По пришествии долгожданной весны меня главным образом расстроило не отсутствие вожделенного тепла или ясного неба. Я живу в провинциальном городке на Среднем Урале, у нас тут по определению тепло и солнышко — редкие гости. Меня неимоверно задолбала грязь. Самая обыкновенная грязь — жиденькая, коричневая и до одури приставучая.
Мусор на ее фоне блекнет и, в целом, не так раздражает, но грязь… Зимой или летом я могу ходить до рабочего места короткой дорогой, но в это злокозненное межсезонье вынужден выбирать единственно верную тропу, прохождение которой уже само по себе приключение. Идти привычной дорогой — значит по горло утопать в глине.
Глина, грязь, грязь, глина. Относительно чистыми в нашем Крыжополисе остаются автодороги, но по ним, так уж сложилось, перемещаются авто — стало быть, презренные пешеходы только и могут, что утопать в нечистотах.
Бездействие коммунальщиков, а также стыренные своевременно бетон и асфальт, которыми хотя бы во дворах можно было прикрыть землю и уберечь обувь, штаны, а в иных случаях даже куртки горожан от развесёлых брызг — вот главная причина того, что город мой похож на огромную горку фекалий, в которую воткнуты дома. Может, не слишком яростно, но уверен: мой город не один такой, да и я не один такой. Задолбался.
Занимаемся оснащением предприятий питания. Профессиональное оборудование. Так что если у девушки с окнами заказчики — домохозяйки и пенсионеры, то у меня — будущие предприниматели. Бизнесмены и бизнесвумены, так сказать. И, знаете, я прекрасно понимаю, почему малый бизнес в нашей стране находится в… В общем, вы поняли где. 99% вообще ничего не соображают в том деле, которым собираются заниматься. Хуже того, они и не считают нужным разбираться!
Типичный телефонный звонок:
— Девушка, а почём у вас оборудование для пекарни?
— Уточните, пожалуйста, печи смотрим под газ или электрические?
— Ой, а я не знаю, мы помещение арендовали, но я даже не уточнила, что там с коммуникациями.
— Хорошо, какая выпечка планируется?
— Не знаю, мы ещё не думали. Но оборудование нам нужно вот прям щас, а то аренда знаете какая дорогая! Надо скорее отбивать! Вы мне посчитайте то, что все берут. Всё самое обычное.
— Оборудование разной производительности, давайте уточним планируемую загрузку пекарни.
— Ой, я не знаю! Ну, стандартная производительность. Не сильно мало, а то мы затраты не отобьём, но и не сильно много, а то мы вообще ещё не решили, куда сбывать будем. И вообще, вы такие вопросы задаёте! Это вы — профессионал, вот вы и должны знать, что мне нужно, а не меня спрашивать!
То есть человек затеял бизнес, собирается потратить (и уже потратил) кучу денег, но не имеет ни малейшего представления, чем он, собственно, будет заниматься. И нет, уважаемые, я не преувеличиваю. Скорее, преуменьшаю. Конечно, есть категория заказчиков, которые вкладывают деньги, не вникая особо в специфику. Но они нанимают управляющего, который в курсе всех тонкостей, они, как правило, очень состоятельны и вообще малочисленны. Речь не о них, а о тех, кто проснулся однажды утром и решил: хватит работать на дядю! Потом взял в банке кредит (назанимал денег у родственников и знакомых, продал всё «ненужное»), а потом пришёл ко мне, чтобы свои кровные потратить и в скором времени стать вторым Абрамовичем.
Дорогие вы мои бизнес-человеки, помните о том, что вы дорогие в самом прямом смысле этого слова: оборудование, что вы заказываете, стоит очень недёшево. Ну, потрудитесь хоть чуть-чуть вникнуть в то, на что собираетесь потратить свои деньги!
Мы с коллегами пока не отрастили себе по третьему глазу (и уху), чтобы с первого взгляда и первого слова понять, что за бизнес вы собираетесь затеять. Наша работа — подобрать оборудование под ваши задачи. А для разработки бизнес-планов существуют специально обученные люди, но они трудятся в других организациях. Так же в других организациях (не буду тыкать пальцем) трудятся люди, которые не станут вас пытать и выяснять, что вам нужно. Они просто продадут вам все самое дорогое под соусом «стандарт». И через несколько месяцев вы, мои дорогие, будете озабочены только тем, кому бы все это впарить, чтобы вернуть хоть часть своих денег.
Отдельно хочется сказать спасибо тому малому проценту заказчиков, которые знают, чего хотят, и рассказывают нам о своих намерениях. Работать с вами — одно удовольствие, нам действительно приятно подобрать вам необходимое, разработать проект под ваши требования, посоветовать, на чём можно сэкономить, дать рекомендации по эксплуатации оборудования.
Остальные — даже не столько задолбали, сколько жаль вас и весь наш малый бизнес.
В силу своего «интересного положения» решила прочитать истории, касающиеся детей. Во многих текстах родители, защищающие своё право на воспитание ребёнка, упоминали термины «ювенальная юстиция», «ювеналка», причём в самом негативном свете. Так вот о чём моё сообщение — о ней, родимой. И в контексте названия сайта свою мысль хочется выразить так: как же меня задолбали люди (преимущественно родители), которые и понятия не имеют о том, что такое ювенология и с чем её едят! «Слышали звон, да не знают, где он».
Относительно недавно я закончила вуз, факультет ювенологии. Уже шестой год работаю по специальности в разных государственных учреждениях. После института я устроилась в центр, занимающийся трудными подростками (по поводу этих ребят легче написать учебник для родителей, чем пост), в прекрасный отдел ювенальных технологий (да-да). Мы работали, основываясь на опыте регионов и зарубежных стран. И чем же мы занимались? Принимали жалобы несовершеннолетних детей на своих родителей? Изымали детей из семей, потому что нет апельсинов в холодильнике? Разрабатывали схемы увеличения изымания детей из семей? Нет, нет и нет.
Мы занимались (и вполне успешно, судя по статистике детской преступности) несовершеннолетними, совершившими уголовные преступления. Зачем и чем мы с ними занимались? Мы искали причины совершения преступления, сопровождали детей на всех этапах уголовного делопроизводства и ходатайствовали суду о наказании, не связанном с реальным лишением свободы. После этого мы с ребёнком начинали работу по его социализации и недопущению совершения повторных правонарушений. Это очень трудная и не самая благодарная работа, но положительные результаты компенсируют в ней всё. Вот что такое ювенальная юстиция.
И самое главное, помимо основной работы в мои обязанности входило участие в заседаниях и работе комиссий по делам несовершеннолетних (КДН). Так вот, как человек, столкнувшийся непосредственно с разными семьями, ситуациями, детьми и повидавший многое, могу вам всем рассказать, что забрать ребёнка из семьи очень и очень тяжело. Занимает этот процесс в соответствии с законом не один месяц. Даже если родители создают социально-опасную ситуацию, сначала органы опеки и попечительства должны сделать замечания, потом направить к ним кучу разных контор от «анонимных алкоголиков» до бесплатных психологов, провести профилактические беседы — и только после всех этих процедур, если нет прогресса, получив кучу соглашений сверху, органы опеки и попечительства совместно с КДН имеют право ограничить родителей в правах. А уж лишить — ещё сложнее. И эффективность работы органов опеки и попечительства как раз оценивается исходя из количества семей, в которых дети не изымались, а продолжают жить с выздоравливающими родителями.
Выводы… Прежде чем слушать и фанатично поддерживать какую-то идею, обращайте внимание на источник и его цель.
Ко мне много раз подходили на улицах люди и просили поставить подпись против ювенальной юстиции. Я всегда им в лицо говорила, что подписывать я ничего не буду, потому что я не против, а очень за. Далее я интересовалась: знают ли они, что это такое? Естественно, ничего, кроме выпученных глаз и каких-то несвязных речей, я не слышала. А всё-таки думать и изучать невредно.
Я менеджер по продажам ПВХ-окон, и меня задолбало быть «тётенькой-фюрер» и под пытками вытягивать из клиентов на предварительном расчёте информацию по размерам и особенностям окон. Классическая ситуация:
— Здравствуйте, сколько стоит стандартное окно?
— Здравствуйте, мы изготавливаем окна по индивидуальным размерам. Можем приехать на замер, и тогда вы получите точный расчёт стоимости вашего окна. Либо назовите примерные параметры, и я сделаю вам предварительный расчёт.
— Не-е-е… На замер не надо. Я просто хочу узнать, сколько стоит стандартное окно. Я живу в посёлке Котоваськином.
— Пожалуйста, назовите высоту и ширину окна.
— Ой, я не знаю! Ну, вы моему соседу делали.
— Мы не выдаём информации о стоимости окон родственников, соседей и друзей. Пожалуйста, замерьте рулеткой или линейкой раму вашего окна и скажите эту информацию мне.
— Я не знаю, как правильно мерить!
— Мне достаточно будет, если вы замерите раму.
— Так мне и коробку надо убирать, она гнилая.
— Замечательно, сделайте замер по коробке!
— Я не знаю, сколько сантиметров коробка в этой комнате.
— Тогда размер рамы.
— В другой комнате у меня коробка 8 см была.
— Хорошо, назовите высоту-ширину рамы, и я сама добавлю по 8 см на коробку. Это предварительный расчёт, точные данные не обязательны.
— А там же на монтажный шов надо место оставить.
— Точные замеры делают наши сотрудники. Вам надо организовать замер?
— Не-е-е… Я просто примерно интересуюсь. Не надо замер. Я пенсионер (домохозяйка, инвалид, безработный, ткачиха, повариха), мне недавно операцию сделали (умер родственник, внучка замуж вышла, сын развёлся, муж инвалид).
— Сочувствую вам (рада за вас, жизнь непредсказуема). Вы замерили высоту-ширину?
— Так я не знаю, как мерить! Но мне ставили в другой комнате, не вы, другая фирма, и там окно: высота 1250 мм, ширина 970 мм, пятикамерное, разделено импостом, правая створка поворотно-откидная с микропроветриванием и энергосберегающие стеклопакеты. Можете такое окно посчитать?
— МОГУ-У-У-У!
Уважаемые заказчики-покупатели-клиенты, огромная просьба: если вы позвонили или пришли в фирму за предварительной информацией об окнах, пожалуйста, не увиливайте от вопросов менеджера, не разыгрывайте из себя Зою Космодемьянскую, не рассказывайте о своих болячках и семейных заморочках, прислушивайтесь к вопросам менеджера, ведь в каждой фирме свои особенности расчётов стоимости, и менеджер не из любопытства озвучивает список вопросов.
Я очень люблю свою работу, мне нравится работать с клиентами, нравится видеть довольных заказчиков, меня не приводят в ступор претензии от клиентов, мне нравится разрабатывать необычные и сложные проекты, не напрягает и рутинная работа в оконных программах… Но меня задолбало быть «тётенькой-фюрер» и выбивать информацию из Зой Космодемьянских.
Помню-помню, как раньше при рождении нового ребёнка по всем знакомым начинался чёс: сбор старья. Ползунки, пожелтевшие в промежности, пелёнки, «почти как новые», с явно заметными следами от неизбежного, и так далее и тому подобное. Ну, а что, оно ведь «ещё может послужить!», а то и «ещё советское!».
Отказаться — обидеть до глубины души: «Как же это, мы хранили столько лет, ещё когда Машенька была маленькой!» — и не беда, что Машеньке уже 35 лет и она замдиректора компании. Ведь можно просто прокипятить, чтобы убрать дух залежалых тряпок, и снова в бой! А жёлтые пятна — ну, мало ли, выцвело от времени.
Нет, конечно, на халяву и уксус сладкий, и бесплатное шмотьё экономически выгоднее, чем покупать новое, но всё-таки ребёнок и чьи-то жёлтые пятна, пусть даже от Машеньки (а до неё — Коленьки и Вадимчика) — это как-то не воодушевляет.
Отдельный привет — любителям советского качества: да, конечно, вон та пелёнка ещё советских времён прослужила уже не один раз и потенциально прослужит ещё столько же — потому что сделана она из материала, удивительно напоминающего зимние армейские портянки.
Ну да, конечно — «сами сшили», из материала, который удалось достать через знакомого прапорщика. Не стану спорить, материал хороший, ему сносу нет, вот только пятна так и не отстирались до конца. Ничего страшного? Ну, наверное, с точки зрения медицины — да.
Ладно, не буду доводить мысль до абсурда, предлагая сшить ребёнку комбинезон из старой, ещё советской, брезентовой палатки, а ботинки — из дедовых кирзачей, только отмыв их от навоза — суть не в этом. Просто я хочу сказать, что вы, любители старья, так и остались в эпохе развитого социализма последних годов СССР, когда ключевыми словами были «дефицит» и «достать». Детские вещи — дефицит, их нельзя просто так пойти и купить, можно только достать через знакомых, или сшить самим из такого же «достатого» материала, как та пелёнка из портянок. А если уж удалось достать — то теперь надо хранить как зеницу ока, потому что достать снова может и не получиться: не завезут на базу, разберут по блату раньше, прапорщик сменится, ещё что-то произойдет, и ребёнка придётся пеленать в газету «Правда».
У вас до сих пор в голове та же самая логика: вместо того чтобы задавать вопросы в магазине, создавать спрос на качественные вещи, чтобы закупщики этих магазинов закупали не дрянь подешевле, а что-то хорошее — вы снова стараетесь «достать», обходными путями через какие-то сервисы совместных покупок изыскивая возможность приобрести что-то где-то в обход.
Кстати, вы уверены, что это продукция именно отечественных предприятий? Почему многочисленные магазинчики типа «Ивановского текстиля» не могут закупить эти замечательные вещи, а какие-то левые интернет-сервисы могут? Может быть, это потому, что она не совсем отечественная, и организаторы сервисов просто нашли способ обойти барьеры таможенного союза? Или наоборот, её производят неофициально китайцы в подвале вон того заброшенного бывшего заводоуправления, поэтому-то и продают вот так, неофициально?
Зато в том, что магазины не закупают нужный вам товар, вы обвиняете почему-то производителей. Они-то тут вообще каким боком?
И главное, поймите уже наконец: эпоха развитого социализма закончилась. Теперь вещи можно покупать. И самое главное — можно выбрасывать после использования. Покупать — использовать — выбрасывать. Понимаете? Купили ползунки — использовали — они испортились — вы их выбросили. Не храните, не перешиваете — выбрасываете. Может быть, это дороже, чем годами стирать любимую пелёнку из портянки. Но посмотрите на это с другой стороны: вы эти деньги не выкидываете, вы даёте работу продавцам и производителям, рабочим и служащим, с этих денег, в конце концов, идут и налоги государству, которое на эти налоги содержит армию, полицию и даже любимых чиновников. И точно так же ваша зарплата происходит от того, что кто-то где-то что-то выкинул и купил что-то новое. Это называется «экономика».
Некоторым не нравится такая экономика, её называют «обществом потребления», противопоставляя, опять же, временам СССР, когда зарплату платило государство, а граждане жили в условиях почти натурального хозяйства: дефицит и доставание всего, стираные портянки и картошка на даче. Снова так хотите?
А вы, наверное, думали, что пелёнки не имеют отношения к общественому строю? Наивные!
Есть такое понятие, как «личное пространство». Его смысл понятен большинству, но определённо не всем тем людям, с которыми мне приходится сталкиваться.
Если у вас нет ложки, чашки, ручки, ещё чего-нибудь, я могу одолжить это из своих вещей, если это не принесёт мне неудобства и если вы будете вежливы.
Моя потребность в личном пространстве несколько иного характера: я человек с гиперестезией. Слух, зрение, обоняние, осязание и вкус многократно усилены. От того, что диагноз подтверждён несколькими врачами, мне как-то не легче, да и бумажка с заключением не спасёт меня от вас, мои дорогие окружающие.
Вы понятие не имеете, как вы порой пахнете. Выделения тела вперемешку с мылом и косметикой, вкрапления табачного дыма и паров алкоголя. Неощутимый аромат для вас, обыденность — для меня.
Что вы просто ужасно шумно дышите, а ваши суставы и сухожилия скрипят при каждом вашем движении.
Что в стакане компота, тарелке супа и кусочке хлеба, который вы жуёте со скучающим видом, — вереница вкусов.
Для вас разница в пару градусов может быть несущественна, а вот я могу замёрзнуть и в «тёплой» комнате.
«Да ты просто играешь на публику!», «Истеричка», «Не бери близко к сердцу» — для вас просто набор стандартных фраз.
Вы и забыли, как сильно может ранить слово. Вы, дорогие мои, вскрывали меня и проверяли, где для моего сердца «далеко», а где «близко»?
Простое «девичье приветствие» — поцелуйчик в щёчку — как взрыв атомной бомбы рядом со мной, удар по всем чувствам.
Вы немного повысили голос, чтобы я вас услышала и поняла, насколько вы рады меня видеть — мои уши уже болят.
Объятие и чмок — массированная атака на рецепторы кожи и нос. К обонянию подключается вкус — мне уже нехорошо.
Глаза болят от невероятно чёткой, но скачущей вблизи картинки.
Инстинктивно отшатываюсь, а вы обижаетесь: «Ну ты чего?»
Я не повышаю голос: кому, как не мне, знать, насколько может быть болезнен звук.
Я не тычу вам в то, что вы не видите мира, в котором живёте, так, как я. Не слышите того, что слышу я.
Для вас я — ненормальная, но я такая же, как вы. Человек с вот такой вот дополнительной опцией. Я не иномирянка и говорю вроде на том же земнолюдском, но мои просьбы «пожалуйста, не трогай меня», «отойди немного» вы не понимаете. Я не докучаю вам диагнозом, не машу им, как флагом над головой. Так отчего моя просьба о личном пространстве то и дело игнорируется?
Здравствуйте! Я педагог-организатор, и я задолбалась.
Кто такой педагог-организатор? Это человек, который организовывает все праздники, мероприятия, концерты в школе или гимназии. Также в мои обязанности входит заниматься детскими и юношескими организациями — пионерами, БРСМ (что-то вроде комсомола), клубами юных спасателей-пожарных и юных инспекторов дорожного движения, в которых огромнейшая куча документации. Также я курирую и подготавливаю участие во всевозможных конкурсах и акциях различной степени тупости и неадекватности. Ещё я украшаю учебное заведение к Новому году, оформляю информационные стенды, занимаюсь сбором и учётом макулатуры, веду кружок. И в этот список входит ещё много занимательных позиций.
Что же меня задолбало? Отсутствие условий работы — в меньшей степени. В моём кабинете нет никакой техники, кроме чайника, который отдала мне в пользование сердобольная учительница труда. А в большей — некоторая неадекватность руководства и, как это ни прискорбно, его низкий уровень культуры.
Я не могу планировать свой рабочий день, потому что иногда я должна вотпрямщас все бросить и рисовать розового пони или собрать дюжину детей и бежать с ними воскрешать Ленина. Но задания типа «нарисуйте три прозрачных линии, но чтобы две были розовыми, а четыре в виде котёнка» — это ещё полбеды. Мало того, что мне постоянно приходится выполнять что угодно, кроме своей работы (а потом с меня ещё спрашивают, почему я её не сделала и до сих пор не приобрела маховик времени), так моё руководство ещё любит забывать о том, что я человек и что у меня есть семья, например. Поэтому приходится задерживаться после работы, брать работу на дом (интернета же нет, чтобы всё спокойно сделать в рабочее время), покупать за свои деньги всякие скрепки и так далее.
Не хочу ли я во время отпуска позаниматься рабочей документацией? Не хочу ли я вступить в организацию, цели которой не разделяю (но нужно же численность увеличивать)? А почему это у меня в шкафу две чашки немытые стоят? А что это в пакете (мои слова о том, что это личные вещи, проигнорированы)? А задержись-ка после работы на два часа и приди на стопятисотый партийный съезд лысых ёжиков!
Достало, честное слово. И очень грустно, что с детьми работают такие манипуляторы с низкой внутренней культурой. Чему они могут научить подрастающее поколение?
Вообще, конечно, я не считаю свою работу и руководство ужасными. Бывают ситуации намного хуже. И поэтому я хочу обратиться ко всем задолбанным: учитесь говорить «нет». Пускай не всегда получается, пусть страшно или сложно, и думаешь: «Лучше соглашусь, чтобы только не было конфликта или всяких выяснений». Нужно отстаивать своё личное пространство, свою личную жизнь и своё личное время. Особенно время — его вам потом никто не вернёт.
Часто приходилось слышать фразу «бизнес по-русски», и вот столкнулся с этим сам.
Сделали с супругой дома ремонт. То, что планировалось как «немного освежить», переросло в полноценный капитальный ремонт. Заодно решили поменять межкомнатные двери. Вот здесь и начинается наша замечательная история.
Итак, оформляем заказ на три двери. Типовой проект, средняя ценовая категория, ничего особенного, отличие только в размерах.
— Когда двери будут готовы?
— Обычно их две недели делают. Максимум три. Мы вам позвоним.
Через три с половиной недели тишины мы решили позвонить сами.
— Наш заказ готов?
— Нет, не готов.
— А по какой причине?
— Не знаю. Фабрика не изготовила ваши двери.
— Но ведь вы сказали, три недели?
— Не три недели, а 21 день. 21 рабо-о-очий день! Ждите. Мы вам позвоним.
После этого нам пришлось самим звонить в магазин каждую неделю. Незаметно прошёл первый месяц.
— Наш заказ готов?
— Нет. Вы знаете, на фабрике отключался свет, поэтому такая задержка.
Ну да. Целых две недели света не было. Наверняка Клаату постарался.
Ещё неделя.
— Наш заказ готов?
— Вы знаете, нам привезли петли и ручки. Можете забрать.
— А двери?
— Не могу ничего сказать.
И ещё неделя.
— Наш заказ готов?
— Готова одна дверь. Забирайте, устанавливайте.
Конечно, под каждую дверь будем вызывать установщика, отпрашиваться три раза с работы, убирать грязь и пыль, а потом думать, как же сделать так, чтобы различия в цвете дверей не бросались в глаза.
Ещё неделя.
— Вам изготовили две двери. А где первая, уже готовая, не знаем.
— Как так?
— Ничего не могу сказать. Ждите.
При этом разорвать договор нельзя. Работы уже идут, будьте готовы оплатить все издержки. Всё по закону, ага. В «защите прав» только разводят руками.
В итоге прошло два с половиной месяца. И наконец… вчера… двери привезли! Все в пыли, ободранные и с лохмотьями клея.
Уважаемый магазины с красивыми названиями, улыбающиеся продавцы, а заодно и фабрика межкомнатных дверей «В***а»! Если у вас проблемы с производством, техническим контролем, логистикой, менеджментом или просто с мозгами, пожалуйста, решайте их сами. Не надо впутывать в это посторонних людей. Из-за вашей некомпетентности я уже потерял два месяца, которые мне никто не вернёт. Вы при этом не заработали ни копейки. Меня задолбало каждый день спрашивать вас: «Где двери?», а теперь ещё и спрашивать самого себя: «Где во всём этом логика?»
Есть человек, у которого есть страница в соцсети. Или блог. Или твиттер. Или ещё что-то такое с открытой возможностью комментирования для всех пользователей. И ты читаешь записи этого человека либо в чужом репосте, либо по ссылке, либо случайно нашёл — не суть важно. И комментируешь. Причём комментируешь весьма вежливо, нейтрально. Например, пост о фуд-фото, а ты в комментарий вставляешь красиво снятый бокал шампанского, делишься прекрасным по теме, так сказать. Или пост о парашютном спорте, и ты, отвечая даже не на пост, а на чужой комментарий, рассказываешь, как тебе раз в жизни выпала возможность прыгнуть в тандеме бесплатно, но ты была уже на шестом месяце беременности, и фокус не удался, а жаль. Ну, или пост о чае, а ты пишешь про мёд как десерт к чаю.
И вдруг внезапно тебя предают анафеме, потому что у автора:
отец страдает алкоголизмом, а ты со своим шампанским;
уже было три выкидыша, а ты со своей беременностью;
мама умерла от внезапной острой аллергической реакции на мёд;
ненависть к знаку «точка с запятой», а у тебя в комментах таких аж три.
Ну, понятно, да? Напоминаю: речь идёт о комментах к посту совершенно незнакомого человека.
«Человече! — хочется вскричать мне. Ты или комменты закрой от посторонних, чтобы тебя кто нечаянно не задел, или постскриптумом к каждой записи перечисляй темы, которых нельзя касаться, или уж шат ап энд слип виз ми — в смысле, не реагируй, ибо не все юзеры знают досконально все истории из твоей жизни».
Ну правда, бред же собачий — оскорбляться на отсутствие телепатического дара.
Нет, не угадали, минус вам. И вообще, соедините меня со старшим, раз работать не умеете. Ну, какое там у вас это начальство есть… Или кто ещё… Ну, это, есть же кто-то!
Вот именно эти и задолбали — которые толком не могут сформулировать, что же им нужно.
Постоянное начало диалога: «Здравствуйте, у меня это…» Отвечаешь, пытаешься чем-то помочь. «Нет, не помогло! И вообще, как вы могли подумать, что я этого не пробовал! Да я уже тут весь извёлся, а меня в Гугл посылают!» Родной, мне-то это откуда знать? Ты писал, что ты уже попробовал? Ты говорил, что три дня из библиотеки не вылезал? Нет. Видимо, мне мой хрустальный шар это должен показывать, мгновенно и вместе с правильным ответом на твой вопрос.
Почему так сложно сказать или написать: «Мне нужно, чтобы было вот так. Сейчас вместе этого у меня — вот эдак. Пробовал сделать А, Б, В. И вся эта хрень началась после того, как я сделал вот то-то».
Я прихожу к своему врачу, объясняю симптомы в таком виде — имею через десять минут рецепты и внятные рекомендации, что и как делать. Правда, перед этим жду по полчаса, пока предыдущий пациент (а ведь я по записи) закончит рассказывать о своих болячках.
Я приезжаю на автосервис, объясняю в том же виде — мастера говорят мне, что случилось скорее всего, потом лезут под капот и уточняют. Быстро и просто, все довольны. Машину можно забирать в кратчайшие сроки, всё аккуратно и приятно.
Я прихожу в магазин… Ну, вы поняли. Главное — включить уверенный голос и заставить выслушать все критерии, которым должна соответствовать вещь.
Да, так было не всегда. И мне когда-то казалось, что достаточно прикинуть в уме, а уж донести-то свою идею до собеседника я сумею. Нет, не получается. Пришлось учиться объяснять, учиться внятно формулировать свои мысли, учиться отвечать привычным собеседнику языком…
Это сложно, но интересно — и очень полезно.
В общем, если вас не понимают, задумайтесь: вы бы себя сами поняли?
