Белый, шумящий, источающий капли конденсата. Вы уже, верно, догадались. Да, это он, великий спаситель от жары и духоты — кондиционер!

Установщики кондиционеров и их владельцы, вы задолбали! В чём проблема подвесить рядом с наружным блоком ёмкость для конденсата и завести туда эту злосчастную трубку? Десятиминутное дело, стоимость — пластиковая бутылка для воды и пара толстых стяжек. Ваша совесть чиста, моё плечо тоже. Тем немногим, кто таки это делает — огромный бонус в карму.

Производители кондиционеров, и вы задолбали! Неужели нельзя сделать сбоку специальную ёмкость для воды, в которую и вывести трубку?

Сухих голов и прохлады дома, товарищи.

У меня самый чудесный, умный, добрый муж в мире. Я им восхищаюсь, во всем поддерживаю, его советы и подсказки не раз меня выручали. Не пьет и не курит, не изменяет. Он совсем не жадный, когда есть деньги, всегда старается какие-то траты взять на себя. Когда есть деньги…

Дело в том, что мой муж любит придумывать и расписывать всякие фантастические затеи — бизнес-империи, города-утопии. У него был бизнес, который приносил хорошие деньги, но он забросил его в пользу очередной фантазии. Да еще и кредитов набрал. Все его затеи не приносят ни копейки, а того, что он получает за временные подработки, не хватает даже на пропитание.

А у нас съемная квартира, а еще мне нужно заботиться о двоих детях от первого брака (первый муж погиб), всех одевать, оплачивать путешествия, и т.д.

Я зарабатываю неплохо, но я так устала… Молчать, верить, слушать, как он с горящими глазами рассказывает про очередную утопию, которую он «обязательно воплотит в будущем»… и в одиночку работать на наше настоящее. ПМП.

Я передвигаюсь в инвалидной коляске. У меня есть своя квартира, иномарка, друзья. Я могу позволить себе поехать в тёплые страны, я работаю, заочно учусь, люблю и любима.

Но есть у меня знакомый, сосед, с которым по воле судьбы я вижусь почти каждый день. Ему 27, он не работает, ничем не занимается. У него нет целей в жизни, кроме сидения целыми днями перед компьютером за просмотром аниме. У него никогда не было девушки, он до сих пор девственник. У него нет друзей. При этом он совершенно здоров. Встречая его, я постоянно задаю себе вопрос: кто из нас двоих инвалид?

Саша, ты задолбал своим прожиганием жизни перед компьютером!

Историй про некачественный товар — не бракованный, а изначально сделанный из негодных материалов, с технологическими нарушениями и т. д. — здесь было уже много. Но, думаю, и моя будет не лишней, тем более что касается очень конкретного свойства, которое, по сути, делает вещь непригодной к использованию.

Купили подарок маме — нарядный шарфик из тонкого шёлка. Довольно дорогой, импортный, очень приятный на ощупь, маме подходит и нравится… но в какой-то момент его нужно постирать. Смотрим на ярлык: стирать нельзя. Совсем. Даже руками и в холодной воде. Первая же мысль: производитель в своём уме?! Он хотя бы приблизительно представляет, как используют его изделие? Да, оно не в шкафу висит, а носится на шее — то есть пачкается гораздо быстрее, чем любая другая деталь одежды, кроме нижнего белья. Те, кто имел дело со съёмными воротничками рубашек, школьной и военной формы, по-моему, должны это хорошо понимать.

Самое смешное, что, во-первых, случай не единичный, а во-вторых, почему-то больше всего «страдают» именно платки, шали и шарфики. По естественным причинам их-то как раз чаще всего и дарят: тут нет риска промахнуться с размером и по цвету хоть к чему-то, да подойдёт. Из трёх подаренных нам шейных платков на двух ярлыки запрещают стирку!

Ну ладно бы это касалось верхней одежды: куртки и пальто мы обычно сдаём в химчистку. Хотя плащ из водоотталкивающей ткани с капюшоном я стираю или хотя бы застирываю пятна: он же предназначен для дождливой и грязной погоды, то есть пачкается часто. Да-да, вы угадали: стираю, несмотря на очередной полный запрет стирки на ярлыке. Вроде бы ничего плохого с ним не случилось — разве только стали чуть-чуть морщить швы, почти незаметно. Интересно, что другой мой плащ — из гораздо более нежной ткани — стирать разрешено даже в машине, при этом никакие швы у него не садятся, краски не линяют, кнопки не ржавеют… Может, потому, что он финский?

Производители одежды, перестаньте задалбывать! Поймите раз и навсегда, что любую одежду люди будут стирать. Как минимум, в любой одежде можно попасть под дождь. Я не хочу гадать, что случится с милой сердцу и дарящей радость одёжкой: просто сядет так, что не налезет? Сядут швы или отдельные детали так, что вся вещь перекосится и станет торчать подкладка? Сваляется ворс? Полиняет рисунок? Поржавеют и оставят несмываемые пятна металлические детали? И, кажется, всё это известно, и решить проблему несложно: перестать использовать материалы, делающие вещь по сути одноразовой. А ещё — перестать врать в ярлыках. Все свои платки и шарфики мы стираем — аккуратно, в не слишком горячей воде. Один из них слегка полинял, а больше ничего не случилось…

Но, видно, всё ещё впереди: недавно я купила тонкий трикотажный джемпер — на каждый день, ходить на работу. Порадовалась, но недолго. На ярлыке предупреждение: «Не стирать!»

Сейчас в тренажёрном зале можно в полной мере насладиться разгаром сезона отпусков: поклонники спорта и фитнеса по большей части разъехались, «спорцмэны», штурмовавшие тренажёры, чтобы «подкачать бицуху к морю», схлынули до следующей весны. Опустевшие спортзалы и фитнес-клубы заманивают к себе привлекательными скидками, подарками и привилегиями. Самое время, чтобы собрать волю в кулак и наконец заняться собой: минимум смущающих взглядов и приятная экономия для бюджета. Что же меня задолбало? Нет, не новички, перемещающиеся в смятении по полупустому залу, не знающие, с чего начать и что вообще делать, и не их первые потуги над непосильными пока для них весами — я прекрасно понимаю, как тяжело начинать всё с нуля или даже после большого перерыва. Напротив, приятно видеть, как преображается человек, пришедший в зал с чёткой целью: стать лучше.

Возмутил же меня увиденный частный случай распространённого явления «симпатяжка и подружка». Понятно, что первые таскают за собой вторых, чтобы на контрасте смотреться особенно ярко, вторые же, должно быть, пытаются таким образом подтянуться к желаемому уровню привлекательности. На этот раз юная «симпатяжка» решила самоутвердиться, приведя свою пухленькую подругу в тренажерный зал. Я бы понял, если б девушка, занимающаяся спортом, «мучила» свою решившуюся на перемены подругу — в паре со строгим и опытным товарищем начинать заниматься проще. Но было очевидно, что «симпатяжка» если и заходила сама в зал, то только за солярием: телефон и стаканчик с водой не покидали рук даже во время подходов, да и что и как делать с тренажёрами, она тоже представляла весьма смутно. Всё, к чему свелась совместная тренировка: выполнение на скорость невнятных телодвижений с применением различного инвентаря. При этом «красотка» всем видом стремилась изображать лёгкость и непринуждённость, что только подчёркивали телефон и стаканчик в руках, а «пышечка» изо всех сил тщетно пыталась поспеть за темпом и, краснея и тужась, измученно улыбалась. Не знаю, чего в этом случае добивалась «симпатяжка»: может, внимания со стороны присутствовавших мужчин, а может, и просто наслаждалась мучениями и униженным видом своей спутницы, — в любом случае это выглядело показушно и мерзко.

Хочу обратиться к подобным «красавицам». В подобных ситуациях вы не сияете, как вам кажется. Напротив, ваше поведение вызывает отвращение. Подруга, которая ожидала от вас помощи, после такого, скорее всего, больше никогда не решится переступить порог тренажёрного зала, решив, что ей это не по силам.

Тем же, кто намерен всерьёз заняться своей физической формой, хочу посоветовать набраться терпения, почерпнуть из нормальных источников знаний о правильном питании и взять хотя бы пару занятий с тренером, чтобы разработать программу, которая будет вам по силам и не убьёт вашу мотивацию через неделю тренировок. Всем здоровья!

Дело было в эту пятницу. Сижу на работе. Не то чтобы примус починяю, но из довольно унылого железа собираю нечто работоспособное, дабы потом припособить в офис под соответствующие нужды. Тут звонок от приятеля: «Ля-ля-ля, у тех-то видяха сгорела, надо разобраться». Да не вопрос: выезд столько-то, диагностика — столько-то, не считая стоимости железа. Скребу по сусекам, запасаюсь на всякий тестовый случай видеокартами формата AGP и PCI Express, кабелем, парой планок памяти и мотком синей изоленты (она просто всегда со мной), а после работы мы выезжаем к клиенту. И уже по пути я спрашиваю: мол, а с чего ты взял, что именно видяха сгорела, кто диагностировал-то?

Так вот, «видяха» не всегда означает видеокарту. В данном случае это была система видеонаблюдения, убитая грозой. Что ж… Видимо, пора расширять квалификацию. Сегодня уже и оборудование протестировал, поделил на уцелевшее и мёртвое, и смету сообща подготовили, завтра договор — и в бой. А что?

Представьте, что вы молодой преподаватель.

Это было на рубеже веков. Я, молодой, но уже желтеющий с одного боку, админил сеть в одном из коммерческих вузов. Так как практически всё было создано мной с нуля, я представлял, что можно сделать, что показать комиссиям и чему можно поучить студентов в рамках имеющегося. Преподаватели были в основном приезжие; после посиделок можно было выяснить, что им потребуется в следующий приезд, помимо стандартного офисного набора, и вовремя подготовиться. Попутно на местном «имитаторе интернета» показывали, как пользоваться браузером, почтовым и новостным клиентом. Тогда ещё не были распространены сотовые телефоны, но переписываться сообщениями в рамках одного кабинета или с соседним можно было запросто. Всё было хорошо ровно до тех пор, пока меня не попросили посмотреть ещё один компьютерный класс, которым заведовала ещё одна преподавательница, но этот класс был «закреплён» за нею. Такого количества диких расцветок рабочего стола Windows for Workgroups (да, Windows 98 работала не везде) я не видел до сих пор. Мол, студенты изгаляются, а потом не всегда можно успеть вернуть всё обратно.

— А что, если установить атрибут read-only на файл

win.ini

?

В ответ — лёгкое непонимание.

— Ну, в Нортон-коммандере выставьте атрибут read-only.

Непонимание переросло в панику. В результате ректору полетела докладная: «Такой-то мучает преподавателей ридоном». Уже потом, позже, старшие товарищи меня спросили: как считаешь, мол, должен ли преподаватель досконально знать свой предмет? Нет, не должен. Тогда я задумался в первый раз.

Чуть позже меня попросили провести семестр курса «Компьютерная графика». Мол, надо научить студентов на Дельфи обрабатывать графику — не на уровне фотошопа, но хотя б каляку-маляку чтоб изобразить и сохранить. Потом задачу сократили до «показать в окне слайд-шоу». Написал, как положено, программу курса по лекциям и лабам: мол, используем такие-то компоненты, диалог выбора каталога с файлами картинок и т. п. На первом занятии обьясняю, чем будем заниматься весь семестр. Вся аудитория смотрит на меня расширенными от ужаса глазами: мол, не потянем мы это, у предыдущих курсов всё намного проще было! Ловлю куратора, заглядываю в материалы предыдущего преподавателя … Они создавали надцать скрытых форм со статически налепленными картинками и по очереди скрывали текущую форму и показывали следующую или предыдущую. На каждой из форм были свои кнопки «взад — вперёд» со своими обработчиками. Те, кто осилил десять таких форм, получал зачёт автоматом, если ни одна из них не сбоила. Тогда я задумался во второй раз.

Сравнил свою зарплату «за это» с зарплатой вахтового доктора наук, которого я знал — задумался в третий и последний раз и зарёкся что-либо читать «по программе обучения». Только факультативы, только проспорив или проиграв в карты старшим товарищам… Так и случилось. Это был хороший такой факультатив, с собственной программой, с разъяснением, что такое TCP/IP, DNS, SMTP и POP3, как настроить операционную систему для работы в интернете, используя тогда имеющиеся в городе провайдеров. В результате из всего потока реально в сетевых технологиях стали разбираться трое, но за них мне до сих пор не стыдно. Мудрые старики утешали потом: мол, это у тебя очень хороший процент выживших получился.

Что сейчас творится в так называемой высшей школе — даже не знаю. Дай-то бог, хоть на клавиатуре учат печатать и мышой дёргать, ведь есть такие, из дальних деревень, которые и этого не могут. «Что же делать?» — спросят меня студенты? Ищите старшего товарища, учитесь на его примере, на подхвате, обязательно читайте ту литературу, которую вам дадут. И пробуйте, ошибайтесь, и ещё раз пробуйте. И да пребудет с вами сила.

Отцу 40, уже 10 лет он занимает неплохую должность на работе. Отпуск среди года? Пожааалуйста! Повышение зарплаты? Да без проблем! Отпускные, премиальные, все дела? Только намекните! Мама нарадоваться не может. А я долго не могла понять, откуда такие успехи и карьерный рост. Сегодня узнала, что отец спит с директором фирмы.

Директор — 55-летний мужик. ПМП, просто ПМП.